[Расшифровка видео] Постановление Токаева отменил Тасмагамбетов.docx

Google Docs neutral 2026-04-11 43 чанков ~83 мин чтения

Сущности

Постановление Токаева отменил Тасмагамбетов: «Собственное мнение» Булата АБИЛОВА. Вперёд, в прошлое! https://www.youtube.com/watch?v=srxSPdZddXA Исклеймер, все сказанное на YouTube канале Гипербори является личным мнением автора и ведущего Вадима Борейка, а также личным мнением приглашенных спикеров. Общий привет! До стар! Сырмец Сырмей с вами я Вадим Борейкой и канал Гипербори. В эфире программа "Вперед в прошлое", где я ознакомлю вас с видеоматериалами из нашей общей истории не такой уж и далекой. Неделю назад я показал вам программу собственное мнение от 2002 года, в которой обсуждались поправки в закон ОСМИ. Сегодня я пригласил в эфир первого ведущего этой программы, которая выходила на 31-ом канале Арманджана Байтасова, Булата Обилова. Булат Мукеш, здравствуйте! Добрый день, вечер, утро! Приветствую вас, Вадим Николаевич. Спасибо за приглашение. Скажите, пожалуйста, когда программа началась? Был сложный период. Это осень, зима 2001 года, это ДВК. И потом уже 2002 год начались бурные процессы в политической жизни, в моей личной судьбе. Мы решили создать партию Акжоллс, сразу в Жандосовом, еще ряд, ну, Олеган Баймена. И вы помните, тогда произошел такой дикий случай, когда в январе в цирке Мухтар Раблязов, голым жанжики Анов и экстородники хотели провести в такой демократический форум, транслировали через телеканал ТАН, который был належал Мухтар Раблязову. И кто-то из, видно, спецслужб, прострелил фидр на телецентре и канал прекратил какое-то время вещания. Меня это сильно возмутило внутренне так. Как это можно? То есть мы говорим о свободе слова, мы говорим о какие-то демократических преобразованиях. И вот у меня стала зарядь идея какую-то программу такую выпустить, организовать. Вот где-то это весна, раннее весна, где-то апрель уже тепло было, я встретился с Арманджану Байтасовым, с Игорем Пискуновым, Арманджан Байтасовым, где-то перед спиртом канала я ему передаю привет и очень благодарен за то, что Арманджан согласился дать эфирное время, это было воскресенье, Парайм-Тайм, вечером. Игорь Пискунов был и Галла Теви, Галина Леонидна, моя теща, они как бы вместе какой-то вродский союз сделали и я решил сам выйти, почему нет, взять в руки микрофон. Скажите, а вы к тому времени уже разошлись с Мухтаром Облязовым и Голомжаном Жакияном по пониманию уровня радикализма своего? Да, вы правы, как раз вот точка невозврата чуть-чуть, она была так, когда Голомжан и Мухтар решили провести вот этот форм оппозиционных сил вместе со старой оппозиции со всеми семи мистью, а мы были против, потому что мы еще сами как ДВК, как люди, как личности, как движения, мы не определились, куда мы двигаемся, как мы двигаемся, какие формы работают. А у старой оппозиции тогда был Лозунг Казахстан Бизнесербаева. Я с ними встречался, они меня все жаловали, что Нзарбаев их преследует, закрывает, что-то еще делает, судит. Я говорю, у вас радикальный Лозунг, вы хотите Казахстан Бизнесербаева, то есть получается сваливай или в тюрьму или еще куда-нибудь. Ну то есть я выступал и мы за такой демократический процесс. То есть вы просто хотели, чтобы Крокодилл вел себя прилично и приучить его к вегодарианской диете. Это сейчас уже на расстоянии, понимаешь. Но вопрос же результат и вопрос эффективности, то есть буквально через какое-то время 27 марта арестовали Мухтара Облязова. Он пошел на радикальный, ну уже как бы они с Голлумжаном вместе, мы там позже много общались, и они прямо сказали на Зарбаеву, давай уходи, давай обсуждать пост Назарбаевский период. Ну мы считали, я считал, что это полностью... Давайте к этой теме мы вернемся после того, как посмотрим программу, потому что у нас сегодня своеобразное интервью, оно включает просмотр. Начинаем. Окей. Здравствуйте. Вы смотрите программу собственные мнения. Сегодня я хотел поговорить, узнать ваши мнения об одном и очень интересном, то же время скандальном событии в экономической жизни нашей страны. Речь пойдет о приватизации. Это слово вошло прочно в нашу жизнь лет 10 назад. Вообще тема приватизации очень большая, и может быть не стоило ворошить прошлое, если бы ни одно постановление постановление правительства. Булат Макияжевич, вы говорите о постановлении правительства за подказью премьера министра и монголита Смогомбетова, и к которому вы возвращаетесь в этой передаче минут через 20, наверное. Ну, я точно в хронологии Вадим Николаевич не помню, но постановая, естественно, нас возмутило, что и так по левой семьи зашли в Казахстан группа Машкевича еврорзийская, да, Казахмыс, Владимир Ким, да, никому не известный. Тут Джиммиттл зашел комиссионный, 100 миллионов долларов заплатил, мы это прекрасно знали. И понятное дело, и монголита Смогомбетова был в семье в хороших теплых отношениях, и каким-то образом эта бумага вышла. Давайте к этому постановлению вернемся, когда вы доведете до него речь в этой программе, а пока продолжим. Давайте вспомним, как это было, начало 90-х, середина 90-х. Пожалуйста, на экран. 1994 год. Средняя ежемесячная зарплата в Казахстане составляет 63 доллара. Это, пожалуй, единственный аргумент правительства и единственное проявление капитализма. Баллом правят красные директора, руководители государственных предприятий. В их руках оказались почти все стратегические отрасли. Самая главная проблема - кризис ни платежей. Банальное воровство привело к тому, что свыше 4000 предприятий признаны убыточными. 1994-95-е годы стали пиком за бастовок шахтеров и металлургов. Правительство начинает продавать гос-предприятием. В обеход входят слова "инвестор" и "митинг". Первые пытаются решить финансовые проблемы, а пенсионеры и рабочие выходят на площади и ложатся на рельсы. Водитель Алматинской ТЭДС-2 Александр Терлетский, не получавший зарплату полгода, осенью 1996-го, покончил с жизнью самосожжением. Экономические проблемы перешли в плоскость политическую. Парламент вынужден принимать специальный закон по срокам выплаты зарплаты. По данным правительства, средемесячный заработок в 1996 году составлял 166 долларов США. А долги по зарплатам и пенсиям уже приблизились к 700 миллионов долларов. К тому моменту правительство продало почти все предприятия сырьевой отрасли. Я бы сейчас не хотелось говорить об ошибках приватизации, об этапах. Почему вам не хотелось говорить об ошибках приватизации? Надо вспомнить вопрос в том, что, наверное, оттуда я был с одной стороны руководитель партии, одессы руководителей, с другой стороны ведущей этой программой. И задача стояла поговорить именно об этом постановлении о том, что произошло. Отдельная программа приватизации, надо посмотреть, она у нас была или нет об ошибках приватизации. Но мы как раз решили, что будет разговор об ошибках приватизации. Как раз здесь такая игра получилась. Я как бы сказал это, но дальше мы стали говорить об ошибках приватизации. Кстати, гости, которые были, они и раскрыли ошибки приватизации. Давайте я попытаюсь ответить на вопрос, который сам вам задал. Вы не хотели говорить об ошибках приватизации здесь, потому что вы сами участвовали в этой кривой приватизации в 1995 году, когда вам на две недели дали поддержать кармет. Вы часто в интервью мне рассказывали, как героически отказались давать взятку в 20% от кармета некому высокопоставленному чиновнику, которого мы до сих пор не назвали, хотя это секрет по лишенели, потому что у нас нет оказательств. Но вы же в то время, когда вам дали поддержать на две недели кармет, были советниками внештатным по бизнесу Назарбаева, и почему-то я не припомню, чтобы вы говорили про обстоятельства, при которых вам дали поддержать. Вот как это было. - Вадим Николаевич, очень просто. Мы предложили лучшие условия. Президенту тогда, как расшел разговор о приватизации, я сказал, что мы работаем с кармет-комбинатом. У нас есть партнер, австрийская компания Fiosalpina. У них 6-2 завода в Австрии, буквально 6-8 заводами в мире они управляют. У них большой опыт. Мы готовы. В этом комбинате лежал в убытках, лежал на полу, извиняюсь, не платежей. Зима как раз наступала, это осень 1994 года. То есть, поэтому здесь я не по этой причине, я не хотел говорить об ошибках, я, наоборот, спокойный город, что мы, Мухтар и Джаккеш, вместе со мной, мы не дали взятку. Не то, что нам дали поддержать, мы предложили лучшие условия. Объявили тендер. Пришло несколько компаний, в том числе Nordix, лучанский US Steel и X-Engineering, еще что-то было настоящее, тендер правительственное, то есть это не так, что мы под столом что-то хотели договориться, не договорились. Ну ладно, Мухтар, всем уже прекрасно известно, что Назарбаев отдавал активы не тому, кто предлагает лучшие условия, а кто предлагает лучшие условия для него персонально, лично. А тогда вы знали 1995 году это весной, нет? Никто не знал этого тогда, 1995 год-весна все только начиналось, и президент был не такой страшный, ужасный и коррумпированный, семья там где-то была на вторых халях, Тимур и Рахат у меня в приемной часами сидела. И таковым он стал через две недели, когда у Асотнила? Нет, Вадим Николаевич, но вы же верите в то, что, возможно, мы предложили лучшую программу. У нас большая международная компания Австрийской ВЯР. Вы хотите сказать, что у вас статус внешнатного советника президента по бизнесу никак не сказался на том, что вам дали, отдали кормит флагман в казахстанской промышленности? А вы же допускаете, что компания будет, тогда была очень известна, мы крупнейшая компания, мы много работали с западными компаниями, внутри казахстана много работали и реально мы могли. А чем тогда, отличаясь, извиняюсь, кто-то знал до этого, евразийскую группу Машкевича, чем они управляли, что они создали, что они сделали. Владимир Ким, что он сделал, что он создал, инструктор Райкома партии. Вопрос в том, что мы уже как компания созрели, Вадим Николаевич, поверьте. У вас была компания что металлургическое, у вас была торговая компания, его сумму купи, продай, правильно? Не только это, мы... А что вы производили? Мы тогда только начинался бизнес, мы много что работали, завозили, но мы помогали тому же кормету, поставляли на него уголь, поставляли на него Соколова Сорбайский руду, поставляли на него Лисаковскую руду, брали у них металл, продавали на стороной компании, мы работали с... Актюбин сейчас про металлургию расскажу, да? Мы работали с магнетогрозским металлургическим комбинатом, поставляли на... магнетогрозский металлургический комбинат, железную руду еще раз Соколовску, Сорбайскую, Лисаковскую, Каргандинский уголь, мы работали снова кузнецким заводом. То есть у нас были большие уже связи с металлургиями. Когда еще кормец вам не отдали? Не отдали. В 1993-1994 год я был лично хорошо знаком и общался с Рашниковым, который сейчас генеральный директор и хозяин кемагнетогрозским металлургическим комбинатом. Мы работали с Актюбинском нефть, мы работали с Ашносом, мы работали с Павлодасским НПЗ, мы работали с Сорским НПЗ, у нас были большие объемы по нефтепереработке. Так что мы... Окей, был опыт был у нас. Не будем тормозить, я принимаю любые ответы, но я все подтвердаю сомнение. Мне бы хотел сейчас послушать ваше мнение, что вам лично дало приватизация государственной собственности? В целом приватизация нужна была. Мы получили частную экономику и худобедно все-таки люди почувствовали в себе уверенность и начали предпринимать какие-то шаги на своем каждом ботпрятии. Какая может быть благодать, как товарищ говорит, что это уверенности против против? Когда 90% людей из-за этой приватизации стали нищими. Сейчас мы понимаем о том, что приватизация, ее кроме как ограбление колоссальное, запланированное ограбление народа никто не воспринимает. Сама приватизация нужна, но начало приватизации в Казахстане, даже как в остальных странах от НГ, было похоже на то, на старый анекдот, когда последний пельмен лежал на тарелке и погас свет. Все полетели рукой, хозяйка схватила успел и попала на вилку, то есть народ не был подготовлен, никому не было объяснено, почему, что как в целом правильное хорошее начинание делалось. Сегодня мы пригласили на нашу программу правительства членов правительства. Мы хотели послушать мнение правительства в прошедших реформах о прошедшей приватизации. Сегодня вы их здесь не видите, к сожалению, мы не можем узнать их мнение, поэтому мне хотелось сказать, что у нас есть в гостях первый наш гость, уразолить джандосов, уразолить, просим вас пройти сюда на сцену. Уразолить, скажите, пожалуйста, почему вот когда был Советский Союз, наши предприятия еще работали, а вот как только мы получили независимость, все как-то стало валиться из рук. Государство в первые годы независимости не было тем государством, которым оно должно быть. И на мой взгляд ключевая причина - это в слабости государства. После 1991 года экономика открылась, хорошо или плохо, это другой вопрос, и многие предприятия объективно стали неконкурентно способными. Вы считаете, что экономика наша не была готова к открытой рыночным