КС ИИ 160126.docx

Google Docs neutral 2026-04-11 22 чанков ~30 мин чтения

Сущности

Казахстан РК ИИ ПРОЕКТ ЕС КНР СЦК ИЯ-трансформация ИИ-инфраструктура МИИЦР КСИ

КСИ ИИ-26 ПРОЕКТ СЦК 160126 Данные, представленные в документе, носят иллюстративный характер. Они собраны из открытых источников, социологических исследований и оценок рынка ИИ, а также используют эстимированные показатели, рассчитанные на основе доступной статистики. После прохождения верификации МИИЦР данные должны быть заменены на официально утверждённые показатели. 1. Введение и контекст 1.1. Глобальный ландшафт ИИ и позиция Казахстана Искусственный интеллект оказывает системное влияние на мировую экономику, государственное управление и общественные процессы, становясь фактором структурных изменений на рынках труда, в моделях публичного управления и в системе принятия решений. Ведущие экономики мира реализуют национальные стратегии развития ИИ, конкурируя за таланты, данные, вычислительные ресурсы и инвестиции. Страны, обеспечившие институциональное доверие между государством, бизнесом и обществом в вопросах применения ИИ, получают устойчивые конкурентные преимущества, выражающиеся в ускорении экономического роста, привлечении инвестиций, создании квалифицированных рабочих мест и повышении качества госуслуг. В условиях геополитической напряжённости, санкционного давления, экономических трансформаций и активизации информационного противоборства Казахстан стоит перед стратегическим выбором: либо сохранять периферийную позицию в глобальной ИИ-трансформации с рисками технологического отставания, либо последовательно участвовать в разработке, адаптации и управлении технологиями ИИ в соответствии с национальными интересами. За последние годы Казахстан реализовал ряд практических шагов в сфере ИИ, включая развитие технопарков и исследовательских центров, запуск образовательных программ, поддержку стартапов и пилотное внедрение ИИ-решений в государственных сервисах. Вместе с тем отсутствие целостной и согласованной коммуникационной рамки ограничивает эффект от этих мер, усиливая общественные страхи, недоверие и уязвимость к дезинформации. Стратегическая задача заключается в формировании взвешенного представления об ИИ как инструменте суверенного развития, повышения благополучия и безопасности граждан, защиты национальных интересов и интеграции в глобальные инновационные процессы без утраты независимости. Применение ИИ должно способствовать социальной справедливости, инклюзивности и равному доступу для всех групп населения. 1.2. Геополитический и информационный контекст Политика РК в области ИИ реализуется в условиях сложной международной среды, в которой цифровые технологии всё чаще используются как инструмент геополитического и информационного воздействия. Усиливается конкуренция между глобальными центрами силы (США, ЕС, КНР, РФ) за контроль над ИИ-инфраструктурой, стандартами, платформами и массивами данных. Параллельно возрастает число информационных операций, использующих тематику ИИ для дискредитации госинститутов и подрыва общественного доверия. В отношении РК это проявляется, в частности, в распространении нарративов о якобы неизбежном переходе цифровизации к «цифровому тоталитаризму», тотальной слежке и социальной сегрегации. Подобные интерпретации активно циркулируют в медиапространстве и социальных сетях, часто опираясь на эмоционально окрашенные примеры из других юрисдикций. Одновременно часть зарубежных медиа и неправительственных структур склонна трактовать усиление роли государства в цифровой сфере как угрозу правам человека, не всегда разграничивая авторитарные практики и попытки демократических стран выстроить ответственное регулирование ИИ. Региональные и локальные медиа в ряде случаев ретранслируют внешние нарративы без достаточной верификации, что усиливает ощущение неопределённости и недоверия среди граждан. В этих условиях коммуникационная стратегия по ИИ должна исходить из двойственной роли Казахстана – как объекта внешних воздействий и как самостоятельного субъекта политики цифрового суверенитета. Ключевыми задачами становятся снижение уязвимости общества к внешнему влиянию за счёт прозрачности и предсказуемости, а также формирование внутреннего нарратива, не воспринимаемого международными партнёрами как сигнал к цифровой изоляции или отходу от стандартов прав человека. 1.3. Ключевые страхи и мифы об ИИ в обществе В общественном восприятии ИИ в Казахстане устойчиво присутствует ряд страхов и мифов, формирующихся под влиянием реальных инцидентов, целенаправленных информационных воздействий и естественной социальной реакции на быстрые технологические изменения. Стратегия фокусируется на наиболее значимых страхах, напрямую влияющих на уровень доверия. Страх утраты рабочих мест связан с ожиданиями массовой автоматизации и убеждённостью в недостаточной готовности государства и бизнеса к программам переподготовки и адаптации. Страх неконтролируемости ИИ отражает восприятие алгоритмов как непрозрачных и неподконтрольных человеку, усиливая ощущение беспомощности и отсутствия механизмов защиты. Страх «цифровой диктатуры» включает опасения социального скоринга, тотального контроля и алгоритмических решений без возможности обжалования. Страх утраты цифрового суверенитета связан с использованием иностранных платформ и моделей ИИ и воспринимается как риск внешнего контроля над данными и управленческими решениями. Страх безответственности при утечках данных выражается в недоверии к способности государства обеспечить защиту персональной информации и эффективно реагировать на инциденты, включая угрозы deepfake и цифрового мошенничества. Страх отсутствия диалога проявляется в убеждённости, что решения в цифровой сфере принимаются без учёта общественного мнения, а консультационные механизмы носят формальный характер. Задача стратегии заключается не в обесценивании этих страхов, а в их признании, рациональном разъяснении реальных рисков и демонстрации конкретных механизмов защиты, контроля и обратной связи. 