[Расшифровка видео] Марафон ҚАНДЫ ҚАҢТАР. ЧТО ЭТО БЫЛО_ Социолог СЕРИК БЕЙСЕМБАЕВ.docx

Google Docs neutral 2026-04-11 5 чанков ~8 мин чтения

Сущности

https://www.youtube.com/watch?v=uY8K6avEpbo Марафон ҚАНДЫ ҚАҢТАР. ЧТО ЭТО БЫЛО? Социолог СЕРИК БЕЙСЕМБАЕВ И следующий мой гость - это социолог, руководитель следовательского центра Paper Love, Серик Висимбаев. - Добрый вечер, Геннадр. - Серик, здравствуйте. Спасибо большое, что вы нашли время для нашего марафона. Серик, вы провели социологический опрос, связанный с январскими событиями, а точнее с восприятием людей вот этих и январских событий. И насколько я помню, для меня там были очень печальные результаты. Я говорю о том, что, по-моему, 37% людей считают, что на нас напали террористы. Только его ничего не оставалось, как отдать приказ, стрелять на поражение и что нужны были войска ОДКБ. Поправьте меня, если я где-то в Минкрова. Но я хочу вас попросить рассказать подробнее об этом опросе и оценку ему. Мы с коллегами из Медианет в прошлом году проводили опрос казахстанцев. Это репрессендативный опрос по мобильным номерам, случайно сгенерированным. Мы задавали вопрос о том, как люди воспринимают эти события, как они оценивают действия властей, так же, кто несет ответственность за трагический исход и наше событие. К осадленно восприятия мы предложили три варианта, то есть три интерпретации инварской событий, которые в тот момент, в течение всего года, присутствовали в публичном поле. Первый вариант — это организованы политическими силами провокации, чтобы захватить власть, то есть версия госпереворота, который говорит официальной органы, так же, в целом, госпиталер у нас госпиталер, лица. Именно этот вариант продвигает в публичном поле. Второй вариант — это мирный протест, который местами перешел без порядки имородерства. И третий вариант — это атака международных террористов. И по итогам мы получили, что первый вариант поддержали 38%, то есть 38% казахстанцев считают, что это была попытка захвата власти, и 28% поддерживают вариант о мирном мерных митингах. То есть мы видим, что как такого доминирующего мнения на этот счет еще не сложилось, но как минимум, в прошлом году сейчас можно восприятие изменилось, какую сторону по-трудному сказать, если получится, мы в этом году еще раз запустим повторный вопрос. И я думаю, что это не совсем плохой результат, учитывая, что весь 22-й год у нас по всем телеканалам, и вся государственная пропагандистская машина работала на первую версию, что это было никакие не мирные митинги, что это был госпереворот, что выходили на улицу, выходили экстремисты, террористы и бандиты. То есть была попытка дискредитации в публичном поле с целью оправдать то насилие, которое привинело государство в отношении граждан. То есть результат 38 против 28%. Я думаю, что это не плохо. То есть как минимум более четверти катастрофстанцев поддерживают версию, которую трасслирует гражданское общество, в том числе независимые журналисты, включая вас. Но ПКФ не оставляет попытку убедить людей в том, что это благоспереворот. Более того, он уже как-то более, мне кажется, жестче даже высказывает за поводу тех людей, которые вышли, называя их, продолжая называть их экстремистами, религиозными, радикалами и так далее. Более того, он открыто в последнем своем интервью заявил, что это никакое ненародное восстание и не нужно его так воспринимать. Ну да, то есть понятно, что возможность продвинуть и навязать именно такую версию версия госпереворотия это является краеугольным камнем нашей политистской режима, токарской режима. Так как так он откажется либо будет пересматривать эту версию, это будет означать, что все шаги, все решения, которые он принимал, эти дни являются незаконными и за них нужно отвечать. Но опять же, я как социолог, как человек, который давно изучает общественное мнение, могу сказать, что эта версия госпереворотия, потому что это были бандиты террористы, люди, ну очень много кто в это не верит. То есть как мы задавали другой вопрос, верите ли вы в результаты официальных расследований, инварских событий. И как раз в те дни, когда у нас шел вопрос, была вот в парламенте генеральный прокуратора представляла результат официального расследования, вот прямо совпало, наш вопрос совпал с этими с слушаниями. Я думал, что это окажет влияние на массовое восприятие и будет намного больше людей, которые продерживаются первого варианта. Но вот мы дали, нас просили, насколько они доверяют официальной версии, 53% в той или иной степени сказали, что склонно не доверять официальным результатам. Серик, почему именно госпереворот был выбран причиной вот этих вот протестов? Как вы считаете? Ну, госпереворот, официальная версия, то есть генеральная прокуратура звучала эту версию. Но если посмотреть на то, как разные лояльные властям, эксперты, публичная лица, они как они интерпретируют эти события, то там очень много разных сюжетов, там они говорят про третий сил, про роль России, про радикалов, экстремистов и так далее. То есть как будто бы самая задача это сделать так, чтобы люди, в принципе, не понимали, что произошло в эти дни. То есть максимально размазать и чтобы люди в итоге пришли к тому, что мы правду никогда не узнаем, мы не разберемся, что это было, поэтому лучше дальше не интересоваться. Как будто вся пропаганта больше работала именно на это. Ну да, госпереворот, как официальная версия, прозвучала. Но я думаю, что эта версия наистекает в целом из-за того сюжета, который расключивался весь период тукаевского правления, то есть как только он стал президентом, были