реформам, конкурентности, и, наверное, правительство должно было предпринимать меры, чтобы изменить эту ситуацию? Вот мне бы хотелось узнать о роли правительства в то время и роли красных директоров. Мы часто ругаем наших директоров всех крупных компаний, которые оказались неэффективными управленцами. Ключевая роль, конечно, роли и, соответственно, вина она лежит на государстве, то есть на правительстве в этом смысле. Правительство должно было проводить ту модель, которая наибольший степень не отвечала интересам и предприятий и населения народов в целом. Красные директора, их, наверное, вина больше моральная, потому что в сложившейся системе они вели себя как еще описал Адам Смит, как экономические люди, то есть они старались набить свой карман. Когда правительство решило проводить приватизацию, лично вам как нужно было проводить приватизацию, как вы считаете? Вот я помню, проводились тендер инвестиционные передачи об управлении, насколько эффективно вы рассматриваете эти шаги по приватизации. В мой взгляд достаточно простой он не менялся эти годы. Есть сектора, это большинство секторов экономики, в которых есть ли политическое решение о приватизации. Принято единственным правильным способом является денежный аукцион. То есть тот, кто заплатит больше, тот получает право собственности на объект. Желательно проводить эти сами аукционы также не в закрытых физические помещениях, а вот в таких, примерно помещениях, как сегодня проходит ваша булад передателя. Мы как-то так и не слышали об открытых денежных аукционах. В основном приватизация прошла как-то так незаметно для многих из нас и прошла вот насколько мы знаем из прессы передача об управлении, тендеры инвестиционных, по которым потом трудно проконтролировать выполнение обязательств. Как вы думаете, почему все-таки правительство выбрало другой путь? В каждом случае вопрос определялся и завитил от баланса сил тех, кто стоял за правильные, то есть транспарентные методы приватизации денежной аукционы и тех, кто предпочитал другие методы, понятно, с целью того, чтобы отдать то или иное предприятие в руки связанных с ним или лиц или лиц, которые попросту, говоря, дали взятку. Может быть, есть мнение аудитории, как вы думаете, каким путем должно было пойти правительство для приватизации государственных собственностей? Ну, конечно, это было бы не то, что бы вы не могли бы продавать на аукционах инвестиционные тендеры или передать в управление. Значит, первое, тот, кто схватил жирный кусок, хоть давится, но остальному он не дал. Болит его в кепт? Очень хорошее сравнение. Скажите, оно подходит к Назарбаеву? Он вообще делился или старался запихать себе за четыре щеки? Конечно, мы понимаем, что да, Назарбаев был страшным злом для страны, для времени, которое мы все оказались. То есть страна могла быть. Вы делился или нет? Конкретно, скажи? Нет, ну понятно, какая ситуация. Он был очень алчен человек, как оказалось, да. Делился, понятно дело, он все проглотить не мог, но рядом его окружение растаскивали страну, дальше растаскивали себе природные богатства, заводы, фабрики. То есть то, что он не успел или не угледил, остали, а здесь все остальное могло, как говорится, его окружением, его семьей растаскиваться. Я слышал минимум от трех бизнесменов, друг от друга, независящих, о том, что бывший президент имел некую ириенту чуть ли не с каждого бизнеса. Ну, я не скажу так. То, что он контролировал, потом уже начал контролировать финансовый сектор, да, он увидел, что наши независимые банки все, а креплесть стали на ноги и он прямо начал требовать долю со всех Коском, Туронолем, Альянс, не знаю сколько, другие, Халык я снаедил, семья контролирует Осин, он такую как бы с них плату начал брать, да, даже несколько раз заходил в долю. Акциями, да? Акции, потом решил выйти, продавал хозяевам, кэш получал, через несколько лет снова решил зайти, опять на ему акции переписали, он опять их продал, то есть такой бизнесмен был. Плюс я знаю, что он до алчан, если какие-то большие проекты шли, большие проекты, то он обязательно вызывал к себе и требовал долю. То есть тот же Мухтар Раблязов рассказывал, когда он, это по-моему 2005 год или 2006, в Турцию Мухтар Раблязов пошел с проектами и на приватизационном каком-то аукционе купил там за 600 миллионов долларов, какая-то страшная цифра, какой-то крупный объект в Турции. Но по ошибке выбрал не этих партнеров. В Турцию идти с армянскими партнерами, Варданян такой, по-моему, заменит, тройка диалог, который сейчас в Турме сидит, руководил... Рабахи известны? Рабахи. Рабахи не известны? Да, тройка диалог, да. Он с ними зашел в Турцию, купил, а потом Турки увидели, что армянин здесь и всё аннулировали. Вот Мухтар Раблязов рассказывает, что и его пригласили на день рождения Назарбаева, стоят они обсуждают, и Мухтар ему, как бы так, с гордостью говорит. Косподи президент, вот он участвовал в аукционе, в аукцион, денежный в Турции, и за какую-то огромную сумму несколько сот миллионов долгов купил какой-то актив. И такой радостный стоит, и думаю, сейчас президент его поздравит, а президент говорит, ну и что? А что мне с этого? Я что с этого имею? И пошел дальше. Был проект, вы помните, большое месторождение в актюбинской области? Олибег Мала, по-моему, называлась месторождение. Его Нурлан Тепчев-Болгимбаев с несколькими группами взял, приватизировали они его и решили продать лукой лу за два миллиарда доллара. Это где-то 2005-2006 год, это поговные деньги, два миллиарда доллара. Ну и хотели поделить на троих. Назарбаев вызывает и говорит, э, Нурлан, ребят, вы что, на четырех делите? А вот его конфликт с Облязовым, который в его глазах стал врагом государства номер один, был вызван отказом Мухтаря Кабуловича отдавать его долю в БТА? Нет. Мухтар несколько раз и передавал, он мне лично говорил, то есть Мухтар был очень гибкий, то есть вы помните... Сейчас не скажешь. Ну, а вот пути вот такие чуть-чуть, когда создавалась ДВК, лично я был против создания, вселу ряд причин, потому что я говорил у вас в интервью, одно дело экономический проект, ложили, не поняли, разбежались и все. Политетский голову можно потерять, а в политицке надо знать, с кем идти. Я как бы не строняю был создание ДВК. Но пошли, пожалуйста. Пошел, да. Понятное дело из друзья, продмёрся. Все побежали, я побежал? Нет. Я сознано уже вступил. Вот. И дальше, когда он пошел путём радикализма, когда они с Голумжаном стали говорить на зарбаевое улицо и его там близким, там уже у Тимуратового передайте, пусть власть отдает, а не власть. Голумжан-президент, в разу джантосу предлагали посплимир министра, он отказался, ещё что-то. Ну, то есть, а потом вы помните, что его посадили Мухтары? Мухтары посадили... Где там ДВК? Торогу. Поваривали 27 марта 2002-го, а в июне июля шёл суд в остане. Вот ему, по-моему, лет на 5-6 дали срок, но он вышел, вы помните, на свой день рождения, 18 мая 2003-го года он вышел. И... Рыбаях его помиловал? Помиловал, но под обязательство ничем не заниматься. То есть, вернуться в бизнес. Ну, как бы вернуться в бизнес не совсем получилось, потому что уже по банку там были уже как бы вот Мухтар Доли уже принадлежал на Зарбаеву через других людей. И вот Мухтар как бы, занимаясь, решил заняться бизнесом, но уже как бы, так сказать, в банк он не мог вернуться. И он договорился с Ержаном Татешевым, что Ержаном Татешева открывает ему кредитную линию 200 миллионов долларов, и он едет в Москву заниматься там бизнесом. Он уехал в Москву, занимался бизнесом, какие-то проекты в Москве очень много у него было и в Москве сети, но он везде, как сам не рассказывал, в 30 процентов, да, вот, и как его на Павилетском вокзале возле Павилетской площади, большой какой-то торговый центр. Несколько там, наверное, 100 миллионов долларов он там в Москве как лица закопал. И вот потом, когда уже ситуация повернулась так, что парламентский выборой, он финансировал Алгадой ВК и коммунистов, мы с ним несколько раз встречались, обсуждали... Четвертый год. Пятый и осью мы стали плотно очень встречаться с Мухтаром и в Лондоне, и в Москве, и Алтембек, и Алраз, и он решил нас поддержать. И мы договорились, что мы вместе выдвигаем того же Жармахана-Тойкбая, потом про апрельская революция Сорени апрельс... До президентских выборов, 2005 года. 2005 года, в марте на наурыс, в соседней Киргизе, произошел переворот. Аскар Акаев оставил страну, уехал, и пришел Бакив. Грузии произошел переворот, Сакашвили пришел в Украине, Ющенко, выведен... - Акавилд бежал через Казахстан уже? - Да. И вот Киргизия, и все СМИ уже в России везде писали аналеки, что следующая страна - это Казахстан. Потому что в 5 году выборы осенью-зимой президентский и Молдин Назарбаева тоже сметут. Он был очень напуган Назарбаев. И вот они в Москве встретились с Мухтаром, Мухтар рассказывал. - Назарбаев. - Назарбаев, в апреле 5 года. Как дела, Мухтар? Ты что там за позиции шушукайся? Что ты там делаешь? Ты же бизнесмен. А Мухтар говорит, ну мне же ничего не вернули. Банк не пустили. Хотел в нефтянку, Тима не пускает. Хотел в Алмакте проекты какие-то, девелопроские. Тасмагомбетов, Аким не пускает. - Тима и Тимурку Любаев. - Тима и Тимурку Любаев, ссори, да. И Магарита с Магомбетов, Аким города, был обижен на Мухтар из-за того, что он в книге о нем плохо написал. Ну Назарбаев говорит, как Мухтар? Давай что? Мухтар говорит, ну верните мне банк, Тураналим. И два урановых месторождения. - Какие? - Они в Казалординской, где-то в Чемкинской области. Два месторождения, потом он их взял за 3 миллиона долларов, продал за 450 миллионов долларов у раннего ванка, такой компании, которая была канадская, гистр, такой из, прилетал - Джустро. - Джустро, Джустро, гистро. В начале сентября прилетал в Алмату вместе с Биллом Клинтоном. Билл Клинтон его лоббировал. - Джакшев рассказывал. - Да. Ну вот как раз вот эта вся схема и была. И вернули его на банк. И вернули на банк. Он стал очень лояльной, спокойной власти. - Он который стал БТА. - Да. Вот БТА, все. Ну, мы все годы встречались. Мухтар в этом плане технологичный человек, и очень такой разум. - Но потом же стал врагом. - Ну вот я и говорю, что он говорил, Булат, я знаю, что Назарбаев типа не верит мне. И я ему не верю. Потому что то, что там он в тюрьме был там, в тюрьме там пытали, избивали еще что-то, это все. Назарбаев знает и как бы Мухтар ему этого не простит. И пока кризис не грянул, кризис не грянул восьмого, в девятого года, вы помните, восьмого. Когда банкам должны были помочь, Коскому, БТА, Альянсу. И как говорится, ну здесь какая? Мухтар, он же такой игрок, он таким комбинационным мышлением. Он же шахматист. Интересная вещь. Он в осенью восьмого года, видя, что уже кризис развивается, что уже много, что в мире происходит. 16 сентября восьмого года Лемонбразы сгрохнулся, другие компании стали. Да, нас доходило с 2009-го, помимо, да? Да, 2009-го уже волна пошла, осень и все уже. Нефть 2008-мом летом была 144 доллара. В 144 доллара летом на пике она была 146-146, 2008-м году. А в 2009-м где-то в феврале она уже была 2930. То есть, осенью просто обвал произошел, зимой, и она где-то ближе к весне 2009-го года уже была 30 долларов за баррель. То есть, мир просто погрузился в такой жестокий кризис. И вот тогда Мухтар, он же такой, и он у Тимуратового говорит, слушай, Булат, кто такой Карим Масимов? Почему он премьер-министр? Булат у Тимуратов тогда был управделами. У правделами, да. У Булат у Тимуратов был управделами президента. Ну, уже долларово миллиардером. Долларо миллиардер тогда уже был. Да, в 2007-м году он стал. В 2007-м году он продал… А суддательный чиновник подчеркнул. Абсолютно, да. Не дня не работавший в бизнесе. Не дня не работавший в бизнесе. Я когда это говорю, он всё время обижается. Но я это подчеркиваю. Не дня не работал в бизнесе. Долларовый миллионер в 2007-м году продал свой банк отэф за 2,2 миллиарда долларов. Её не кредит. Её не кредит в итальянской группе. Потом это банк грохнулся. И вот Мухтар ему говорит. Слушай, Булат, ты крутой парень. Ты сам себе сделал. Ты миллиардер. Ты этому правде ламят. Что такое Карим Масимов? Что он сделал вообще в этой стране? Его везде назначает, он что-то руководит. Ты готов у премьер-министров, ты кризис-менеджер. Ты должен возлает правительство. У Тимуратов стрепеннулся. Программу напиши. Мухтар ему написал программу. У Тимуратов заходит президенту. Это глубокая осень восьмого года. Ну, уже почти зима. И говорит. Ну, сам же кризис мировой идет. К нам придет. Всё повалится. Карим не справляется. Назначьте меня. Назор Баев его выслушал. Говорит, ладно, хорошо. Предлашает Карим Масимова, Тимур Акулебаева, Кайрата Килимбетова, Григория Марченко. И говорит. Слушайте, такая ситуация. Всё валится туда-сюда. Он хочет поменять правительство и убрать Карима, назначить у Тимуратова. Эти четвероны дыбы. Как? Да вы что? Они все не любили и, наверное, сейчас не любят. У Тимуратова. И у них началось как бы столкновение. А из-за чего не любят? Ну, в силу того, что с разной группой каждый борется за доступ к телу, за солнце, под президентом, да, за