1.4. Предотвращение информационного «качания маятника» Коммуникационная стратегия по ИИ направлена на удержание баланса между крайними интерпретациями цифровой повестки. С одной стороны, требуется формировать доверие и практический интерес, показывая прикладную пользу ИИ для граждан и экономики. С другой – последовательно укреплять цифровой суверенитет и безопасность, обеспечивая уверенность общества в защищённости данных и инфраструктуры. Одновременно Казахстан сохраняет открытость международному сотрудничеству, инвестициям, знаниям и участию в глобальных инициативах по этике и регулированию ИИ. Отдельный акцент делается на обеспечении социальной справедливости и недискриминации вне зависимости от пола, возраста, дохода, состояния здоровья или региона проживания. Формирование внутреннего нарратива, воспринимаемого как построение системы контроля «в ответ на внешние угрозы», является ошибкой, усиливающей внутренние страхи и международные репутационные риски. Цель стратегии – удерживать устойчивый баланс между страхом и некритичным технооптимизмом, между оборонительной закрытостью и наивной открытостью без учёта рисков. 1.5. Связь с национальными стратегиями Коммуникационная стратегия по ИИ не подменяет документы стратегического и программного уровня, а обеспечивает общественное понимание и поддержку их реализации. Стратегия соотносится с программой «Цифровой Казахстан», Концепцией развития ИИ, Стратегией национальной безопасности, Концепцией «Киберщит Казахстана», а также отраслевыми стратегиями в сфере образования, здравоохранения и регионального развития. Документ выполняет функцию институционального «моста» между нормативно-регуляторными решениями и обществом, переводя сложные технологические и правовые положения в понятную и проверяемую форму и формируя устойчивые каналы обратной связи. 1.6. Область применения и ограничения стратегии Настоящая стратегия распространяется на период 2026–2027 годов с возможностью актуализации и продления на 2028–2030 годы. Она применяется ко всем коммуникационным активностям госорганов в сфере ИИ, а также к совместным инициативам с бизнесом, НПО и международными партнёрами, реализуемым при государственном участии. Стратегия охватывает исключительно коммуникационные аспекты и не регулирует вопросы технической архитектуры ИИ-систем, разработки моделей и правового регулирования, закреплённые в профильных документах. Документ не распространяется на коммерческие коммуникации частных компаний вне рамок совместных программ, а также на закрытые ведомственные проекты, относящиеся к сфере гостайны, за исключением специально оговорённых случаев. При противоречиях с нормативно- правовыми актами приоритет имеют нормы законодательства РК, а стратегия подлежит уточнению и обновлению. 2. Стратегические цели, принципы и задачи 2.1. Цели на 2026–2027 годы Просвещение и повышение цифровой грамотности в сфере ИИ К концу 2026 года не менее 70% населения РК должны иметь базовое представление о сущности ИИ и сферах его применения в повседневной жизни, включая банковские сервисы, госуслуги, здравоохранение, образование и транспорт. К концу 2026 года не менее 60% граждан должны отмечать, что государство принимает практические меры по защите персональных данных и соблюдению прав граждан при применении ИИ-систем. К концу 2027 года не менее 80% госслужащих, задействованных в органах и организациях, где используются ИИ-системы, должны пройти базовую подготовку по ИИ, включая его возможности, ограничения и этические принципы применения. К концу 2027 года не менее 20% студентов ИКТ-специальностей должны демонстрировать устойчивый интерес к профессиональной деятельности в сфере разработки и внедрения ИИ-решений, рассматривая ИИ как направление карьерного роста. К концу 2027 года не менее 50% граждан в возрастной группе 55+ должны иметь доступ к программам обучения цифровой безопасности и пройти базовый курс по защите от киберугроз, deepfake и цифрового мошенничества. Стимулирование инноваций и внедрения ИИ в экономике К концу года в Казахстане должны устойчиво функционировать не менее 50 стартапов и компаний в сфере ИИ, включая разработчиков моделей, платформ, прикладных решений и интеграторов. К концу года совокупный объём инвестиций в ИИ-проекты (государственные и частные) должен увеличиться не менее чем на 25–30% по сравнению с базовым уровнем 2025 года. К концу 2027 года не менее 10–15 госучреждений должны внедрить практически действующие ИИ-решения в ключевых процессах, включая здравоохранение, образование, муниципальные услуги и таможенное администрирование. К концу 2027 года инфраструктура обучения ИИ должна обеспечивать возможность подготовки не менее 1000 специалистов в год. Управление рисками, восстановление доверия и противодействие дезинформации При возникновении кризисных ситуаций (утечки данных, deepfake, взломы, массовые сбои ИИ-систем) должны соблюдаться нормативы реагирования: не более 2 часов на первичное публичное уведомление и не более 24 часов на предоставление полного разъяснения и запуск мер по минимизации последствий. Охват затронутых сторон должен составлять не менее 80% пострадавших граждан и организаций, которым предоставляются разъяснения, инструкции и информация о доступной помощи. Восстановление доверия после крупного инцидента должно обеспечиваться по измеримому показателю: к концу года после кризиса уровень доверия к соответствующей системе должен быть не менее чем на 15% выше, чем в момент кризиса (по данным социологических опросов). Противодействие дезинформации должно обеспечивать нейтрализацию не менее 90% критических ложных нарративов в течение 72 часов с момента выявления. Ежемесячный охват материалов об ИИ по цифровым каналам должен составлять не менее 5 млн просмотров, а вовлечённость – не менее 500 тыс. действий (реакции, комментарии, репосты). 2.2. Базовые принципы коммуникаций по ИИ Государственные коммуникации по ИИ строятся на следующих принципах. Принцип честности. Государство прямо фиксирует существующие проблемы, риски и ограничения ИИ, исключая завышенные ожидания и риторику «универсальных решений». Инциденты не замалчиваются, а разъясняются с указанием конкретных мер по устранению причин и последствий. Принцип человекоцентричности. Решения, имеющие юридически значимые и жизненно важные последствия, принимаются уполномоченными должностными лицами. ИИ используется как вспомогательный инструмент. Право на апелляцию и человеческий пересмотр является базовой гарантией. Принцип прозрачности и объяснимости. Гражданин имеет право знать, где применяется ИИ, какие данные используются, какие существуют риски и какими способами он может защитить свои права, включая обращение, жалобу и запрос разъяснений. Принцип недопустимости социального скоринга. Государство публично фиксирует отказ от формирования систем оценки граждан по признакам лояльности, политических взглядов, национальности или вероисповедания. Подобные практики