разговоры о том, что есть гиблиотека, которая выводит Назарбаев и аккордат Геи Тукаев. И якобы идет противостояние между двумя центрами принять решение. И потом, когда произошли эти события, Тукаев как будто бы наконец-то стал полноценным президентом, и тем самым как бы победил Назарбаева, либо Куарна Зарбаева, я не знаю. То есть этот сюжет, он уже присутствовал в публичном поле и возможно администрат с президентой люди, которые в целом занимаются информационным сопровождением до этих событий, они сходили с того, что это наиболее то, что ложится с повышенной синеративой. И возможно поэтому довольно много людей, которые поверили в это, так же во время вопроса задавали вопрос, кто на самом деле руководит Казахстану? Назарбаев, Тукаев или они вместе? И там ответили, что 40% сказали, что Тукаев сам правиль. То есть это не большинство, даже процент 15% сказали, что до сих пор Назарбаев остается главным, кто рулится с страной. И там тоже 10-15% сказали, что они вместе руководятся с страной. То есть это сюжет о двоевласти, он в принципе был, были разговоры, люди обсуждали очень довольно много, и часто, возможно, госперевороты как раз в эту линию хорошо ложились. Серега, по-вашему, что произошло? Что это было? Я думаю, что я прослушала сегодня Евгения Александровича, который говорил, что это не одно, а несколько событий. И там было и множество игроков, которые были разные интересы. Но, если давайте оцентку как с событию, ну если давайте этому как явлению, как процессу, то понятно, что это был политический протест граждан. И который имела разную динамику, разные события на наполнении каждым в разных регионах. И также разные последствия. И мы, кстати, помимо опроса проводили интервью с участниками этих событий в разных городах, это Алматы, Апостона, Икдобастос, Шинкент, Ахтал и семей. И, в принципе, они говорили то, что сегодня говорили ваши участники вашего марафона, но там основной мотив людей было желание поменять ситуацию в стране, добиться политических изменений, социальные изменения, а также поддержка Рано Зенцев. Понятно было, что интервью нам давали людей, которые готовы были поделиться тем, что они видели. И, возможно, это однозначно, это часть участников этих событий. Но, в целом, понятно, что вот эти люди, которые были в те дни на площади, это по разным оценкам 100 тысяч до миллиона человек, если весь город стан брать, это эти люди, которые самостоятельно принимали решение участвовать в этом мире, не участвовать, и этих людей невозможно было организовать, как пытается представить официальную власть. И я думаю, что самая наиболее точная характеристика этим событиям это политический протест, который случился спонтанно, это саморганизованная мобилизация, это не была заранее подготовлена акция, как опять же генеральная прокуратура говорила, мы разговаривали с людьми, они здесь сказали, что никто их не приглашал, они все узнали через социальные сети, через знакомых, и просто видели протестиру и подключились. Как таковых лидеров не было, они появляли спонтанно на местах уже, это вот в Алматию про это часто говорили. И также, общее, то, что происходило в разных городах, это очень на жестокие действия стороны полиции, сразу же начинали сбивать, забирать людей, чтобы узолом уже озлоблении участников. Во всех городах это начиналось как мирный протест, никто не собирался идти захватать акема, поджигать машины и так далее, то есть вот эти последствия, в виде письмейской порядки в полгромб, это уже было следствие противостояния между участниками протестов и правоходящим органам. Серик, вы проводите, ну как мне кажется, достаточно много различных соцсопросов. Скажите, пожалуйста, те, которые вы провели за последние два года после контара, чувствуется ли в них какое-то социальное напряжение? Социальное напряжение, ну и мы обычно измеряем это через показателей социального чувств, насколько улучшилось или улучшилось. Последнее, просто, которое мы провели, там около 40% сказали, что за прошлый год уровень жизни улучшился. Мы вот это довольно много, как по другим вопросам, я не помню, что столько людей, как бы обмечали, что стало хуже жить. То есть это порядки 20-25%, насколько я помню. И по напряженности специального вопроса не было, но то, что мы наблюдаем, это сильная поляризация, вот это не только по инвасным событиям, но и по восприятию войны в Украине, видно, что есть два лагеря. По инвасным событиям, кстати, тоже, то есть есть часть 25%+ в каждом, которые не доверяют, то есть они считают, что это были мирные митинги, которые не одобряют действия властей, также считают, что ответственность за трагический слой несет президент в стране. И это, ну, они прямо видно, что это отдельный сегмент общества. Это очень много, то есть 25%, которые недовольны из ситуации в стране и которые считают, что президент должен есть ответственность за трагический видок. То есть это является такой большой социальной базой для будущих протестов. Да, вот в вашем последнем опросе я увидела достаточно внушительную цифру, я имею в виду, процент людей, которые хотят масштабных перемен. Да, кстати, запрос на перемены, мы отмечали, кстати, до инвасной событий, и этот доля, так-то, граждан начала расти, ну, это, чуть тысячи, 18 года, 19 год стал еще больше, когда первый президент ушел. Вот, и в последний раз, вот мы в декабре делали вопрос, 65% сказали, что к разу станет нужны масштабные перемены. Вот это тоже, то есть, это тот запрос, который был до инвасной событий, он все еще остается открытым. Спасибо, Серега Большова. Спасибо вам. Спасибо. Угу, до свидания.