быть его тенью. У каждого финансов промышленная группа каждый где-то конкурирует и они очень плохо жили. И сейчас, наверное, тоже. И они все четыром выступили против у Тимуратова и добились снятия у Тимуратова. У Тимуратова слетел с должности. Супротивами? Супротивами он слетел. Он где-то несколько месяцев был без должности. Потом его президент назначил весной 9-го года. Смешно. Представителем Казахстана, в Киргизи. Киргизи. Помните? Спецпредседатель. Это кинож. Последняя его должность на госслужбе. После этого он ушел как бы чистый бизнес. Группа Капаневерный Китал Геннадий Сталовца. И окружение-то понял, что это Мухтар организовал овлязов. И стали против Мухтар тоже работать. И решили Мухтаро банку не помогать. И в январе, в конце января, уже 9-го года Мухтаро овлязов собрал 50 своих родственников. На чартере улетел за границу. С тех пор мы его в Казахстане не видели. Продолжим. Все говорят такой сикой, но все осуждают, но никто его не посадил, его и ее и так далее. Простой пример. За 17 тысяч долларов дворец спорта октябрьский продан одному человеку в Караганде. Через несколько лет выясняется, за ним стоял Оким. 17 миллионный долларов объект за 17 тысяч ушел. Это трехкомнатная. После этого этот спортивный объект начал работать как базар. В Караганде было оттуда родом. Вы знаете, что это такое? Я считаю, что в Конституции Казахстана есть такая статья. Последним источником власти является народ. Прежде чем делать приватизацию, вот эти люди, о которых сейчас товарищ говорил, они с народом не посоветовались. И в результате мы получили утечку нашего богатства воровским путем за границу и в иностранные банки. Куда полным потоком рекой текут наши средства? Товарищи, давайте одумаемся. Нам нужно вернуться, нам нужно возвращаться к государственности. Когда предприятия нашей передавали, допустим, в основном в управлении и на тендер. Какие условия стали перед собственниками? Что должен был сделать собственник? Условия, как я понимаю, выдвигались разные в различном случае. Но, в общем, мне кажется, эти условия в основном служили камуфляжем для того, чтобы предприятия были проданы известному покупателю, заранее известному покупателю по дешевой цене или по минимальной цене. Получается, что государство выставляя государственную собственность на продажу не преследовало цели получить максимальную цену и получить максимально эффективного собственника. Валентина Макалкин, депутат нашего парламента, прошу саду. Мы с вами в сюжете видели, что ситуация была напряженная в 90-е годы, не выплаты зарплат, пенсии, остановка предприятий. Как вы могли бы прокомментировать те годы? Если посмотрим в конституцию, которая была до 95-го и в 95-м, то там четко записаны экономические реформы на благо всего народа. Если мы посмотрим итоги, то благо народа не получилось. Вот недавно наша парламентская делегация была в Малайзе. В Малайзе не проводилась ни национализации, ни приватизации. Развивалась она по планам. В частности, не в тенной сектор там государственная компания, вертикально интегрирована Епетронос. В 2001 году добыча нефти составила 30 миллионов тонн, в Казахстане на помню 40. Поскольку это государственная компания, чистый доход составил 7 миллиардов. Это можно было бюджет забрать или инвестировать. Там в 2001 году 50-50, половина бюджет, половина инвестиции. Итого бюджет получил более 10 миллиардов долларов только с одной нефти. Ну, на помню, кто может быть не помнит, весь бюджет в Казахстане в 2001 году составлял 4,2 миллиарда долларов. Вот вам результат. Поэтому как итог, я может быть перебираю время, я скажу, что реформы делали не профессионалы. Я вспоминаю знаменитое выступление премьер-министы Монголита Смогомбето в парламенте, когда он поведал депутатам и всем нам о том, что миллиард долларов лежал от продажи наших нефтяных ресурсов. И он спас страну в тяжелые годы, когда они выплачивались пенсии зарплаты, и этот миллиард пошел на погашение. Расскажите, пожалуйста, наших зрителей, был от Мукижич, что это был зимний айрд и кому он принадлежал? Этот миллиард принадлежал, естественно, народу Казахстана, но таким образом Назарбаев и окружение хотели нивелировать ситуацию вокруг Казаргей. Дело такое Казаргей, когда Назарбаев, его окружение, его премьер-министр, бывший министр, Нурлан Болгимбаев, были привлечены к уголовной ответственности в США, что они получали взятки через Джеймса Гифина, американского бизнесмена, как оказалось, потом он агент ЦРУ, работал на ЦРУ. Тогда был большой шум, и в проламенте весной 2002 года выступил Серегу Лосен Аблильдаевич Аблильдин. Он депутат, меня уже к этому времени выгнали из парламента, и он заявил о том, что дело Казахгейт, коррупция, миллиарды долларов из страны уходит, короче, вы не хорошие люди. И президент отправил тогда Еманголита Смогомбетова в парламент, сказать, что оказывается есть миллиард долларов, но мы его положили в надежные места, в Швейцарии. Короче, это все дело не взятки, не коррупция, вот там отдельно 100 миллионов у Назарбаева на счету нашли. Это все якобы деньги, которые лежат для государства, для правительства, естественно. Еманголи пришел в парламент, ему никто не поверил, он там что-то пытался убедить население, но... -Мне про этот счет рассказывал о Киржан Макжанович Кажегельдин. -Ну, сначала я отмечу, что эти взятки, это же было обнаружено четыре счета в Швейцарских банках, об этом группе журналистов, которых было я в 2001 году, рассказывал генеральный прокурор Женевы, Бернар Бертоса. -Бертоса знаменитая. -Да, было четыре счета на Благибаева, Назарбаева и на Дугуточерии. -Их. -Да. -Но размер взяток был 84 миллиона, потом они с процентами выросли до 110 с чем-то, потом они транспортировались в Казахстан через фонд БОТА, но здесь миллиард, и это были другие деньги же, да, это были, как говорил Кажегельдин, секретный счет казначейства, которым распоряжался лично Назарбаев, да? -Возможно, но здесь возможно какая ситуация, они уже видели, что ситуация для них плохая, что в Швейцарии обнаружены счета, обнаружены деньги, и чтобы это все не виллеровать, они взяли, выгнали миллиард, показали его, утечка произошла, может быть, специально даже, и Смогобитров говорит, никакой коррупции нет, все нормально, эти деньги, чуть-чуть они стабилизационный фонд, эти деньги вернутся в страну, все замечательно, то есть насколько я помню, такая ситуация была. -То есть это были неказаргейтерские деньги, да? -Это были неказаргейтерские, деньги были правительства, вернее, наши с вами, но правительство им распоряжалось, как захочет. -То есть вместо того, чтобы завести их в бюджет страны, вместо того, чтобы выплачивать или поднимать пенсии, зарплаты, они решили что? -То есть лежала, грубо говоря, у Назарбаева заначка в Швейцарском банке, и этот миллиард был как отступный. -Ну вот возьмите, тингивший урой крупнейшее месторождение, скажем, последних трех десятков лет, которое было открыто. -Ну, подписали, положим, первый контракт 50-50%. Потом Казахстан продает 25%, ну как нас заверил Блгимбаев, других, я информации не знаю, 25% продали за миллиард 250 миллионов. Прошло несколько лет, уже 5% продаем за 660 миллионов. Естественно, вопрос, почему так дешево? Ну, не знаем. Вот сейчас прошла информация, возможно, она нуждается в проверке, что Тиксако, это Тиксако-шеврон, который владели 50% свою долю продала шеврону за 43 миллиарда. -Можете что-нибудь пояснить по этой сделке, продажи долей Казахстана, Тингир-шевро или? -Ну, вообще никакой необходимости продавать не было тогда. Все понимали, что это огромное месторождение, за последние 30 лет, по-моему, это самое крупное месторождение в мире, которое было открыто. И есть замечательный фильм "Сириана" 2004-2005 года, вы видели, я тоже видел его замечательный, мы, Касурас, Алтым Бек, Тулиген Жукеев вместе ходили. Вот, посмотрели, каким-то образом его пустили в Казахстан. А где прямо говорится, президент Шеврон остает и говорит, мы не могли по другому работать, показывает на карту, на Каспи и говорит, да, здесь крупное месторождение, мы вынуждены были давать взятки. Но то, что Валентин Макалкин говорит о 44 миллиарда, это было слияние Тиксака и Шеврон. Шеврон за 44 миллиарда купил весь актив, там месторождение не только наши, на этом Тингизе, но и много других, наверное, это было. Но вот эти деньги, которые продавались за миллиард 250-25%, 5% за 650, ну, коррупция взятки, Вадим Николаевич, только так я могу рассынивать. То есть вообще государство, да? Абсолютно, эти люди просто, набивая свой карман, убеждали Назарбаева, что надо продать, конъюктура такая, нефть невысока, надо продать, сейчас для бюджета деньги нужны. Можно подумать, без его участия это делалось? С его участием, Вадим Николаевич, с его участием. Сразу? С его интересом уже? С его интересом писали на бумажке какие цифры, он кивал головой и вперед. У меня тогда вопрос к представителю юсаитам, вы в те годы консультировали наше правительство, какие вы тогда поддавали советы нашему правительству? Я как раз советовал в том, что касается разработки методологии продажи госпакетов акции на открытых аукционах. Возможно продажи именно по аукционам не осуществлялись так много, как хотелось бы. Они осуществлялись совершенно по-разному. Бывали такие аукционы, как именно в таком зале была полная открытость, был допуск к объектам, которые продавались заранее и цены выросли в ходе торгов бывало даже более старас. Были другие аукционы, которые были проводены очень тихо, не хочу сказать скрыто, но где реклама была сделана совершенно минимальная и там цена иногда вообще не выросла и сразу объект был продан за стартовую цену, сразу были тогда подозрения в сговоре и так далее. Разрешите мне к вам вопрос, вы как раз сейчас заговорили о денежных аукционах, не могли бы вы вспомнить какой-нибудь пример денежного аукциона, который на самом деле принес большую пользу государству, бюджету простым людям? Как примеры можно привести. Весной 1998 года мы проводили аукцион по продаже 100% акций банка TuraNalem и аукцион выиграла компания Astana Holding с цифрой, которую она предложила 72 миллиона долларов. Она потом заплатила 67 силу некоторых юридических моментов, но тем не менее эта цифра стучесительно превосходила ту цифру, на которую рассчитывали. Другой пример, в свое время проводился аукцион по продаже это не прямо государственная собственность, но также государственная ресурс, скажем, ресурс электромагнитного спектра, когда продавались две лицензии GSM. И мы за каждую из них в результате открытого аукциона денежного получили 67 миллионов долларов за каждую бюджету. Ну это были два правильных аукциона, которые проводили не только. Абсолютно правильных и оба их провел в разолеет жандосов. Уразолеевич здесь не упомянул, я вот сейчас хочу сказать, 1993 год он был предсадкой комитета по инвестиции. Тогда был потрясающий момент, Вадим Николаевич. Просто потрясающий. В истории такого не было. Года три назад был здесь форум один, инвестиционный. Халекбан, по-моему, проводил и урожан досов сидел. И тоже выступал и говорит, приведите мне пример денежного аукциона в Казахстане. Казахстан уже независимый 30 лет. Залитешина. И он рассказал случай, который я тоже знаю и я горжусь тем, что вот уразолеевич такое сделал. То есть выставлялась табачная фабрика города Алматы. Уразолеевич провел международный красивый тендер аукцион. То есть кто больше даст, тот из вас заберет. Забрала компания Филипп Морис. Они заплатили 100 миллионов долларов в 1993 году. Это были сумасшедшие деньги. И взяли обязательство построить новую фабрику почти за 300 миллионов. Инвестировать в наши здесь совхозы, чтобы здесь уже табак выращивать. Человеки. Да. Что делает Рейнольд Стабака? Чтобы не отстать, они в Чимкенте покупают, снова вразолеевич организовал аукцион. Старую пустую, чай развесочную фабрику в Чимкенте. Они покупают за 33 миллиона долларов и ставят там оборудование и выпускают сигареты. Вот два таких аукционов вразолеевич провел в 1993 году. Это потрясающе. А здесь продавали частоты. В 1997 году вразолеевич снова вернулся в 1996 году в правительство. И вдруг узнает. Хотите расскажу интересную вещь? Казахстан решили поделить на 500. Вы знаете, в России соты, да? Там если ты только года два назад отменили, если вы из Москвы звоните в Сибирь, у вас роуминг. Роуминг внутри России. Это специально такие коррупционные дела, и что больше компании зарабатывали. Наши умники решили то же самое сделать. Казахстан поделить на 500. Юг, Запад, Северо-Восток, Центр. И решили пить и компаниям раздать. Каждого зашел, отмечался. И бумаги почти лежали на столе у президента. Вразолеевич заходит и говорит, ну значит, нельзя этого делать. Мы опозолимся, вы что? Давай так. Самый прикольный момент, Вадим Николаевич. Самый страшный момент коррупции Назарбаев, один из моментов. И Терещенко, что они в 1994 году подписывают соглашение с какой-то компанией левой, аналоговая связь. Мы не могли ЖСМ, когда уже в России ЖСМ, Киргиза Станни, Узбекистан, у нас она, пошла подписать, на 5 лет не пускали ни одной компании ЖСМ в Казахстан. 