рассматриваются как несоответствующие настоящей стратегии. При этом подчёркивается различие между запрещённым социальным скорингом и допустимыми формами алгоритмической приоритизации по объективным социально-экономическим критериям (уровень дохода, инвалидность, количество иждивенцев и др.) при предоставлении адресной социальной помощи или медицинских услуг. Такие системы: не используют политические, этнические и религиозные характеристики; подлежат регулярному правовому и этическому аудиту; предусматривают механизмы апелляции и человеческого пересмотра. Принцип цифрового суверенитета без изоляции. Государство обеспечивает контроль над критически важными ИИ-системами и данными, исключая курс на цифровую автаркию. Коммуникации подчёркивают открытость к международному сотрудничеству при сохранении независимости и соблюдении прав граждан. Принцип участия и диалога. Граждане, бизнес, НПО, научное сообщество и международные партнёры рассматриваются как участники обсуждения. Регулярные консультации и работающие механизмы обратной связи являются неотъемлемой частью реализации стратегии. Принцип недискриминации и справедливости. Подчёркивается недопустимость дискриминации при применении ИИ по признакам пола, возраста, этничности, языка, региона проживания, инвалидности или социального статуса. 2.3. Ключевые задачи коммуникационной стратегии Формирование единого набора ключевых сообщений ИИ рассматривается как инструмент, а не самостоятельный субъект власти. Юридически значимые и жизненно важные решения принимаются людьми, при этом ИИ используется как вспомогательный механизм. Граждане обладают правом на апелляцию и пересмотр решений, принятых с использованием ИИ, уполномоченным должностным лицом. Государство не внедряет социальный скоринг и не оценивает граждан по критериям лояльности, благонадёжности или политических взглядов. Защита персональных данных является приоритетом, а меры кибербезопасности подлежат регулярной проверке и верификации. РК ориентируется на международные этические стандарты в сфере ИИ, сочетая международное сотрудничество с защитой национальных интересов. Государственные ИИ-системы подлежат регулярному независимому аудиту с участием профильных специалистов и представителей гражданского общества в пределах законодательства. Гражданин имеет право на понятное разъяснение логики решения, если оно затрагивает его права и законные интересы. Создание и институционализация Совета по управлению ИИ Совет формируется с участием учёных, экспертов по этике, представителей института омбудсмена, судейского сообщества, НПО, бизнеса и молодёжных организаций. Совет осуществляет регулярную оценку государственных ИИ-систем на соответствие требованиям закона, этики, недискриминации и справедливости. Совет публикует открытые отчёты с учётом требований по защите персональных данных и ограничений, связанных с гостайной. Граждане получают возможность направлять обращения в Совет при обоснованных подозрениях на нарушение прав или злоупотребление ИИ. Совет вправе формировать рекомендации о приостановлении или доработке ИИ-систем, не соответствующих установленным принципам. Подготовка и поддержка ключевых спикеров Организуется целевая подготовка спикеров госорганов, института омбудсмена, судейского сообщества, Astana Hub и академической среды. Спикеры обеспечиваются актуальными материалами: Ответами на часто задаваемые вопросы, примерами внедрений, разъяснением терминологии и обзором международных практик. Вводится система предварительного согласования и юридической экспертизы ключевых публичных сообщений (4–6 часов для неотложных и до 24 часов для плановых материалов). Не реже одного раза в месяц проводятся рабочие встречи и брифинги для актуализации позиций и подготовки к сложным вопросам. Внедряется система оценки эффективности спикеров на основе анализа медиа, обратной связи и динамики доверия. Реализация масштабных коммуникационных мероприятий Запускаются просветительские кампании в цифровых каналах и традиционных медиа. Проводятся публичные консультации и слушания в регионах с возможностью прямого диалога граждан с представителями государства и экспертами. Реализуются пилотные демонстрационные проекты прикладного применения ИИ с возможностью оценки сервисов и сбора обратной связи. Портал ai.gov.kz развивается как единая точка доступа к информации, Ответам на часто задаваемые вопросы, механизмам обращений и мониторингу. Формирование механизмов кризисного реагирования Разрабатывается и тестируется формализованный протокол реагирования на инциденты (Leak Protocol), включая утечки данных, deepfake и иные угрозы. Подготавливаются шаблоны сообщений и процедуры межведомственной координации. Определяются горячие линии и цифровые каналы обратной связи для пострадавших граждан. Устанавливаются нормативы по срокам ответов гражданам и СМИ в кризисных ситуациях. 2.4. Ожидаемые результаты и целевые ориентиры К концу 2027 года предполагается достижение следующих результатов. Осведомлённость об ИИ. 70–80% граждан понимают базовые принципы работы ИИ и сферы его применения. Доверие к государственным ИИ-системам. 65–70% граждан выражают уверенность, что ИИ не используется для тотального контроля и социального скоринга. Защищённость уязвимых групп. Не менее 50% граждан 55+ прошли обучение по защите от цифрового мошенничества; не менее 70% населения осведомлены о deepfake и способах их распознавания. Инновационная экосистема. Функционирует не менее 50 ИИ-компаний, наблюдается устойчивый рост инвестиций и кадрового потенциала. Международная репутация. Казахстан упоминается в ключевых обзорах как пример сочетания цифрового суверенитета и уважения прав человека. Инфраструктура доверия. Совет по управлению ИИ функционирует, публикует отчёты и обладает реальным мандатом влияния; механизмы обращений и аудита известны гражданам и применяются на практике. 2.5. Связь коммуникационных целей с технологическими и регуляторными целями Коммуникационная стратегия по ИИ является частью единой государственной политики и обеспечивает связку трёх уровней: технологического (разработка и внедрение ИИ-систем); регуляторного (законы, стандарты и процедуры); общественного (восприятие, доверие и готовность к использованию). При недостатке общественного доверия технологические решения воспринимаются как навязанные и вызывают сопротивление; при отсутствии прозрачного регулирования коммуникации теряют доверительный характер. В связи с этим: Каждая значимая технологическая инициатива сопровождается отдельным коммуникационным планом, пилотированием и механизмами обратной связи. Ключевые законодательные изменения разъясняются общественности заблаговременно, понятным языком и с участием независимых экспертов. Данные мониторинга и KPI по коммуникациям используются как входные параметры для корректировки как технологических, так и регуляторных решений. 3. Целевые аудитории и инсайты Коммуникационная стратегия ориентирована на несколько ключевых целевых аудиторий, каждая из которых требует дифференцированного подхода, соответствующих каналов и адаптированных сообщений. Особое внимание уделяется региональной настройке, социальной инклюзивности и различной степени готовности населения к восприятию и использованию ИИ-технологий. 3.1. Общее население Демографическая сегментация Молодёжь (18–35 лет). Цифровая аудитория с высокой активностью в социальных сетях (TikTok, Instagram, YouTube). Быстро адаптируется к новым технологиям, но критична к госинициативам и чувствительна к вопросам приватности. Формирует будущий рынок труда и инновационную среду. Работающее население (35–55 лет). Социально и экономически ответственная группа, ориентированная на стабильность и предсказуемость. Основные опасения связаны с влиянием ИИ на занятость и доходы. Готовность к переподготовке возрастает при наличии понятных условий и реальных возможностей. Каналы: ТВ, YouTube, новостные сайты. Пожилые граждане (55+). Более низкий уровень цифровой грамотности и повышенная настороженность к цифровым сервисам. Предпочтение традиционным каналам (ТВ, радио, печатные издания), высокая значимость личного контакта и очных разъяснений. Существенно влияют на формирование мнений в семьях и локальных сообществах. Географическая и языковая сегментация Астана и Алматы. Высокий уровень цифровизации, молодая структура населения, готовность к сложным форматам объяснения и пилотным кейсам. Крупные города. Смешанный состав аудитории; требуется баланс между прикладными примерами и базовым просвещением. Средние города. Ниже уровень цифровизации; необходимы усиленные офлайн-форматы и работа через местные СМИ и институты акиматов. Сельские территории. Ограниченный доступ к интернету; доминирование ТВ и радио; ключевая роль местных лидеров общественного мнения и общинных структур. Коммуникации ведутся на казахском и русском языках с учётом региональных особенностей. В западных и южных регионах усиливается локализация на казахском с использованием релевантных культурных и поведенческих кодов. Психографическая сегментация Ранние пользователи (~15%). Интерес к технологиям, активное использование ИИ-инструментов, готовность тестировать и делиться опытом. Основная аудитория (~50%). Готовность к использованию ИИ при наличии понятной пользы, ощущения безопасности и социальной нормы. Ключевая группа для масштабирования доверия. Скептически настроенные (~25%). Требуют дополнительных доказательств и гарантий. Для них критичны офлайн-встречи и участие авторитетных представителей (врачи, учителя, местные лидеры). Жёстко отрицательная группа (~10%). Категорическое неприятие ИИ. Задача коммуникаций – сдерживание дезинформации и минимизация негативного влияния на основную аудиторию. Для граждан стратегия фокусируется на личной безопасности, практической пользе ИИ, гарантиях недопустимости тотального контроля и понятных механизмах защиты прав. 3.2. ИТ-специалисты и разработчики ПО Характеристики и инсайты. Высокий уровень технической компетентности и критичности к качеству информации. Ориентация на международное профессиональное сообщество и open source. Значимая роль как мультипликатора оценок в обществе и образовательной среде. Ключевые риски восприятия. Опасения административного диктата, технологических ограничений и закрытости данных. Риски изоляции от международных платформ и участия в неэтичных проектах. Запрос на прозрачные правила и предсказуемое регулирование. Каналы и форматы. LinkedIn, GitHub, профессиональные сообщества; Astana Hub и технопарки; хакатоны, митапы, профильные конференции. Ключевые сообщения. Казахстан поддерживает открытые стандарты и международное сотрудничество. Регулирование ИИ формируется с участием профессионального сообщества. Государство исключает принуждение к участию в неэтичных проектах и формирует карьерные и стартап-возможности в сфере ИИ. 3.3. Предприниматели и малый и средний бизнес Характеристики и инсайты. Ориентация на снижение издержек, рост эффективности и конкурентоспособности. Скепсис к решениям без понятного экономического эффекта. Ключевые риски восприятия. Представление об ИИ как дорогой технологии, доступной лишь крупным игрокам. Опасения утраты коммерческих данных и усиления квазигоссектора. Каналы. Бизнес-форумы, отраслевые ассоциации, деловые медиа; LinkedIn и профильные Telegram-каналы; программы Astana Hub и палат предпринимателей. Ключевые сообщения. Акцент на прикладных кейсах, измеримом экономическом эффекте и доступных инструментах (SaaS, no-code/low-code). Предоставление информации о грантах, обучении и мерах поддержки. Понятная дорожная карта тестирования ИИ-решений в горизонте 3–6 месяцев. 3.4. Молодёжь (школьники и студенты) Характеристики. Высокая активность в цифровых каналах, открытость к инновациям при критичном отношении к институтам. Формирование будущего кадрового и стартап-потенциала. Ключевые запросы и риски. Тревожность по вопросам приватности и влияния ИИ на творческие профессии. Запрос на понятные карьерные траектории и развитие критического мышления в условиях роста фейков. Каналы и форматы. Короткие видео в TikTok и Reels; подкасты и лонгриды; университетские и школьные мероприятия, хакатоны. Ключевые сообщения. ИИ – источник новых профессий и предпринимательства. Государство поддерживает молодых инноваторов через гранты, акселераторы и менторство. Приватность рассматривается как базовая ценность. Развиваются навыки медиаграмотности и распознавания deepfake. Для аудитории 14–18 лет материалы по ИИ интегрируются в образовательные модули по информатике, безопасности и медиаграмотности. 3.5. Госслужащие и муниципальные работники Характеристики. Непосредственные пользователи ИИ-решений. Критически важны ясные инструкции, разграничение ответственности и наличие поддержки. Ключевые риски восприятия. Опасения сокращений, персональной ответственности за сбои и недостатка обучения. Каналы. Внутриведомственные ресурсы, обучающие программы, вебинары, очные тренинги и методические материалы. Ключевые сообщения. ИИ повышает эффективность и снижает рутинную нагрузку, не заменяя человека. Ответственность разграничена между разработчиками, интеграторами и должностными лицами. Государство обеспечивает обучение, поддержку и регламентированные «коридоры безопасности». 