1994 по 1998 год. 1998 как раз Васямому Разолеевич пришел назад, отправиться в Нюшу, с 7 по-моему. И вот это постановление вышло. И они тогда продали две частоты, купили вместе с Казахтелекомом Труксель. Труксель купил. Так? И вторую частоту купила турецкая группа братьев-озунов, вместе с Тимуром Кулибаевым, дали ему 40%. Потом вы помните, начался чуть-чуть кризис и в начале 0-левых у турков были проблемы в турецкой группе, в Турции с Эрдаганом. Эрдаган стал премьер-министом где-то 3-4 год, у них начались проблемы. И Тимур Кулибаев рейдовски захватывает Кимобайл. И потом, кому он продает? Маргулану. Сисим Байл. Маргулану Сисим Байл за 12 миллионов долларов продает. Потом, помню, Маргулан рассказывал, на следующий день, через день пришли 22 предложили, он решил не продавать, сам это все раскрутил и продал потом за 350 тимурадов, вместе с Велпинкомом. Все стабилайно, да? Билайно. Но это вот та частота. И все-таки ситуация в стране стабилизировалась. Да, все-таки сегодня стабильно выплачиваются пенсии, зарплаты бюджетникам, приватизация все равно каким-то образом сыграла свою положительную. Вот в этой стабилизации курсы, тинге, в росте ВВП, вы только что приватизацию эту ругали, что вроде бы плодов она для общества, для народа не дала. А как она повлияла на эту стабилизацию? Или были другие факторы? Нет, конечно, много других, я уже не могу. Все вообще. Здесь какая ситуация? Эти предприятия, которые взяла группа Машкевича, Кима Миттала, они лежали на полу. Вот кормят комбинат, мы пришли там несколько сот долларов убытки. Миллионов. Да, несколько сот миллионов долларов убытки. Что делает Миттал? Понятное дело, он прекращает воровство. Если раньше продавали металл по заниженной цене, ниже чем себе стоимость, и в карман выжили, то естественно, а закупали сырье по высокой цене, то Миттал и все Машкевич Ким делает другое. Снижают цену, закупочную, поднимают продажи. И вот эта морожа как раз позволяет зарабатывать деньги. В общем, ручей промышленной гигантской, они все-таки начали работать. Они заработали, они заработали. Какие бы ни были эти. Конечно, да. А цен на них тогда еще не разрезал? Вот как раз Вадим Николаевич, интересный момент. Как раз тогда цены на них пошли вверх, если в 2000 году они были где-то 12-15 долларов, то мы знаем, что уже где-то к восьмому году они выросли до 144. Да, но тогда еще не очень высокие были в 2003. Еще не очень высокие, но они уже росли, они уже стали подниматься и все это почувствовали. То есть мы пошли уже ровно. Что нефтянка пошла, доходы бюджета пошли. Там же какая ситуация? В любом случае Шеврон стал много платить, да, другие нефтяные компании. То есть тогда и металлургия, если сна на медь в 1995 году во время приватизации была где-то 700 или 800 долларов, то потом она уже несколько тысяч долларов была, Вадим Николаевич. Все, уголь, если там 90-е годы, там несколько, может быть 10-20 долларов за тонну, то потом он уже сотню стал стоить. То есть экономика мировая была на подъеме после кризиса 1997-1998 года азиатского, помните, рухнул и потом все стало подниматься. И цены на все металлы на сырье козахстанское стали расти вверх. Вот причина успеха наших нулевых. Это не Назорбаев там супер-пупер какой-то менеджер или так. То есть конекторы на него цены на сырье, на металлы, на нефть. Мы даже и сейчас, Вадим Николаевич, можем ту же корреляцию заметить. Как только цена на нефть идет вниз и на металлы, все, козахстанская экономика сразу уходит вниз, бюджет сокращается, тут же любой премьер-министр начинает говорить о приватизации. Как только цена на нефть и на металлы пошла вверх, все забывают о приватизации, потому что доходы бюджета расстут сами собой. Кустинге стабильные, рост ВВП. Давайте посмотрим сюжет. Козахстан. В большинстве инвесторов 15 год прошел. 15 год. Планы у Назарабаева усек были, мы будем добывать 150 миллионов тонн. Потрясающе. Сколько мы сегодня добываем? Ну, меньше ста. Да, 80, 85, 87 по 90 максимум. То есть все, что планировали, не заработало. Вот эти огромные месторождения, они естественно в долгую пошли, удорожание, коррупция, взятки. И мы сейчас с этих иностранных компаний просим упущенную прибыль 100-50 миллиардов долларов. Исправно отчисляют налоги в республиканский указанок. В стране нет задолженности по пенсиям, повышаются зарплаты работника бумственного труда, учителям и врачам. Самое главное это то, что у вашей страны есть независимость и люди, которые работают на эту независимость, это самое главное для вашей страны. Казахстан обладает одной пятой мировых богатств уранов топлива 21 века для казахстанских ледоколов и космических кораблей. Это что за ледоколы в степях Казахстана? Это ляпалистеп? Нет. Я думаю, сюжеты, я просто могу рассказать про кухню вообще, программы. Вот смотрите, мы пригласили, я считаю, лучшие перья на тот момент страны. Владимир Рерих, Игорь Пескунов, режиссер главный, Галатеви Кузнецокадров. Владимир Рерих участвовал в разработке программы. Татьяна Бенц, Бек Эдрисов, Бегжан Эдрисов, пары с Байтенов, потом главный редактор, извиняюсь, газеты Камсамольская правда Терри Грюнберг, извести. Евгений. Евгений Грюнберг, умница. Вот Виктор Климов, информбюро на 31-м канале. Ермед Тусунов тоже участвовал несколько раз где-то около месяца, месяц с нами. То есть мы пригласили лучших, крутых, интересных, креативных. Вот. Поэтому за сюжеты отвечал, естественно, Игорь Пескунов вместе с Бегжаном Эдрисовым и пары с Байтеновым. То есть я иногда даже, я же помимо этого там и партия и общественная работа, я садился. Мы записывали в субботу, в рамсторе, вы видите, в рамсторе, потому что все площадки отказали. Все площадки отказали и было не совсем удобно уютно, потому что, во-первых, люди ходят шум. Вот. А во-вторых, мы же на льду стоим. На льду. Я там был, я участвовал. Помните, Владимир Николаевич, да? Поладно же приходилось как говорится стоять там. Вот такая ситуация, поэтому… Ну, то есть это была, что, имитация пропагандистского ролика? Да, его взяли откуда-то. То есть это не нашла ли? Нет, аказахстанские ледоколы откуда? Их казахстанских ледоколов нет, понятное дело. Мы же продаем уран в Россию, там, в другие страны. И те страны уже делают ядерное топливо для ледокол. Ну, смешная шутка. Смешная, согласен. Технологии подобычи ценного сырья одни из самых экологичных и современных. По свидетельствам правительства в стране возрастает производство и потребление электроэнергии. Словом, в Республике наметился устойчивый экономический рост. 2 миллиарда это, я думаю, вполне реально вклады населения, 2 миллиарда долларов где-то к середине 2003 года. Но не это главное достояние государства. В просторных степях мирно сосуществуют около 130 братских национальностей. Большую заботу наших государств оказывает развитию агропромышленного сектора. И вот первые результаты. В этом году отечественные агрономы собрали небывалый урожай пшеницы. В этом году страна отмечает знаменательную дату. Программе развития Казахстан 2030 исполняется 5 лет. Специально чтобы поздравить народ с этим юбилеем, в столицу прибыл генеральный секретарь организации Объединенных Наций Кофе Ана. Водушевленные успехами своей страны люди Казахстана смело смотрят в будущем. Мы с вами посмотрели этот сюжет и оказывается неплохо. Вы будете смеяться, но реально я этот сюжет как бы вот вчера вы меня сбросили сегодня я первый раз вижу. То есть потому что уже какой момент монтажом естественно Игорь Песканов занимался, а вот этот пропагандист ролик живен чуть-чуть. Это такой пропагандистский, я не знаю как он туда попал. Слушайте, я тогда его увидел, я бы был против конечно. Вот в коробке где лежала кассета Битакам, там же лежала и бумажка сопроводительная к этой программе. И там было написано, что программа в эфир не вышла и поэтому и не было даты. Поэтому я затруднялся с датировкой, но потом по ухозленным признакам выяснилось, что это было либо конец весни, либо начало лета 23 года. Так вы не помните, она вышла или не вышла в эфир? - Адем Николаевич, у нас выходили все программы. Другой вопрос, что когда мы с Армаджаном Байтасом договаривались, то была договорена, что ничего личного не мочить, извиняюсь, того же президента, а так у нас закрытых тем не было. Она могла быть подкорректирована чуть-чуть, может быть выпускающим уже Игорь Пискунов вместе с... - Ну по чей воле? По воле администрации президента и по воле вот канала или по воле авторов программы? - Нет, здесь больше мы сами могли смотреть какие-то места удачные и неудачные, да? Вот я мог что-то Игорь подсказать, Игорь сам мог. Но в то же время мы, когда с Армаджаном Далец еще раз было условие, что не мочим, вот просто не будет оголтелого. Я даже здесь смотрю на себя, думаю, надо же какой-то такой мягкий. - Тефлона будет. - Мягкий, да, мягкий, да. Но я как бы не... Наверное, в других программах был, но здесь понятное дело мне хотелось дать людям высказаться и гостям. - А только за дверью сразу зверь такой, просто... - Нет, Вадим Николаевич, ну так и было, если вы помните, мы сильно мочили евразийскую группу и Казахмы, Сыкимо, и Миталла, и всех. И Владимир Тюмуратова просто здесь программа, понятное дело хочется, чтобы она дошла до людей. - Возможно, она вообще первый раз в уфе этой программы, да? - Нет, она была. - Была, да? - Была, была. - Продолжаем. - Мы сейчас посмотрим на экран. И вашему вниманию будет предложено одно постановление правительства, которое вышло буквально недавно. - Постановление правительства Республики Казахстан от 3 октября 2002 года. Комитету государственного имущества и приватизации Министерства финанса Республики Казахстан осуществить через фондовую биржу, функционирующую на территории Казахстана продажу государственных пакетов акций следующих открытых акционерных обществ. Алюминия Казахстана, корпорация Казахмыс, Ускольногорского Титана Магневого комбината, премьер-министр Республики Казахстан и Монголита Смогомбетов. - Это то постановление, о котором вы говорили в самом начале программы? - Да. То есть почему и возникла идея провести эту программу, а приватизация поговорить как раз о том, что снова правительство хотела по левой схеме передать пакеты акций крупных компаний, система образующих, град образующих алюминий, это, допустим, цененкс венет, что-то такое там, медь, то есть мы считали что это не правильное. - То есть это постановление квинта-сенция всей программы, как я понял, но прошло полгода между постановлением и эфиром этой программы? - Это 2002 года, то есть мы его увидели, мы его увидели, возможно оно закрытое же было, мы же не можем все постановление контролировать, да, оно было не опубликовано и мы его увидели, решили провести программу. - Вроде бы все в стране хорошо, вдруг постановление правительства о продаже достояния республики. В различии мне к вам вопрос, как вы можете объяснить логику правительства, вот выход этого постановления? - На мой взгляд, большой логик и сейчас продавать эти доли нет и в силу того о чем вы сказали, в силу того что сейчас нет проблем с дефицитом бюджета. На мой взгляд, все эти три предприятия в свое время были проданы как раз в той манере, о которой мы говорили до этого, то есть нетранспарентно, не на открытом денежном аукционе, на самом деле мы не знаем до конца кто и холодильцы на сегодняшний день, поэтому больших резонов спешить и продавать оставшийся государственный пакет я бы сегодня не видел. - Спасибо, Валентина Иванович, как бы вы могли прокомментировать это постановление правительства? - Ну если бы решал, во всяком случае, такие проблемы парламент, я бы однозначно голосовал против, нельзя продавать курочку несущие золотые яйца. - Парламент участвовал в обсуждении или правительство Стайлова с визвестностью о своих задачах и планах продажи этих госпакетов? - В принципе, вот направленном в парламент проекте бюджета есть общие цифры от приватизации. Конкретно этого постановления мы не видели и по крайней мере не обсуждали. - Если мне не изменяет память, когда премьер-министр был господин Такаев, это постановление уже принималось о продаже госпакетов этих акций. Сменилось правительство, пришел новый премьер-министр Римонгалита Смогомбетов и его первым решением было отменить постановление и приостановить продажу. Проходит несколько месяцев и мы видим, что выходит все-таки это постановление о том, чтобы продать. - Объясните эту странную коллизию с постановлением, о котором идет речь. То есть, сначала его подписал Тукайев в 2001 году, да? - Наверное, Ваня Николаевич, он ушел в конце января. - Он ушел в консервация. - В консервациях. - В 2002 года. - Значит, я дещи бывал подписи. - Товарищ Римонгалит Имангалит, Тасмогомбетов, который, как сказано, первым своим решением отменил Тукайевское постановление, да? А потом сам же его и подписал опять. - Да. Я думаю, что это говорит о том, что каждый, наверное, хотел договориться. Лично, допустим, пришел Тасмогомбетов и говорит, а почему это без меня продают? Я же премьер-министра. Давайте со мной договориться. - И Ким Машкевич... - Что бы что? Наверное, элементы коррупции какие-то. - Элементы коррупции. - Ну как