3.6. Международные партнёры, инвесторы и дипломатическое сообщество Характеристики. Ориентация на политическую стабильность, предсказуемость регулирования и соблюдение прав человека. Ключевые риски восприятия. Санкционные риски, опасения слежки и дискриминации, резких изменений регуляторной среды. Ключевые сообщения. Казахстан следует международным принципам (OECD, UNESCO, UN), открыт к независимой оценке ИИ-систем и формирует предсказуемую регуляторную среду. Страна позиционируется как региональный центр ответственного ИИ с прозрачными правилами и совместным управлением рисками. 3.7. Медиа и лидеры общественного мнения Характеристики. Формируют общественную повестку. Потребность в простых и точных объяснениях при склонности к конфликтным сюжетам. Ключевые уязвимости. Опасения цензуры и давления, дефицит технической экспертизы, риски deepfake. Ключевые меры. Государство придерживается политики открытости, предоставляет доступ к экспертам, данным и визуализациям. Обеспечивается возможность критических вопросов в правовом поле. Предусматриваются обучающие программы по ИИ, работе с данными и распознаванию deepfake с возможностью включения в пул компетентных участников освещения ИИ-повестки. 3.8. Психографическая матрица «аудитория – страх – ответ» Для всех аудиторий формируется рабочая матрица, фиксирующая ключевые страхи, триггеры доверия, рекомендуемые форматы и примерные формулировки ответов. Матрица используется как операционный инструмент подготовки контента и спикеров и актуализируется не реже одного раза в полугодие на основе данных мониторинга и социологических исследований. 3.9. Региональная адаптация и приоритезация С учётом неоднородности регионов вводится приоритезация по уровню цифровой инфраструктуры, доверию к госинститутам и интенсивности внешнего информационного воздействия. Для каждой области и крупных городов формируется региональный профиль, включающий структуру каналов, локальные страхи, перечень партнёров и минимальный годовой план мероприятий. Региональные профили используются для распределения ресурсов и настройки коммуникационных кампаний и прилагаются к стратегии в виде отдельных региональных планов. 4. Ключевые нарративы и сообщения Коммуникационная стратегия строится на системе устойчивых нарративов, обеспечивающих единое и непротиворечивое восприятие политики государства в сфере ИИ. Нарративы адаптируются под целевые аудитории и каналы, но сохраняют общий смысловой каркас и терминологическую целостность. 4.1. Базовый государственный нарратив Искусственный интеллект в Казахстане рассматривается как инструмент развития, повышения качества жизни и эффективности государства, а не как самостоятельный субъект власти или механизм контроля. Государство внедряет ИИ осознанно и ответственно, сочетая технологический прогресс с защитой прав и свобод граждан. Любые решения, затрагивающие права, обязанности или жизненно важные интересы человека, принимаются человеком, а ИИ используется как вспомогательный аналитический инструмент. РК последовательно выстраивает модель ответственного ИИ, ориентированную на международные стандарты, но адаптированную к национальному контексту и интересам. 4.2. Нарратив «ИИ – для человека» Ключевой смысл данного нарратива заключается в подчёркивании практической пользы ИИ для граждан. ИИ упрощает получение госуслуг, снижает бюрократическую нагрузку, ускоряет принятие решений и повышает доступность сервисов в здравоохранении, образовании, социальной защите и транспорте. Особый акцент делается на том, что ИИ не заменяет человека, а помогает специалисту – врачу, учителю, социальному работнику, госслужащему – сосредоточиться на содержательной работе, снижая объём рутинных операций. Коммуникации подчёркивают, что внедрение ИИ сопровождается обучением персонала, модернизацией процессов и созданием новых рабочих мест, включая профессии аналитиков данных, инженеров по ИИ и специалистов по цифровой этике. 4.3. Нарратив «Защита прав и данных – приоритет государства» Государство публично фиксирует приоритет защиты персональных данных и цифровых прав граждан при внедрении ИИ. Подчёркивается, что любые ИИ-системы в госсекторе функционируют в рамках законодательства о персональных данных, кибербезопасности и административных процедурах. Граждане имеют право: знать, где применяется ИИ; получать разъяснения логики решений; обжаловать решения, принятые с использованием ИИ; требовать человеческого пересмотра. Коммуникации отдельно разъясняют, какие данные используются, какие – не используются, и каким образом обеспечивается защита информации, включая меры по предотвращению утечек и злоупотреблений. 4.4. Нарратив «Нет социальному скорингу» Государство чётко и недвусмысленно заявляет об отказе от внедрения систем социального скоринга, основанных на оценке граждан по признакам лояльности, политических взглядов, национальности или вероисповедания. Одновременно проводится разъяснение различия между запрещённым социальным скорингом и допустимыми алгоритмическими механизмами приоритизации в сфере социальной политики, медицины и образования, основанными исключительно на объективных социально-экономических критериях. Коммуникации акцентируют, что любые подобные системы подлежат правовому регулированию, регулярному аудиту и наличию процедур апелляции. 4.5. Нарратив «Цифровой суверенитет без изоляции» РК выстраивает цифровой суверенитет как способность самостоятельно принимать решения в сфере ИИ, защищать критическую инфраструктуру и данные, не закрываясь от международного сотрудничества. Государство открыто к партнёрству с зарубежными компаниями, исследовательскими центрами и международными организациями при условии соблюдения национального законодательства и стандартов защиты прав человека. Коммуникации подчёркивают, что Казахстан не следует модели цифровой автаркии и не копирует чужие практики без адаптации к собственному правовому и социальному контексту. 