мы можем разбрасываться - такими словами? - Ну, а как? - Не имея доказательств. - Ну, я и говорю, что элементы, я же не говорю, что да, он взял взятку. Я говорю о том, что он отменил, скорее всего, чтобы какие-то условия свои учесть, так? Экономические, финансовые. Понятное дело, что Назарбаев, как орбитер сидит, ну, и Монголимов мог зайти сказать, ну, "Нурке рано продавать, зачем продавать еще". А потом сам решил выставить на аукцион, сам решил продать, сам решил с этими ребятами... - Ну, не примеры же решали, сколько там каждый условно возьмет в себе сделки. Ну, пример с президентом только они решают. Только они решают, Вадим Николаевич. И в нашем случае, скроме от комбинатов... - Ну, только, наверное... Только два человека решали. - Они единорично разрешали эти вопросы на Назарбаев. - Нет, понятное дело, он же совсем не следит на Назарбаев. - К нему приходит... - Может, за такими гигантами, наверное, мог его следить. - Да, но здесь же какая ситуация? К нему приходит, допустим, Александр Машкевич, на каком-то мероприятии, стол накрыли ему, что-то сделали, на яхту позвали еще куда-то, в Турцию на вот эту знаменитую яхту, помните, где они все попались? Говорят, там на Назарбаев был в этот день. Вот. То есть, могли эту вечеринку устроить и сказать, ну, Рике, давайте вот такой-то вопрос, надо решать, что-то затянулось, мы хотим пакет выкупить. Хорошо, ладно, вернемся, напомним мне. - А как это... - Вернулись, напоминает, вызывает пример министа, говорит, слушай, вот так и так, есть такая идея. Хорошо, давайте. - А какая мотивация в таком случае была подписывать у Тукаева? Он просто исполнял приказ, или... - Скорее всего, приказ, потому что мы все знаем, что Назарбаев - доли. У Машкевича, я уже говорил, что группа Машкевича провела делистинг с Лондонской биржей за год или полтора до ухода Назарбаева со своего поста. Казахмы сделал делистинг с Лондонской биржей за год-полтора до ухода Назарбаева со своего поста. Он им сказал, ребят, я же акционер. - Это чтобы выгнать его деньги, да? Акэшить? - Акэшить-с-а-б, потом уже, когда он уже не президент, а частное лицо, он может тех же своих биржей. - Ну, он может тех же своих сыновей прописать. Таймана и второго мальчика. - Таумана и Байкина. - Таумана и Байкина, да. Таумана и Байкина. То есть, может быть, на них уже записаны эти доли. У Машкевича, у Кима, у этого карметкомбинат - Митл. То есть, мы же видим, что сейчас произошла такая приватизация, грубо говоря, карметкомбината левая снова. То есть, нет эндера, не аукциона. Андрей Лаврентьев хороший парень работал у меня на компании, менеджером БМБ продавал. Ну, где, как? Откуда у него полтора миллиарда? - Головокружительная карьера. - Да, откуда у него? - А у него ли где не написано, что он у вас работал? - Ну, скрывают многие. Голомжаний Сенов у меня на Тайоте работал. - Взятие ЕСИнова? - Да. - В Митжану? - Да. - Так что... - Нынешний глава Жусонбанка. - Жусонбанка, да. Тоже менеджер работал, в суденские годы приходил, работал, подрабатывал машины. - Птенциль Гезда Булатова. - Нет, но есть люди, которыми можно градиться. - То есть, мы идее, факт интересный, что нынешний президент, он пусть и формально, но он причастен вот к той теневой фактической приватизации. - Ну, ему сказали, Адив Николаевич, я не думаю, что он прям так активно участвовал. Ему пригласили, сказали, слушай, надо подписать, подписал. Пришел, и Манголи говорит, как без меня подписали? Он же такой парень, энергичный, дохлородный. - Он уделал приказ. - Да, он же такой же, и почему без меня? Ну, костоп. - Вот еще один парадокс, наверное, в действиях наших премьеров и правительства. Валентин Иванович, все-таки, это еще раз к вам хотел обратиться. Вот как вы бы оценили эту ситуацию, когда один пример перед уходом принимает постановление, другой приходит, отменяет, и потом снова его запускает? - Вообще, это говорит о том, что нет четко выстроенной долгосрочной программы. Получается, что есть программа 20-30, а все этапные шарахаются из стороны в сторону. - Спасибо. Вразович, а вы, чтобы сказали по этому поводу, вот такие странные решения, которые принимают премьер-министры? - Ну, когда Тасмакомбетов отменил постановление от Укаева, которое вообще говорило о продаже через инвестиционный тендер, то есть это худшая форма нетранспоренности, я считаю, что он принял правильное решение. Что касается этого решения, я уже сказал свое мнение, но в общем, наверное, Валентин Иванович прав, что ясной, осмысленной политики у текущего правительства в отношении приватизации ее, наверное, нет. - Насколько известно, за каждым из этих крупных предприятий цинк, медь, алюминия, какая-то у нас такая металлическая тема, стоят большие финансовые промышленные группы, как их сегодня принято и модно называть, олигархи. Как вы думаете, Валентин Иванович, вот эти финансовые промышленные группы не могут влиять на правительство, подталкивая ее, принять выгодных для себя решений? Ну, безусловно, могут чем они и стараются заниматься? - Валентин Иванович, олигархи, насколько они сегодня сильны, влияют ли на правительство? И есть ли влияние олигархов на парламент? - Да, в парламенте достаточно, скажем, большие группы. Из промышленности - это гражданская партия, лобируют из металлургических секторов. Аграрная партия или аграрная фракция - это лент лорды, наша земельная лорда. - Получается, что у нашей правительства советуются с олигархами и с финансов промышленных групп, и никак не советуются с парламентом? - Слово олигархи звучит каждую минуту по несколько раз, но вы не называете ни одной фамилии. - Тогда? - Да. - Высыпите имми? - Нет, тогда я тоже спокойно называл вне программы. Я, честно говоря, тоже с одной стороны думаю, но, наверное, в любом случае я как ведущий середину занимал, а так понятное дело - вне стен этой программы. - Вот мы смотрим программу. Хоть одну фамилию вы назвали, но хорошо, давайте перечистим, чтобы для наших зрителей напомним, алюминия Казахстана - евразийская группа, Машкевич Шудеев и Брагимов. - Сейчас его сыр. - Да, Шухрат. Все те же на Манеже. Затем Титанан Магниев и комбинат разве его приватизировали кому-нибудь? - Его приватизировали, и он, по-моему, пошел в группу Кассинкой, у Тимуратов, Глинко, у Тимуратов. Сначала перешло, по крайней мере, Кассинк, была-то жабитовичу у Тимуратову, потом он продал Глинкуру. - Да. - И у себя оставил там... - Ну, в соусонарящем месте опять. - И Казахмыс. - Это Владимир Ким и Агай, кто-то еще люди, которые ни одного дня в Минзассе не были с 90-х. Непонятно как, благодаря Владимиру Ни, который был управ делами президента, и... - Ближная память и дедушка, как мы называли, Владимира Васильевич. - Да, вот он как раз и за руку водил Владимира Кима. - Все-таки, вы эти самые красные линии не пересекали, не называя? - Нет. - Владимир Николаевич, абсолютно... - Ну, такое объяснение. - Ну, я сегодня даже не могу вспомнить, почему, но, да, в программе они не были названы, но понятное дело, что их все прекрасно знали. - Пап Макиньович, нам с вами седьмой десяток лет. - Можно уже говорить на частоту? - А я с вами на частоту и говорю всегда? - Ну, скажите, боялись? - Нет, абсолютно нет. - Ну, Арманджан Беликеевич попросил. - Нет. - Вы же сами говорили, что никого не мочить? - Нет, здесь же нет мочилова, если мы их назовем. Здесь мочилова в другом смысле имело, что, допустим, зрители кто-то, да, потом я скажу, была одна программа, где один из зрителей прямо наехал, что Казахмыс это был от Назарбаев, это Назарбаев, и все пошло поехало. И этот кусок вышел в эфир, спокойно вышел в эфир. После этого, правда, я программу вынужден было оставить. Могу сейчас рассказать, могу позже рассказать. - Расскажите. - Да, это... - То есть когда вы назвали фамилии, после этого вы оставили программу? Вот ответ. - Нет, Вадим Николаевич, мы всегда называли фамилии, всегда называли фамилии. - Крылья два раза. - Ну там... - Давайте историю. - Жестко один из участников гостей просто проехался по Казахмысу, что это воровская контора, что это под прикратием Кима, это Назарбаев и Булат Назарбаев, тогда где-то утечка произошла, что один из собственников Булат Назарбаев, в комнате, да, мы оставили этот кусок. Этот кусок остался в эфире. Мы с Игорем решили его оставить, Вадим Николаевич. - По столу за служивающей. - Да, мы решили его оставить, он вышел. Это где-то осень 2003-го, наверное. После этого Назарбаев, надо же такого случиться, а Газа Назарбаев там в воскресной вечер решил там сесть у телевизора, посмотреть, что показывает Казахстанские каналы сидеть, переключает пультом, и вдруг какой-то картовый парень ведет программу. С собственным мнением он смотрит. И вдруг видит своими глазами, своими ушами слышит, что его там обзывают нехорошим человеком, что он там вдоль со своим братом. Он, естественно, матом полуматом на Утимуратова, а у Тимуратов был, наверное, вы знаете, 50% акционер 31-го канала. - Тогда? - Да, тогда. Потом он продал вместе с Армаджаном, они продали тест, - Ирстайазов. - Вот. И у Тимуратов ясное дело, очень недовольный, Армаджану, и здесь мне звонят сприемные, срочно обилов, обилов, да, срочно президенту, потом я часто шучу. - Спреемная президента? - Спреемная президента. - Занятая? - Да. - И вас вызывает президент? - Я говорю, ладно, хорошо. - Ну, думаю, президент Назорбаев, в Астане, там еще что-то. - Вот. - Где-то через час, снова звонок. - Вы, было обилов, обилов. - Почему вы тянете вас президент? - Я говорю, извините, я билет взял, да? - Рез через три часа. - Я там, наверное, после обеда, к концу дня буду у вас. - Какой рейс туда-сюда? - Вас президент Байтасов вызывает. - Смотрите, я как так катал. - Я приезжаю в приемную президенту. - Вы уже билет взяли? - Да, я уже билет взял в Астану, да, я уже собрался. - Все. - И она говорит, какой у вас президент? - Вас президент живет. - Какой президент? - Байтасов. - А оказывается, президент Байтасов звучит официально так. - Я с хохотом приезжаю, армаджан, президент, извините, - Я вообще никогда не любил руководителей. - Ни по жизни, ни на шахте, ни в Советский Союз, ни в Казахстане. - Не везет Вадим Николаевич, что за напасть такая? - Не везет нам руководителей? - Все какие-то матом-полуматом, комсомольцы, бывшие, коммуняки, не знаю. - Кто-то еще, КНБшники, какие-то еще люди странные. - И я говорю, армаджан, мне впервые в жизни с шефом повезло, - с президентом. - Где-то собираемся, я иногда этого шутка рассказываю. - И вот армаджан говорит, Влад, извините, не обижайся, - просит закрыть программу или, чтоб ты ушел, что ты ищешь. - Я сказал, хорошо, ладно. - Я с кем переговорить, он говорит, с утимуратом. - Я созвонил с утимуратом, была Джаминч, прилетел в Остану, - Средили с ним, он естественно в шоке от того, что вот так, - от президента по башке получи, и говорит, - Булать не обижайся, вот так и так. - Он в таких словах договорил, или у него были другие? - Нет, Вадим Николаевич, никогда, они меня боятся. - Со мной я никогда никому не позволял. - Они вас боятся? - Боятся, и тогда боялись, и сейчас боятся, - потому что я всегда... - Они не удивятся сейчас вот этим вашим откровениям? - Абсолютно нет, пускай удивляются я уже. - И они знают, что я всегда отвечу, я от них никогда не зависел, - никогда не зависел от меня, я естественно там. - Сам по себе двигался, что-то у Тимурата у меня ничего не было. - Ну хорошо, было отжимить что-то. - Он корректно со мной разговаривал, Булату, так и так. - Я говорю, да, прошла эта программа, да, этот эфир, как говорится, вышел, - вот так и так, он получил, Арнаджан получил, так и так, - ну, нужно что-то с программой делать. - Я сказал, хорошо, я тогда готов уйти с программой, - но вы ее не закрываете, эфир нужен, программа нужна, пусть она выходит, - а я ее спонсировал полностью, от рекламы все доходы шли на 31-й канал, - я ничего не имел. - Я сказал, тогда вы не закрываете, вы финансировали берегу на себя, - и программ продолжает жить, так мы решили. - То есть вы были инвестор, Галатова была продакшен, - а 31-й канал предоставлял эфир, вот такие роли были. - Да, понятно, поехали. - Мы хотим вам показать еще, так сказать, небольшой сюжет из современной казахстанской приватизации, будьте добры. - Это здание находится в Алмате, центр города, его площадь 17000 квадратных метров. - Буквально недавно Госком имущества продало его на инвестиционном тендере, за 2 миллиона долларов. - Получилось, что квадратный метр был оценен 120 тысяч, 120 долларов. - Центр города Алматы, условия для инвестиционного тендера - произвести ремонт в этом здании. - Празоречка, как бы вы прокомментировали, - столь странное решение правительства, уже сегодня, в 2002 году. - В данном случае, я должен удачить, - была эта решение, не правительство, была комитета. - Комитета по Госком имуществу? - Госком имущество и приватизация, министерство финансов. - Это, безусловно, просто иллюстрация того, о чем многие здесь говорили. - Сектор недвижимости является конкурентным сектором. - В нем есть рыночные отношения. - Государство в нем участвовать никакого смысла большого нет. - В этом смысле ставить какие-то условия, - что потом будущие владельцы должны делать созданием. - Это глупо. - Поэтому, собственно, причиной того, - что комитет, по имуществу, провел неденежная опция - на инвестиционный, так называемый, тендер, - было желание продать его подешевле, видимо, - определенному уже покупателю. - Цена, по которой ушел этот объект, 2 миллиона долларов, - она подтверждает, 2 миллиона долларов разделить на 17 тысяч, - по-моему, полярдка 125-130 долларов за квадратный метр, - при рыночной цене в центре города, - не меньше 500 долларов. - Это разница, пошла не в государственный бюджет, - ее разделили, я думаю, чиновники и те, кто купил. - Благословитесь, я знаю, кому это здание, - расскажите нашим зрителям. - Это здание Кендала, известное под названием Кендала, - там сидел бывший госнат, огромное здание, - на достык и виноградово. - Как раз говорится, цена где-то 122 доллара за квадратный метр, - мы Рамстур построили, Вадим Николаевич, - 1000 долларов квадратный метр, в 1998 году. - На фурму, да. - На фурму, да, вот здесь сейчас проходит эта программа, - и буквально через несколько квадратов продавать здание, - уже построенные, с подключенными коммуникациями, - с парковками, сетью, все-все, обустроенные, - люди там, естественно, уже сидели в Оренде за 2 миллиона долларов, - но это крайне несерьезно. - Минимум, это должно быть там 17 миллионов долларов. - Вы кто, не заметите? - А, его выкупил Рахат Алиев, - Рахат Алиев выкупил, там был вурбан. - Страшить взять Назарбаева на непокойной, - Супрок дарить и Назарбаевой. - Акончивши свои дни, в 2015 году. - И в этом здании, печальное здание, - это 31 января 2007 года, - там были арестованы и запытаны позже убиты Рахатом Банкиры Нурбанка. - Жолдас Тимролеев и Айбар Хасенов. - Айбар Хасенов - два вице-президент, один вице-президент Жолдас. - Мы с ним хорошо общались, знакомы были. - Айбар, да, похож счастью. - То есть Рахат их ужасно там, - мы знаем, чем это закончилось, - как-то трагедия. - Да, эти были бочки с изнестью, - за копами, и их нашли только спустя, - от долгих, вот это. - Вот такой пример приватизации, - левый, непозрачный, понятное дело, Рахат Алиев, - там позвонил, послал своего человека, - тут же выстрелись, я отдалее это носил. - Что касается - компании "Р" Казастанту, - в данном случае правительство, - на мой взгляд, основная ошибка правительства была, - что в том, что оно долго не могло - определиться ясностью, - в том, чего оно хочет в этом секторе. - И, к сожалению, и до сих пор этой ясности нет. - Даже выкупив 50% и став, - или это состоится в ближайшее время, - в соответствии, к вам одной компании "Р" Казастан, - в то же время остается 50% владельцам компании "Р" Ростана. - В данном случае я не очень понимаю, - зачем правительству владеть акциями в двух компаниях, - если правительство хочет иметь, - хочет участвовать в секторе авиано-орбитных, - в том числе, в том числе, - участвовать в секторе авиации - и считать, что частный сектор не может справиться - с данным вопросом. - Это сама по себе постановка легитимная, - то не очень ясно, зачем правительству две компании. - Я бы, например, задал такой вопрос. - Так, вот возможно, многие наши зрители, - которые помоложе, - не знают, что вот в те годы - у нас было две национальных авиакомпания. - Была "Р" Казастан, - который возглавлял ваш друг, - Илья Калиев, - а затем, по-моему, Кринчанский. - Кринчанский был до него. - Кринчанский был до Эрика Калиева, - разграбил, разворовал, - полностью отдал все лучшие рейсы Трансайра и Айрофото. - Человек жив здоров, - мы опять разбросаемся, как сейтели. - Ну, это я могу сказать, - могу сказать, - следующее, что - посол Казахстана в России тогда, - начала нулевых, - так вот он при мне звонил Нуржану Сухамберну, - мы сидели, - Каскамертзбанк был управляющей - компанией Эйр Казахстан. - И они назначили - Еркина Калиева, президентом Эйр Казахстан. - И когда Еркин начал разбираться, - то реально там, - Кринчанские лучшее время, - лучшее, представьте, что - Трансайра вылетает оттуда ночью, - прилетает утром, - и сразу же утром возвращается назад. - У Еркин Казахстан было время, - то ли два ночи, - то ли вечером, абсолютно неудобное время. - И Ерик сразу стал пересматривать эти отношения. - Звонит посол, - мы сидим с Нуржаном вот так рядом на ужине, - и говорит, - Ер, Нуржан, ты там давай завязывай, - вы что там, ты скажи Ерику, - пускай он не трогает Трансайра. - Нуржан ему говорит, - извините, а вы же посол, - вы наоборот, должны за казанские интересы выступать. - Наша национальная компания должна из-за алматы - вылетать в лучшее время, - а не российская авиакомпания. - Нет, ты давай это... - Уже посолка в Стану Россию был. - Именно, да. - И что получается? - Что Ерик Калиф начинает выяснять, - и такой факт, - что посол, - его вся семья, - летает Трансайра бесплатно. - И вот теперь продолжается. - И Казахстан есть, - Еркин Калиф руководит, - и вдруг, - Карим Масимов, министр - транспорта и коммуникации, - приходит в парламент, я депутат - лета 2001 года, - и говорит, - мы хотим запустить новая компания. - Все так раз. - Новая компания - Эй Ростана, - вместе с иностранной компанией. - С кем? - Я депутат, я спрашиваю, Карим, - скажите, пожалуйста, с кем? - Он говорит с английской компанией, - какой боисистем? - Извините, боисистем не занимается авиацией. - Давайте, если мы хотим нормально пригласить - какого-то крупного иностранного инвестора - в сфере авиации, пусть это будет бритиш и рвейс. - Они летают по всему миру, большая компания, - есть уфганд, здесь КЛМ, есть американские компании, - Дельта, там Американ Айрванс, - много, Туркищ есть хотя бы, - А что, мы хотим боисистем? - Нет, вот мы хотим боисистем, - а почему вы хотите боисистем? - Ну, они хотят зайти. - Потом, депутаты стали задавать вопросы, - Карим поплыл, Карим поплыл, - и что здесь началось? - Всегда были 5-7-10 депутатов, - Ахашки, которые сидели в парламенте, - Ахсахалы специально для того, - чтобы нас затыкать. - Ай, была сеншнями были миссы, - была, ты ничего не знаешь. - А президент до этого слетал в Лондон, - с визитом. - Там он договорился, что вместе с англичанами - откроет авиакомпанию. - А тогда, вы помните, Вадим Николаевич, - у нас на обеще была тогда пасия - его ракишевого гульнара, - его бывшая брокпроводница, - она под нее создавала это авиакомпанию, - под нее она была вице-президентом. - И вот собирается, - потом мне Яркин Калеев даёт письмо, - где премьер-министр просит - правительство Абея на МРО - дать 10 миллионов долларов - кредит Бай Систем, - под гарантией правительства, - чтобы они оплатили уставной капитал - свои 51%, 10 миллионов долларов. - Я всем раздаю, говорю, - не идите, пожалуйста, - Бай Систем вообще не хочет ни копейки вкладывать. - Мы, как правительство, - как сигнал-глубодельщики, - берём на себя обязательство. - Опять хай-вай, - опять эти депутаты повскакивали, - голосование прошло создать, - решение создать, - дать добро на создание Эйра Стана. - После этого Эйр-Казахстан - тихо-тихо стали лишать всех полётов - в лучших времен, - и всё, как говорится, - не выросли. - Катронный пакет вырастания - был у государства, - а у Бай Систем - 49%. - Будем объективны, - с тех пор Эйра Стана - стала одной из визитных карточек - Казахстана, - бессменной руководитель Питер Фостер, - это одна из лучших - это лучшая авиакомпания - в Азии, - неоднократно признавалась. - А что вы так саркастически, - я же тоже летал. - А я бы с вами поспорил, - Вадим Николаевич, - в плане того, - что тогда был не 51% - у Казахстана, - тогда был, по-моему, - 51% у Бай Систем, - потом уже в районе переговоров - поменяли 49% - у Бай Систем - 51%. - Скажите, пожалуйста, я - гражданин Казахстана. - Так, Вадим Николаевич, - программа - молодых отучилась за границей, - по балашак, по другому. - Приходит Фостер, Питер Фостер, - он уже 23 года руководитель компании. - Мы что, не можем сами руководить? - Зачем нам содержать Питера Фостера - за огромный зарплат? - Огромнейшая зарплата. - И вот он приходит на - аэрбас, - или Boeing, - или другими начинает договориться - авиакомпаниями, я не думаю это почему, - в Казахской компании руководит - 23 года. - Наш бы украл больше, чем Питер Фостер - не украл. - Не украл, не украл. - С другой стороны, конечно, я - и плюс и минус, я скажу, - с другой стороны, конечно, очень дорогие билеты. - Вот. - Конечно, монополизм и к нам - перестали летать, - Люфтганза, КЛМ, - Бридж Эрвис, - на всех этих и вы и я летали. - И - Эрастана - стала монополистом. - Вот. Но это же - не Питер Фостер. - Как вы сами сказали, - Деклидировал конкурентов. - Нет, билеты очень дорогие. - Был демпинг, еще что-нибудь выдавливали - другие компании, да? - Билеты очень дорогие, сервис ужасный. - Я недавно вылетал с - Карганде, - сколько, дни 10 назад. - Что вы думаете? Рейс должен был - в течение 20 минут. - Приходит СМС, извините, - 22.40. Приходит СМС, извините, - час 30 ночи. - Приходит СМС, извините, 4.20 утра. - Во сколько он вылетел? 6 утра. - Позднее прибытие самолета. Я при чем? - Вы мне объясните, я при чем? - Позднее прибытие самолета. Идите к черту. - У любой компании можно найти такие - примеры. - Нет, Вадим Николаевич. - Я считаю, я недавно тоже вылетал, - беру билет за несколько дней. - Сколько вы думаете, билет с Каргандой стоит - в том, что в этом году вечером 90 тысяч - тенге, 90 тысяч - тенге, флайер стан хваленный. - Все. - Рассыпался этот, вернее, - для меня, я считаю, что нужно - разгонять - эту братью во главе с ФОСТРОМ, да, - ставить наших ребят - кого-то правильных, да. - Там почему билеты дорогие? - Почему сюда? Потому что там сидит - иностранные компании, - акционер, байя-систем, которые хочет - зарабатывать им - национальный перевозчик, да, по барабану. - Вадим Николаевич, - это национальный перевозчик, он не должен - допустим, - мы, у нас есть тоже национальный - перевозчик, это же, вы знаете, да, - что грузовые перевозки - датируют пассажирские перевозки. - Здесь датируют - многие рисы государства, - многие маршруты внутри страны, государства. - Но при этом огромная - маржа зарабатывается - и иностранные инвесторы - свои 50% 49 - прибыли каждый год забирает. - Извините, - мой подход - должна быть определенной небольшой - маржа, раз ты национальный перевозчик. - Ты в интересах - народа Казахстана. - Зачем не, как бы, национальный перевозчик? - Я вообще деньги уходят в Азию. - Ваше веряю, если разгонят сейчас - иностранный менеджмент из Эйра-Станы, - то эта компания быстро пойдет - и ее сколько продадут. - Кстати, я продажу - как в Казахейр продали, да? - Но вроде бы уже - какие-то намеки на конкуренцию. - Заходит - вьетанская - Совековую группу - собираются взять - 50 бортов и взять в управление - несколько аэропортов. - То есть, безусловно, конкуренция нужна. - Тогда цены пойдут вниз. - Но все-таки - мне запомнится хорошим сервисам. - В общем, - вы сейчас подняли - самый главный вопрос в том, - что касается этих продаж. - Я не могу - комментировать именно это постановление. - Я, в принципе, - был знаком через - средство массовой информации. - Но если предполагать, - что основная цель - правительства в продаже этих коспакетов - это получить максимальную цену, - тогда нужно обязательно - обеспечить максимальную - открытость информации - в этих предприятиях - и тоже максимальный допуск - к ним для потенциальных покупателей этих акций. - Чтобы не получилось - продажа кота в мешке. - Как вы думаете, кто может быть потенциальным покупателем этих акций? - Кому они сегодня интересны? - Судя по - размерам этих - этих пакетов, значит, - они не - 30%, 15%, 20% и так далее. - Это - судя по всему - не будет - стратегический инвестор, который хочет - скажем так, получить контроль над предприятием. - И - это значит, что - как раз - нужно допустить как можно больше - открытости - для этих продаж, - для того, чтобы люди могли бы понять, - какова их стоимость сейчас этих акций - какова их потенциальная основность в будущем, - если инвестор захочет их - продавать в будущем. - Было еще мнение молодого человека. - Я бы хотел бы сказать, что - когда мы говорим об этих трех предприятиях, - мы не должны называть, что - судя по некоторой информации, эти все эти предприятия - можно отнести к теневой экономике. - Почему? - Все мы знаем, что - доходность по этим акциям - очень минимальная, дивидиентов мало, - но в то же время все мы знаем, что эти предприятия прибыльные. - Что это? - Вот эта разница, Вилка, о чем говорит? - Практически - эти предприбыль - скрывается. - Мы знаем, что покупателям - продукции, производимым этим предприятием - являются некие фирмы, зарегистрированные в волшерных зонах. - Одним словом, - одна рука продает другую руку - по цене - по цене себе стоимости. - Практически вся прибыль - делится где-то за границей - и с нынешними владельцами. - Логика в приватизации могла быть следующая. - Правительство, - пытаясь вытащить эти предприятия - с теневой экономики, - должно либо, - допустим, учитывать большой - процент, 33% - который находится