4.6. Антикризисный нарратив и работа с негативом В случае инцидентов, связанных с ИИ (утечки данных, deepfake, сбои систем), государство действует по принципам открытости, скорости и ответственности. Публично признаётся факт инцидента, разъясняются причины и масштабы, указываются меры по устранению последствий и предотвращению повторения. Коммуникации строятся без обвинительной риторики в адрес граждан или пользователей и без попыток замалчивания проблем. Акцент делается на восстановлении доверия, поддержке пострадавших и корректировке процедур. Отдельно подчёркивается недопустимость использования кризисных ситуаций для усиления ограничительных практик, не связанных напрямую с устранением выявленных рисков. 5. Каналы, форматы и инструменты коммуникаций Коммуникационная стратегия по ИИ реализуется через систему взаимодополняющих каналов и форматов, обеспечивающих охват различных целевых аудиторий, устойчивость к дезинформации и возможность оперативной корректировки сообщений. 5.1. Цифровые каналы Социальные сети и онлайн-платформы Основными цифровыми каналами являются TikTok, Instagram, YouTube, Telegram, Facebook и X, используемые с учётом особенностей аудитории и контентных форматов каждой платформы. Контент ориентирован на: простые объяснения сложных тем; визуализацию процессов и кейсов применения ИИ; ответы на актуальные страхи и вопросы; оперативное реагирование на дезинформацию. Для молодёжной аудитории приоритет отдается коротким видеоформатам, сторис и интерактивным механикам. Для профессиональных и экспертных групп используются лонгриды, аналитические видео, подкасты и эфиры. Единый госпортал по ИИ Портал ai.gov.kz функционирует как центральная точка доступа к проверенной информации об ИИ, включая: разъяснение государственной политики; ответы на часто задаваемые вопросы; описание прав граждан; механизмы обращений и обратной связи; публикацию отчётов и аналитических материалов. Портал обеспечивает синхронизацию сообщений между ведомствами и используется как первоисточник для медиа и социальных сетей. 5.2. Традиционные медиа Телевидение, радио и печатные издания остаются ключевыми каналами для охвата аудитории 35+ и жителей регионов с ограниченным доступом к цифровым сервисам. Контент формируется в форматах: информационных сюжетов; экспертных интервью; тематических программ и спецпроектов; разъяснительных рубрик. Приоритет отдается простому и прикладному объяснению пользы ИИ и мер по защите прав граждан, без излишней технической терминологии. 5.3. Офлайн-форматы и прямой диалог Офлайн-коммуникации используются для работы со скептически настроенными аудиториями и в регионах. Ключевые форматы: общественные слушания и встречи с гражданами; выездные сессии в регионах; лекции и семинары в вузах и колледжах; встречи с предпринимателями и отраслевыми сообществами. Обеспечивают возможность прямого диалога, фиксации обратной связи и корректировки сообщений с учётом локальных особенностей. 5.4. Образовательные и просветительские форматы Просвещение является одним из ключевых элементов. Реализуются: массовые образовательные курсы по основам ИИ и цифровой безопасности; специализированные программы для госслужащих; обучающие материалы для школ и вузов; онлайн-курсы и вебинары для широкой аудитории. Особое внимание уделяется темам защиты персональных данных, распознавания deepfake, цифрового мошенничества и безопасного использования ИИ-сервисов. 5.5. Работа с медиа и лидерами общественного мнения Медиа и лидеры мнений рассматриваются как партнёры в донесении корректной информации об ИИ. В рамках реализации стратегии проводится принципиальное разграничение между критическим обсуждением госполитики в сфере ИИ и дезинформацией. Наличие критической позиции, альтернативных оценок или публичных вопросов не рассматривается как нарушение либо враждебная активность. Ограничительные и опровержительные меры применяются исключительно в отношении заведомо ложной информации, манипуляций и фейков, включая deepfake, и не затрагивают добросовестную журналистскую и экспертную критику. Государство обеспечивает: доступ к экспертам и спикерам; предоставление проверенных данных и визуализаций; регулярные брифинги и разъяснительные сессии. Предусматриваются обучающие программы для журналистов и блогеров по теме ИИ, включая основы технологии, этику, правовые аспекты и методы проверки информации. 5.6. Инструменты мониторинга и аналитики Для оценки эффективности коммуникаций используется система мониторинга инфополя, включающая: анализ охвата и вовлечённости; отслеживание динамики нарративов; выявление дезинформации и фейков; оценку тональности и доверия. Данные мониторинга используются для оперативной корректировки сообщений, каналов и форматов, а также для подготовки управленческих решений. 5.7. Гибкость и адаптация стратегии Коммуникационная стратегия реализуется как «живая» система и подлежит регулярной корректировке. Не реже раза в квартал проводится анализ эффективности каналов и сообщений с учётом: изменений общественных настроений; появления новых рисков и технологий; результатов социологических исследований; международного контекста. Корректировки вносятся без изменения базовых принципов и нарративов стратегии. 6. Управление, роли и координация Эффективная реализация коммуникационной стратегии по ИИ требует чёткого распределения ролей, устойчивой межведомственной координации и единых процедур принятия решений. 6.1. Общая модель управления Управление стратегией строится по принципу распределённой ответственности при наличии единого координационного центра. Центр обеспечивает: единообразие ключевых сообщений; согласованность действий госорганов; оперативное реагирование на кризисные ситуации; контроль исполнения и мониторинг эффективности. Модель управления исключает дублирование функций и противоречивые публичные сигналы со стороны различных ведомств. 6.2. Роль уполномоченного госоргана Уполномоченный государственный орган: формирует и актуализирует стратегические приоритеты коммуникаций; утверждает ключевые нарративы и базовые сообщения; обеспечивает методическое сопровождение ведомств; координирует взаимодействие с международными партнёрами; инициирует корректировки стратегии по результатам мониторинга. Орган выступает единым центром ответственности за целостность государственной позиции по вопросам ИИ. 6.3. Роль ЦГО Центральные госорганы: реализуют коммуникационные мероприятия в рамках своих полномочий; адаптируют сообщения под отраслевую специфику; назначают ответственных координаторов по ИИ; обеспечивают своевременное предоставление информации в координационный центр. Публичные заявления по вопросам ИИ осуществляются в согласовании с базовыми нарративами стратегии. 6.4. Роль МИО Местные исполнительные органы: обеспечивают реализацию стратегии на региональном уровне; организуют офлайн-мероприятия и прямой диалог с населением; взаимодействуют с региональными медиа и лидерами мнений; учитывают локальные особенности и страхи при формировании контента. Региональные коммуникационные планы формируются на основе типовых шаблонов и утверждаются в установленном порядке. 6.5. Роль Совета по управлению ИИ Совет по управлению ИИ выполняет консультативную и экспертную функцию: рассматривает общественно значимые вопросы применения ИИ; анализирует риски нарушения прав и дискриминации; формирует рекомендации по корректировке коммуникаций; участвует в публичных обсуждениях и разъяснительных мероприятиях. Рекомендации Совета носят публичный характер в пределах, допустимых законодательством. 6.6. Роль государственных и квазигосорганизаций Государственные и квазигосударственные организации: внедряют ИИ-решения в своей деятельности; обеспечивают информирование пользователей о применении ИИ; участвуют в сборе обратной связи; соблюдают единые стандарты коммуникаций и отчётности. Особое внимание уделяется компаниям, оказывающим массовые услуги населению. 6.7. Межведомственная координация и обмен информацией Для устойчивой координации: создаётся межведомственная рабочая группа; утверждаются регламенты взаимодействия; определяется порядок обмена данными и материалами; устанавливаются SLA по срокам согласования сообщений. В кризисных ситуациях включается ускоренный режим координации с сокращёнными сроками принятия решений и централизованным распространением информации. 7. Антикризисное реагирование и управление рисками Коммуникационная стратегия предусматривает формализованную систему реагирования на кризисные ситуации, связанные с применением ИИ, включая утечки данных, распространение deepfake, сбои алгоритмов и дезинформационные кампании. 7.1. Типология кризисных ситуаций Кризисными ситуациями признаются события, способные повлиять на доверие граждан и репутацию государства в сфере ИИ, в том числе: утечки персональных данных и нарушения кибербезопасности; распространение deepfake с использованием изображений, голосов или заявлений должностных лиц; сбои ИИ-систем, затрагивающие массовые госуслуги; публичные обвинения в дискриминации или нарушении прав при применении ИИ; координированные кампании с использованием тематики ИИ. 7.2. Принципы антикризисных коммуникаций Антикризисные коммуникации строятся на следующих принципах: Оперативность. Первичное публичное уведомление осуществляется в максимально короткие сроки после выявления инцидента. Прозрачность. Публично признаётся факт инцидента с указанием подтверждённых данных без предположений и домыслов. Ответственность. Государство берёт на себя ответственность за координацию действий и информирование граждан. Человекоцентричность. В фокусе коммуникаций находятся интересы и безопасность граждан, а не ведомственные интересы. Недопустимость обвинительной риторики. Исключается перекладывание ответственности на пользователей или пострадавших. 7.3. Протокол реагирования на инциденты При выявлении кризисной ситуации активируется единый протокол реагирования, включающий следующие этапы: Фиксация инцидента и первичная оценка масштабов и рисков. Уведомление координационного центра и профильных ведомств. Подготовка первичного публичного сообщения (в течение 2 часов). Развёрнутое разъяснение причин, последствий и мер реагирования (в течение 24 часов). Организация каналов обратной связи для пострадавших граждан. Корректировка коммуникаций по мере поступления уточнённой информации. Для обеспечения управляемости и исключения задержек устанавливаются следующие ориентиры антикризисного реагирования: в течение 15 минут после подтверждения инцидента инициируется созыв координационного штаба; в течение 30–120 минут подготавливается и публикуется первичное официальное уведомление; в течение 24 часов предоставляется развёрнутое разъяснение с указанием причин, масштабов, мер защиты прав граждан и дальнейших действий. Указанные сроки подлежат обязательному соблюдению и используются как внутренние SLA при оценке эффективности реагирования. Все публичные сообщения согласуются в рамках ускоренного межведомственного режима. 7.4. Работа с deepfake и дезинформацией Для противодействия deepfake и дезинформации: используются инструменты мониторинга и фактчекинга; оперативно публикуются опровержения с визуальными и текстовыми доказательствами; привлекаются профильные эксперты и технические специалисты; осуществляется координация с платформами и правоохранительными органами. Коммуникации фокусируются не только на опровержении, но и на обучении граждан распознаванию фейков и проверке источников. 7.5. Восстановление доверия после кризиса После завершения острой фазы кризиса реализуются меры по восстановлению доверия: публикация итогового отчёта с выводами и рекомендациями; разъяснение внесённых изменений в процедуры и системы; при необходимости – публичные обсуждения и консультации; оценка динамики доверия и корректировка стратегии. Восстановление доверия рассматривается как отдельный управленческий этап, а не как автоматическое следствие устранения технических проблем. 7.6. Тестирование и готовность системы Для обеспечения готовности: не реже раза в год проводятся учения и симуляции кризисных ситуаций; актуализируются контактные списки и шаблоны сообщений; анализируются международные кейсы и лучшие практики. Результаты учений используются для доработки протоколов и обучения спикеров. 8. Оценка эффективности, KPI и мониторинг Оценка эффективности коммуникационной стратегии по ИИ строится на сочетании количественных и качественных показателей, позволяющих отслеживать динамику доверия, информированности и устойчивости поля. 8.1. Общие принципы оценки Оценка эффективности осуществляется на регулярной основе и используется как инструмент управленческой корректировки стратегии. Принципы оценки: измеримость и сопоставимость показателей во времени; использование проверяемых источников данных; ориентация на общественное восприятие, а не только на объём контента; интеграция данных мониторинга в управленческие решения. KPI не рассматриваются как формальный отчётный показатель, а используются для оперативной настройки каналов, сообщений и форматов. 