сегодня у государства, - попытаться передать эту долю - второму инвестору, - который - заинтересованный, скажем так, - грубо говоря, пенсионный фонд, или кто там, - который заинтересован в дивидиентах - от акций, вынуждает - главного акционера компании - вытаскивать всю прибыль на баланс. - Тем самым, государство начинает - наконец-то хоть что-то получать. - Сегодня, - по акциям ничего не получает. - По влиянию на политику, - производство тоже маловероятно. - Поэтому Логика может быть в этом. - Действительно, у раз Олегович хорошо сказал, что - у нас две цели. Первое - - максимальная цена, это денежная акция, - и второй эффективный собственник, то есть - человек, который богатый. На сегодняшний день - все предприятия у нас купили бедняки, - которые не имеют денег - и не имеют возможности инвестировать предприятия. - Мне хотелось обратиться, Валентина Ванчкович, - а вот, когда вы рассматриваете бюджет, - там есть такая строка - "дивиденды на госпакет", - вот вы можете привести пример, - что большие суммы поступали - на бюджет - от предприятия, - где имеется государственный пакет акций. - Это одна из самых, - скажем, - непрозрачных - позиций в бюджете. - Вы - на своем опыте прошлого года помните, - это повторяется и в этом году, - что - от нефтяного сектора - мы очень мало имеем. - Чем более, что - некоторые даже вообще освобождены - от уплаты бюджет - по дивидентам и так далее. - Все, все-таки можно вступить. - Мадем Николаевич, вспомнил, я же был депутатом, - как раз правительство приходит - с бюджетом. - И вот я это привел, спросил - "дивиденты на госпакет". - И в 2000 году - все - национальные компании - заплатили в бюджет - на - "дивиденты" 7 - миллионов долларов США. - Всего лишь. - Всего лишь. - То есть они платили налоги, - но помимо этого они что-то заработали. - И вот это все оставалось - у них, у надскомпании. - Надскомпании. - 7 миллионов долларов. - Я вот сейчас вспомнил - ту цифру. Думаю, елки - палки. Я когда был депутат, я говорил "эй, вы что - делаете, проветься". - Да. Сколько могло - бы быть? - Могло бы. - Миллиард, должен быть минимум. - Миллиард. Потому что тогда в любом случае - компания зарабатывали. Но все, ясно - дело, разворовывалось, расстаскивалось. - Как вы думаете, кто все-таки может - купить эти акции? Кому это - выгодно? Банки, - пенсионные фунды, организации. - Может быть сами владельцы контрольного - пакета? - Ну, видимо - если это - недостаточно открытая продажа, - то уже покупать или звесть. - У Газаристо, скажите, пожалуйста, вот - государство сейчас, продав эти - государственные пакеты - этих предприятий, теряет - контроль над такими важными секторами - экономики, как Мете, Алюминии, Цинк. - Выгодно это государство, если государство - продает или нет? Или что оно - выигрывает? - У государства, в принципе, различные - рычаги контроля, - в принципе. - Поэтому говорить, что в случае, - если продажа состоится вообще, государство - лежится рычагов, наверное, неправильно. - Но все-таки рычаг собственника - совладельца, он является - наиболее мощным. - И в этом смысле, вот то, что говорилось - участниками передачи вот. - Только что, мне кажется, вопрос - о том, чтобы эти предприятия в полной - мере стали транспарентными, - в полной мере выполняли свои - обязательства с точки зрения - законодательства и так далее. - В этом смысле, государство еще много - надо работать. - Но потом же государство - поймело - госпакет - в этих промышленных гигантах - и в юрозийской группе, и в Казахмисе. - Вы прав, Вадим Николаевич, - одно из один из вопросов, - один из вопросов, который я всегда - ставил перед Назарбаем, я всегда говорил, - когда-то вы уйдете. - Ну, естественно, почему я ее иду? - Ну, силу разных, возраста того же. - Что будут вспоминать - люди о вас? Как один из моментов? - Остана, то все это - как-то так будет. - Много людей будет вспоминать, кому - принадлежат природные ресурсы Казахстана. - И сейчас об этом много - разговоров, кому принадлежит нефть, - кому принадлежит газ, кому принадлежит - те же алюминии, цинк, - метеи, другие ресурсы - в нашей стране, уран, тот же, да? - Все продали. - Теперь, пока вы еще президент, - начните выкупать назад. - Начните выкупать - доли этих. Вадим Николаевич, - выкупили. Самое интересное, - я с ним разговаривал, и буквально через недели - две, у него было послание - народу Казахстана. - И в самом начале послания, ни с того, ни с чего, - он заговорил о том, - что мы выкупили - госпакет Казахмыса. - За сколько выкупили? - 10% выкупили. За сколько, Вадим Николаевич? - За миллиард двести. - А отдали бесплатно. - 10% - было выкуплено за миллиард двести. - С евразийской группой то же самое. - Выкупали за сотни миллионов долларов, - за миллиарды обратно назад. - Сейчас - у евразийской группы, по-моему, - госпакет 40%, в Казахмысе - 30% госпакета. - Чтобы она забавив, без вас сделала - платмодия жизни? - Да нет, я говорю, то, что было реально. - А кстати, вот тут период-то - наступило, о котором вы говорите, - как люди будут о вас вспоминать. - Его и вспоминает, ни одного доброго слова не услышать. - Ни одного доброго слова. - Знаете, похоже, не все наверху разделяют - такой точку зрения, что сегодня нужно - продавать оставшиеся госпакеты акции. - Мне бы хотелось, чтобы - сейчас нам показали сюжет - выступления главы государства - Носотана Назарбаева - на телеканале "Казахстан-1" - 20, по-моему, сентября - это был прямой эфир. - Но сам же - озвучил свою концепцию - по управлению государственным пакетом. - Пожалуйста, на экран. - Нам надо найти свою нишу здесь. - Я думаю, что мы должны - создавать машиностроение - для обслуживания нефтегазового сектора в Казахстане. - Мы должны создать - машиностроение для обслуживания - горно-металлогических отраслей. - Машиностроение для переработки - силческих хозяйств. - Мы должны продавать не хлопок, - а ткани из хлопка. - Мы должны продавать не шерсть, - а шерстяные ткани. - У нас единственный каргалинский - суконный комбинатор работает. - Вот если такая индустриальная политика - правительства наконец-то, - а это правительство, надеюсь, выработает, - то надо создать инвестиционный фонд. - Сейчас я изучаю этот вопрос. - И туда дать не менее полмиллиарда - долларов денег, - и передать туда - и чтобы этот инвестиционный фонд - начал инвестировать вот эти - предприятия, которые я говорю. - То есть мы за счет цельевых - поднимаем другую экономику будущего. - Ну, машиностроение - у нас было построено - другое - - автопробнош - по сборке - чужих моделей. - А как вам в фонде - говорить на Зарбаев? - Это не то, или будущее НАЦ-фонд? - Он был открыт уже, - на Ц-фонд уже работал. - Я был депутатом 2001 - год, на Зарбаев пришел - и заявил, что нужно создавать - на Ц-фонд, а это - что нужно откладывать. Но самое интересное вещь. - В проекте, которого Рожан Досов - писал, Григорий Марчик, - о нем все писали, было, что доходы - свердоходы идут не только от нефти, - но и от горной метологии. - А на Зарбаев сказал - нет, - метология не надо позже. - До сих пор ни евразийская группа, - ни Казахмыс в Национальный фонд - ни копейки не перечисляют. - Это другой фонд - это позже трансформировалась Сан-Гурк-Казана. - Насколько я понимаю. - Создали Сан-Гурк-Казана, передали все туда - госпакеты и сели, стали управлять. - И сегодня Сан-Гурк-Казана, - вот, допустим, говорить об приватизации, - разгонять надо. По разным данным - от 60-65 до 70% - экономики Казахстана - - это Сан-Гурк-Казана. Надо разгонять. - Отсутствие конкуренции. - Помните, 21 января 22 года - после контра, через две недели - Тока я встречался с крупным бизнесом. - Да. - Говорил с Откалиеву, бывшему главе Сомрука, - что уйдет в небытие - дают два месяца. - Дают два месяца, да? - Да. И что? - Ничего не изменилось с тех пор? - Ничего не изменилось. Все на месте. - Откалиева нет, а - Самоклазана так же выводит. - Собственное мнение президента - я понял так, что нельзя - пока и не нужно - продавать государственные пакеты акции - нужно создать анючационный фонд - и аккумулировать туда эти акции - аккумулировать туда деньги - для того, чтобы помочь этим предприятиям - лучше работать. - И получается какой-то опять парадокс - проходит буквально. Это было 20 сентября - выступление главы государства - на прямом, прямом эфире - канала Казахстан. - Проходит две недели и правительство - выпускает вот это постановление - с которым мы вас ознакомили. - Все-таки вот такой интересный ход - Валентинованчик, вам вопрос - собственное мнение президента - собственное мнение правительства, каким-то - образом они расходятся противоречие - какой-то мы наблюдаем. Как вы - прокомментирули здесь, может быть мнение - парламента вашим лицам услышать? - Я скажу вот эти - бы слова лет 10 назад - ведь - у нас были несколько замкнутых - технологических цепей. - Свой хлопок, своя - хлопка переработка, своя - прядельная, своё ткатская, - своё швейная. То есть - от хлопка до готовой сорочки - всё было своё. - Много людей было занято. Далее - возможность хлопок напрямую - продавать, сразу вся - перерабатывающая промышленность - стала масса безработных. - Вот где - сейчас после того, как - потеряли квалифицированные - кадры, как оборудование - устарело, потеряно - мы возвращаемся - опять к тому. - Вот я и подчеркивал, что - сами реформы были проведены, - даже если благие намерения - были крайне непрофессиональны. - Спасибо. И вот - на днях буквально мы узнали, что - приказом министра - финансов Зинулы, каким же - авиацион по продаже госпакетах - временно приостановлен. - Наступила какое-то - затише, то есть, наверное, борьба - в самом правительстве, где есть - разные точки зрения на это - постановление обостряется. - И, может быть, мы что-то новое интересно - узнаем в скором будущем. - Разречь, вы как думаете? - Действительно, в данном случае, мне кажется, - несколько некорректно правительство поступило, - поскольку глава государства - дал задание, выразил своё мнение. - И в случае, если правительство - не согласно с мнением главы государства, - оно должно было представить, наверное, - концепцию, которая говорила, - что не необходимо двигаться не таким путём, - а двигаться другим путём. - А оно как-то - поспешно приняло постановление, которое - не соответствует тому, о чём - только что говорил глава государства. - Поэтому я думаю, что - обсуждения сейчас идут, - какие-то результаты будут. - В остановом картину, значит, - в 2001 году, - премьер Тукаев подписывает это - по сравнению его продажи госпакетов. - Приходит - в конце иноря, то есть Магабетов, 22-го года, - отменяет это постановление - 2002-го, да, - отменяет это постановление. - 20 сентября 2002-го - президент выступает - с посланием, говорит, что - нет, не будем продавать пакет. - 3 октября 2002-го года - мы ходим по сравнению - Тасмогамбетова, противоречище - и словам президента - и его собственные - отмени Тукаевского постановления. - Кстати, - я обратил внимание, что - фамилия - министров финансов Кокимжанова там была - в октябрьском - постановлении 2-го года. - Конечно, конечно. - И потом он же - Зинула Хоридулович Кокимжанов - приостанавливает аукционы. - Вы представляете, значит здесь - как будто - некий конфликт - между правительством - и Назарбаевым - какие-то разные точки зрения - правительства. - Смотрите, 2003-й год - весна, ДВК уже разгромлен. - Примьер Тасмогамбетов - называет себя продуктом Назарбаева. - Помните эту знаменитую фразу? - Да, да, да. - Зачем он потом перетел? - Он ничего бы не сделал - с этими активами - палец в палец не ударил - без прямой воли - Назарбаева. - А вы, - Орожадосов и Валентин Малкалкин - меня извините - морочите людям - голову - про какие-то противоречия и конфликты. - Назарбаев - изображает борьбу на наиских мальчиков - и вы представляете - здесь нам конфликт. - Зачем вы это сделаете? - Адим Николаевич, мы не представляем - вы сказаны свои собственные мнения. - Мы понимаем, что - Допустим, Назарбаев - даёт добро, потом отменяет, даёт добро отменять, - но, там реально - никогда не было правительства - единым, никогда. - Каждый был со своим мнением, - каждый был со своей какой-то задачей - все отчитывались перед президентом, - потому что он их назначает, - не премьер-министр назначает, - министр или кого-то, да? - Только президент. - Большие группы влияния - - тоже Машкевич заходит, убеждает президента, - заходит, убеждает премьеры, - все согласны, подписываем, потом опять какие-то группы заходят, - отменяет, останавливается. - Понятное дело, всё - рулил - и каждому команду давал - Назарбаев. - Но в тот момент, ещё раз, Вадим Николаевич, - что мы сидим, там, и там, - рассуждаем, нет, - мы знали, что внутри идёт борьба, - мы знали, что идут конфликты, - мы знали, что идут разные интересы, понимаете? - Та же оппозиция, которую мы представляли, - тоже влияла на - принятие решений, Вадим Николаевич, - на принятие решений. - И ближе к выборам, там реально уже - самолёты стояли на парах, - потому что они боялись какой-то революции в Казахстане, - они боялись переворота - в Казахстане, и они реально там - пытались каким-то образом принимать правильные решения. - Тот же бизнес, - который я хорошо знаю, - и с которым я встречался, - и многие из них помогали нам оппозиции, да, - финансировали, они всегда - договорили, у разу, - у меня, другим, спасибо, что - вы есть, потому что благодаря вам, - им сейчас стало легче - вести бизнес, потому что - левых схемов стало меньше, - публичности больше, потому что - какие-то проблемы бывали, мы их разучили - как оппозиция. Вадим Николаевич, это было? - Я что, я не помню ни одного бунта - министра в правительстве тех лет. - Нет, прямо бунт никто не устраивал, - но то, что там многие вопросы обсуждались, - не сразу, допустим, - какие-то решения принимались, - на Зорбаев с оглядкой - и тот момент что-то делал, - 3-4-5 год, - позже он, когда где-то после нулевых, - он уже вообще, как бы там, - потерял всякий тормоз, потому что и... - На мой взгляд, так и тогда - министры имели свою точку зрения, - только дома, под отделом, - когда залебались там гумализмом. - Не совсем. - Хорошо. - Когда еще были остатки - министров, которые были - на датюрке, еще работали, - тот же Зинула, каким же она работала, - тот же Саватмон Байв работал, - у них всегда можно с этим точки зрения. - Может быть я категоричну. - Хорошо. - Ответим на такой вопрос, - который мы затронули в самом начале - нашей программы, когда говорили о власти. - Влад Мукиш, - поставлю вопрос прямо. - Мне вот давно уже кажется, - что оппозиция, - тогда вы в том числе - и ваша партия, - всерьез к власти не стремились, - вы не хотели власти. - Вы хотели власти, может быть, - как бизнесовались, вы хотели комфорта, - вы хотели того, - что вот сейчас называют по отношению - Путер у миротворения агрессора, - то есть договариваться с ними, - поэтому там часто ходили - в Акордуутан, - поддерживали контакты с СП, - кто хотел реально власти, - это Муктар Кабулович, - Облязов, - может быть, в меньшей степени, - хотя на самом деле, не знаю, - Голумжан Бедлжанович, - Жакиянов, - в определенной степени, может быть, - Автон Бексов в Симбаях. - А на самом деле, - это такую махину заварить на плечи, - взять ответственность за страну, - вы хотели иметь хорошее отношение - и комфорт для - своего бизнеса в конце концов? - Не было никакого бизнеса, - Вадим Николаевич, мой бизнес разбомбили, - в компанию Буте я потерял, - если факты говорить, да? - Муктар Облязов тот же, наоборот, - я с Назарбаем не договаривался, - хотя он мне предлагал десятки, - сотни миллионов долларов, доли в банках, - где только, да? - Ноль, разолечь, - никогда ни о чем не договаривался. - Мы, если мы встречались, мы говорили, - принципиальные вещи. Кто-то хочет революции, - но мы понимали, что народ не выходит, - Вадим Николаевич, вы сами видели, - что на митинге самое большое за 40-й, - 21 января 2002 года, - пришло где-то 1080. - И, Вадим Николаевич, - Муктар, - я к нему - спокойно отношусь, но он всегда - умел договариваться. - Вот кто умел договаривать, так это Муктар Ковулович. - В апреле 2005 года - он договорился, получил банк, - получил месторождение, - и до 2009 года спокойно ходил с Назарбаевым. - Я не участвовал в рекламной компании - 2005 года, - призывая голосовать за Назарбаева. - Посмотрите, это рекламный ролик. - Кто там участвовал? - Муктар Ковулович, - в рекламном ролике 2005 года, - когда бизнес приглашает голосовать за Назарбаева, - участвует Муктар Ковулович. - Но у радикального крыла - в АКСК, - вы сами мне сказали, был лозунг - Казахстан Безназарбаева, - который вы не поддержали. - Это был лозунг старой оппозиции, - которую я с уважением относился - и отношусь. - Но я был бизнесмен, потом депутат. - Вадим Николаевич, я не был никогда радикальным. - Вы хотите, чтобы я был радикальным? - Я не был, не уразолич, по натуре вы. - Я ничего не хочу, я... - Нет, мы и боролись за власть, но мы считали, - что должна быть борьба нормальная - в том, как законно. - Если будут выступления митинге, - мы готовы их возлавить и призывать людей. - Но в виде ситуации, что люди не выходят, - Вадим Николаевич, просто так голову засунуть. - Я, когда мы обсуждали - какие-то пути развития ДВК, - тот же Голумжан, тот же Муктар. - Мы обсуждали, я им говорил, - вас арестует, вас посадит. - Мы готовы к посадке. - Для чего, скажите, для чего? - Что вы добьетесь? - Голумжан говорит, меня арестует - завтра вся Симпалатинская область, - вся Паладарская область выйдет на площадь. - Я сказал, Голумжан, никто не выйдет. - А Кима защищать никто не выйдет. - Вышел кто-то, когда Голумжан арестовали. - 30-40 человек, которые вот сарфозили. - Ну, мы сюда приходили, туда вот. - Сейчас, Вадим Николаевич. - Несколько десятков человек, в том числе мы. - Муктару говорю, - тебя арестует что? - 10 тысяч сотрудников - Турон Алимбанка выйдет. - Я говорю, Муктара, никто не выйдет. - Это не раз своего. Ты подумай, зачем он выходил. - Вадим Николаевич, я это говорил, они это подтвердят. - Результат какой? - ДвК потеряли. - Могли спокойно двигаться в рамках ДвК. - Они партию создали, мы бы партию создали. - С двух сторон давили. - Они пошли радикально путем, стали требовать отдай власть. - Но если ты, я им говорю, - ребят, у нас ни одного филиала нет еще. - Мы вот 15 человек сидим. - Сейчас захотят, зайдут всех арестуют. - Кто-то нас поддержит, нет. - Нет, вы боитесь, - вы хотите вернуться во власть, чего мы ничего не боимся. - Но надо же двигаться правильно, - структуру создавать, организацию создавать, - СМИ какие-то. - Нет, мы готовы, мы власть отдайте все. - Результат, Вадим Николаевич, - Результат. - Которого нет у вас, к сожалению. - Нет, у нас есть результат. - Мы считаем, что мы много сделали для страны. - Мало, но старались. - Уразолея чья, честно, правильно. - Алтенбек тут же. - Вадим Николаевич, возьмите. - Не, не нужна власть. - А вот, вопрос другом, дадут вам власть или нет? - Нет, мне нужна власть, - Только над СМИ об собой, больше никакой. - Вадим Николаевич, мы хотели, - Допустим, для нас было реформы, - реформы, - которые позволят лучше, - правильней двигаться в стране. - Тот же парламент должен быть - избран от партии, представителей. - Тот же правительство должно формировать - победившая партия. - Сегодня это есть, нету этого. - Мы старались, что-то сделали. - Я потерял компанию Бутя, - пускай другой бизнесмен скажет, что он потерял. - Пускай скажи. - У Мухтарка был лучше, который вы хвалите. - Отобрали банк, потому что он был банкрот. - Почему они пришли отдавать банки, скажите. - Почему, Вадим Николаевич? - Потому что у БТА банка, - так, в начале февраля, - был платеж 300 миллионов долларов. - Денег банки не было. - Каком месте хвалил облазон? - У меня два средства. - Вы сейчас сказали, что Мухтар Кабулыч - такой крутой бороться за власть. - Мне он лично сказал, Мухтар... - Не надо мне свои слова приписывать. - Я расскажу, как было дело. - Я расскажу только факт. - Это ваша версия, Вадим Николаевич. - Это моя версия, но смотрите. - Ну а я вам говорю. - Не трот, не другой путь. - Он не сработал. - И какой уже третий путь? - Продолжать борьбу. - Другие люди сейчас, молодые люди. - Я что мог сделал, да? - Второй раз пришел после контра в оппозицию. - Пытался зарегистрировать партию, не зарегистрировали. - Но сейчас я вернулся в бизнес, - работаю, создаю рабочие места. - Каждый должен что-то делать. - Я говорю, вы мне говорили, - в титве не надо ставить политик, - потому что я общественный деятель. - Не надо политик ставить. - Я говорю, сейчас он говорил. - Вы же с партией ушли. - Да, ушел. Я в прошлом году заявил, - что все уже шесть попыток было зарегистрировать партию. - А ведь как другие партии, 22 раза, - кому-то нравится это его жизнь. - Может быть, мы с вами проведем мини референдум и ответим на вопрос представителей народа. Как вы относитесь к продаже акций? В подлокотниках ваших кресел есть карточки. Значит, поддерживаете ли вы предложение президента, что эти акции не должны продаваться, чтобы лежать в инстонном фонде, фонде так назовемого будущих поколений, или же следуя логике и распоряжению правительства, продадим и будем жить дальше. Если вы за то, чтобы приостановить, голосуете зелеными, если продавать красными, пожалуйста, вы скажите ваше мнение. То есть, как мы видим, большинство сидящих здесь, к аудиторию высказал за то, чтобы продавать пакеты акций, отложить этот вопрос для того, чтобы на самом деле, может быть, правительство нам объяснило, что оно хочет получить от продажи акций, может быть, в парламент заслушает правительство по стратегии дальнейшей приватизации оставшейся государственные пакеты в акции в собственности предприятия. Скажите, программа собственного мнения, это было начало PR-компании к выборам в парламент в 2000-м году? Нет, не совсем. Это была идея, чтобы мнение других людей звучало. Там не звучало голосуете за акжел, мы - акжел. Я ушел из программы глубокое осенью 2003 года до выборов еще год был, так что это будет прям прямая реклама акжела, мысли таких не было. Тем более мы знали, что 31-й канал всю рекламу, которую вставлял, он брал деньги себе. Понятное дело, если бы мы хотели разместить рекламу партию акжел, ее бы не разместили. Мы выслушали сегодня самые различные мнения, но сошлись в одном, что, наверное, продавать сегодня не стоит. Мы хотим сказать, что, наверное, государство сегодня правительство от имени нас, простых казахстанцев, от имени людей распоряжается нашей народной государственной собственностью. Мы хотели напомнить государству, что оно еще раз пока лишь просто распоряжается нашей народной собственностью. Мы хотим, чтобы правительство прислушилось с нашим мнением, с нашим собственным мнением. Вот эта программа, которую мы с вами вместе посмотрели вашими теисами, надеюсь. Она актуальна сегодня? Она актуальна во всех смыслах. А в каких? Тоже самое, что была левая приватизация, она и сегодня непрозрачна. Мы и сегодня знаем, что какие-то объекты мы с Волковым столом перейдем в собственности между старым и новым казахстаном идет. То, что озвучивалось и сегодня актуально, что люди говорят, что приватизация ничего не принесла. Многие люди не почувствовали себя собственными. Не принесла в стране, в обществу. Кое-кому много чего принесла. Ну вот о чем мы речь, мы тогда это говорили 20 тысяч лет назад. И сегодня можно... Много много радостей детишкам принесла. Вот это сквозная связь между 2003 годом и сегодняшним днем она в том, что приватизации ивейджи отношение к процессу возврата активов, который сегодня якобы идет. То есть тогда она была закрыта, кулуарная. И сегодня процесс возврата активов вот такие кавычки я делаю. Мы не знаем еще больше, не знаем вообще ничего. Полностью шторы занавешенные. Двери заперты. Занки... Со всех сторон. То есть если кулуарность честным же людям скрывать нечего, правильно? Значит это если делается в тайне, делят имущество государственное, значит они делят его в варовске. Значит и сегодня есть что скрывать. То есть мы можем сделать вывод. Коль скоро та приватизация, которая шла непрозначно, кулуарная, без участия даже парламента. То есть все остальные институты, они были ритуальной приножелезности. Причем ритуальной во всех смыслах, в похоронном тоже. В похоронном демократии, да? Да. Вот. И общество пользы по большому счету не принесло. То значит и этот возврат активов у него будет точно такой же исход. Согласен с вами сейчас, по результатам того, что уже второй год прошел с того момента, как и президент объявил о возврате активов нашему фонду два года. Мы видим, что идет все под столом, кулуарно какие-то цифры развучивают уже второй год. 300 миллиардов всего вернута, возвращенного. Недавно 2-4 миллиарда тиньи возвращали. Ну это копейки. Уже за эти годы можно вернуть не 2-4 миллиарда тингей, 2-4 миллиарда долларов. И мы знаем этих людей, у кого можно вернуть. Начиная с того же семьи с той же евразийской группой, Казахмыс, Касынг, все можно вернуть на базу. Начиная с того же Халыкбанка. Ладно, Кижович, спасибо вам за этот телесианс, совместный просмотр. Спасибо, Вадим Николаевич, за рад был вспомнить, что было интересно. А вы, уважаемые зрители, подписывайтесь на YouTube-канал "Гипербори", если еще этого не сделали, нажимайте на колокольчик, будете всегда получать уведомления о каждом нашем новом выпуске. Ставьте лайки, пишите комменты, делайте опосты. И я всегда благодарю вас за поддержку нашего канала в конце каждого выпуска. Коп-коп, Рахмет, огромное всем спасибо. Бизбергеймез, мы делаем "Гипербори" вместе. Донаты можно послать через QR-код в углу вашего бонитора, а также на номер телефона и номера банковских карт Халык и Каспий Голд. Зарубежные подписчики нас поддерживают по системе переводов Paypal. Все ссылки, номера и реквизиты вы найдете внизу в описании к этому рулику. Прось бы делать приписку "Донат, вдар или вытворительность". А для потенциальных рекламодателей я оставлю на экране адрес своей электронной почты. На этом я с вами ненадолго прощаюсь. Салбоннсдар. Давай давай, скорее оцени новый выпуск на "Гипербори". Гри-гри-гри "Гипербори" Гри-гри-гри Это супер!