8.2. Ключевые количественные показатели (KPI) К базовым количественным показателям относятся: уровень осведомлённости населения об ИИ (по данным соцопросов); уровень доверия к государственным ИИ-системам; охват коммуникационных материалов по цифровым каналам; вовлечённость аудитории (реакции, комментарии, репосты); посещаемость портала ai.gov.kz и глубина взаимодействия с контентом; количество обращений граждан и доля обработанных в установленные сроки; скорость реакции на кризисные инциденты и дезинформацию. Целевые значения KPI уточняются ежегодно с учётом динамики медиаполя и технологических изменений. 8.3. Качественные показатели и индексы доверия Качественная оценка направлена на анализ содержания и тональности общественного дискурса. Используются: анализ тональности публикаций и комментариев; оценка устойчивости ключевых нарративов; выявление доминирующих страхов и вопросов; экспертные опросы и фокус-группы. Особое внимание уделяется разрыву между декларируемым доверием и фактическим поведением граждан (готовность пользоваться сервисами, подавать обращения, участвовать в обсуждениях). 8.4. Мониторинг информационного поля Мониторинг осуществляется в круглосуточном режиме и охватывает: социальные сети и мессенджеры; онлайн-СМИ и новостные агрегаторы; телевидение и радио; региональные и локальные источники. Отслеживаются: появление и распространение негативных нарративов; признаки координированных информатак; динамика упоминаний ИИ в контексте прав, безопасности и контроля; реакция аудитории на официальные сообщения. Результаты мониторинга используются для раннего выявления рисков и подготовки превентивных коммуникаций. 8.5. Отчётность и управленческая обратная связь Формируются следующие виды отчётности: ежемесячные аналитические справки для координационного центра; квартальные отчёты с анализом KPI и рекомендациями; внеплановые отчёты по итогам кризисных ситуаций. Отчёты содержат выводы, предложения по корректировке стратегии и оценку эффективности принятых мер. Решения по изменениям фиксируются в протоколах и доводятся до ответственных исполнителей. 8.6. Корректировка стратегии на основе данных Коммуникационная стратегия подлежит корректировке на основе данных мониторинга и оценки эффективности. Корректировки могут касаться: приоритетных аудиторий; каналов и форматов; формулировок ключевых сообщений; частоты и интенсивности коммуникаций. Изменения вносятся без пересмотра базовых принципов и нарративов, за исключением случаев существенного изменения внешних условий или технологического ландшафта. Основанием для внепланового пересмотра стратегии являются следующие обстоятельства: снижение уровня доверия к государственным ИИ-инициативам более чем на 10 процентных пунктов по итогам двух последовательных замеров; отсутствие прогресса либо рост распространённости токсичных мифов об ИИ (социальный скоринг, «тотальный контроль») по данным мониторинга; возникновение крупных инцидентов, повлёкших значимый общественный резонанс и подтверждённых независимой оценкой. В указанных случаях уполномоченный орган инициирует доклад руководству с предложениями по корректировке приоритетов, нарративов, KPI и организационных механизмов реализации стратегии. 9. План реализации и этапы Реализация коммуникационной стратегии по ИИ осуществляется поэтапно с чёткой фиксацией сроков, ответственных и ожидаемых результатов. Поэтапный подход обеспечивает управляемость, возможность корректировок и устойчивость к внешним изменениям. 9.1. Этап I – Подготовительный На подготовительном этапе формируется организационная и методическая база реализации стратегии. Ключевые мероприятия: утверждение координационной модели и ответственных исполнителей; формирование и запуск межведомственной рабочей группы; утверждение базовых нарративов, ключевых сообщений и терминологии; разработка типовых шаблонов коммуникаций и антикризисных сообщений; подготовка и обучение ключевых спикеров; запуск и наполнение портала ai.gov.kz как единого источника информации; настройка системы мониторинга и аналитики. Результат этапа – готовность инфраструктуры и персонала к активной фазе коммуникаций. 9.2. Этап II – Активная коммуникация и пилотирование Этап направлен на массовое информирование и формирование первичного доверия. Ключевые мероприятия: запуск просветительских кампаний в цифровых и традиционных медиа; проведение региональных мероприятий и общественных консультаций; публикация прикладных кейсов внедрения ИИ; пилотирование антикризисных протоколов и тестирование реакции; регулярные брифинги для медиа и лидеров общественного мнения; сбор и анализ обратной связи от граждан и бизнеса. Результат этапа – рост осведомлённости, формирование устойчивого информационного фона и выявление зон риска. 9.3. Этап III – Масштабирование и корректировка Этап ориентирован на закрепление доверия и институционализацию коммуникационных практик. Ключевые мероприятия: расширение охвата коммуникаций и образовательных программ; корректировка сообщений и каналов на основе данных мониторинга; публикация отчётов о работе Совета по управлению ИИ; интеграция коммуникационной стратегии в отраслевые и региональные программы; оценка достижения целевых KPI и подготовка предложений по продлению стратегии. Результат этапа – устойчивая система коммуникаций по ИИ, интегрированная в госуправление. 9.4. Ответственность и контроль исполнения Ответственность за реализацию стратегии распределяется между уполномоченным госорганом, ЦГО и МИО в соответствии с утверждёнными регламентами. Контроль исполнения осуществляется на основе: регулярной отчётности; данных мониторинга и KPI; результатов социологических исследований; выводов по итогам кризисных ситуаций. Невыполнение ключевых мероприятий и показателей подлежит разбору в установленном управленческом порядке. 10. Заключительные положения Настоящая коммуникационная стратегия по искусственному интеллекту определяет единый подход государства к формированию доверия, информированности и устойчивости общественного восприятия ИИ в РК. Стратегия исходит из признания неизбежности технологического развития при безусловном приоритете прав и свобод человека, социальной справедливости и национальных интересов. Документ ориентирован на практическую реализацию, межведомственное взаимодействие и открытый диалог с обществом. Его положения подлежат регулярной актуализации с учётом технологических изменений, международной практики и динамики общественных ожиданий. Реализация стратегии рассматривается как элемент укрепления цифрового суверенитета Казахстана, повышения эффективности госуправления и формирования устойчивого доверия между государством и гражданами в условиях развития ИИ.