[drive-download] --Национальный проект «Комфортная школа» в Казахстане (2022–май 2025).docx

Google Docs neutral 2026-04-11 28 чанков ~44 мин чтения

Сущности

Казахстан РК АО Касым-Жомарт Токаев STEM Самрук-Казына АО «Samruk-Kazyna Construction

Национальный проект «Комфортная школа» в Казахстане (2022–май 2025) 1. Предпосылки и цели проекта Система среднего образования Казахстана столкнулась к 2020-м годам с острой нехваткой школьных мест и устаревшей инфраструктурой школ. Число учащихся быстро растёт (с ~3,5 млн в 2020 году до 3,9 млн к 2023 году) вследствие высокой рождаемости и урбанизации. Многие городские школы переполнены (106 школ обучали в три смены) и десятки сельских школ находятся в аварийном состоянии. В Послании Президента РК народу Казахстана в сентябре 2022 года было озвучено решение запустить национальный проект «Комфортная школа» для системного исправления этих проблем. Цели проекта Национальный проект «Комфортная школа» нацелен на ликвидацию дефицита ученических мест, уход от обучения в три смены и закрытие аварийных школ. Одновременно ставилась задача выровнять условия обучения в городе и на селе, создав современную материально- техническую базу школ и комфортную образовательную среду по единым стандартам. Президент Касым-Жомарт Токаев подчеркнул, что каждый школьник должен иметь достойные условия для обучения и развития, вне зависимости от места проживания. Проект также связан с прежним поручением главы государства построить 1000 новых школ к 2025 году, поскольку «Комфортная школа» стала инструментом реализации этой масштабной цели. Задачи и нормативное оформление Постановлением Правительства РК № 963 от 30.11.2022 был утверждён пилотный нацпроект «Комфортная школа» на 2023–2025 гг. (с последующими корректировками в 2024 году). Основные целевые показатели включали: ввод не менее 460 400 новых ученических мест (в расчёте на двусменное обучение) до 2026 года для покрытия текущего и прогнозного дефицита и создание 100% комфортных и безопасных условий во всех школах, построенных по проекту. Проект предусматривает единые требования к новым школам: увеличение площади на 15–20% по сравнению с типовыми проектами, наполнение современным оборудованием (STEM-лаборатории, робототехника, интерактивные панели и др.) в 4 раза больше стандартного, доступный дизайн (безбарьерная среда для детей с особыми потребностями: лифты, пандусы, специальные кабинеты и санитарные комнаты). Каждая комфортная школа должна иметь эргономичное пространство с зонами отдыха для учеников и учителей, коворкинг-зоны, несколько спортзалов, военный начальный плац и т.д.. Проектом заложено ограничение наполняемости до 25 учеников в классе и оснащение каждого учащегося индивидуальным шкафчиком для вещей. Ключевое предназначение – обеспечить равный доступ к качественному образованию для городских и сельских детей, модернизировать школьную инфраструктуру и стимулировать творческое и интеллектуальное развитие учащихся в комфортных условиях. Пример современного здания, построенного по проекту «Комфортная школа». Новые школы отличаются просторным дизайном и надписями «Добро пожаловать» на казахском, русском и английском языках. Стратегические ориентиры Ожидалось, что реализация нацпроекта полностью устранит к 2025–2026 гг. проблемы трехсменного обучения и аварийных школ в стране. Помимо строительства новых школ, проект интегрирован с другими инициативами в образовании – модернизация 1000 сельских школ (отдельная программа) и повышение квалификации педагогов. Так, параллельно в 2023–2024 гг. были модернизированы 1000 сельских школ (капремонт, оснащение лабораториями, обновление столовых и библиотек), а свыше 80 тыс. учителей прошли бесплатные курсы повышения квалификации в 2024 году. Тем самым создаётся основа для одновременного улучшения инфраструктуры и качества преподавания. 2. Ход реализации проекта (2022–2025) Запуск проекта Формально пилотный нацпроект стартовал с 2023 года, однако подготовительные этапы (проектирование, тендеры, отвод земель) заняли значительное время, и активное строительство комфортных школ началось в 2024 году. Оператором проекта было назначено АО «Samruk-Kazyna Construction» (дочерняя структура фонда «Самрук-Казына»), которое выступает заказчиком строительства типовых школ по единым стандартам во всех регионах. Строительство ведётся по принципу EPC (проектирование и строительство «под ключ»), с привлечением частных подрядчиков через открытые конкурсы на электронном портале госзакупок. Плановые показатели и их корректировка Изначально проект был чрезвычайно амбициозным. По словам министра просвещения, планировалось в 2023–2024 годах построить 401 школу более чем на 800 тыс. ученических мест. Общий ориентир до конца 2025 года назывался в размере 842 тыс. новых мест (401 школа). Однако к концу 2023 года стало ясно, что эти показатели недостижимы: по нацпроекту было введено лишь 30 школ к ноябрю 2024 г. (105 к концу 2024 года), что значительно ниже плана. В итоге правительство пересмотрело цели проекта: первоначальные 401 школа были скорректированы сначала до 369, а затем до 217 школ. Соответственно сокращены целевые показатели мест с 740 тыс. до 460,4 тыс. (в 2 смены). Эти изменения зафиксированы постановлением правительства от 19.12.2024 г. № 1079, где общий объем финансирования и ожидаемые результаты нацпроекта приведены в соответствие с обновлённым планом (см. раздел «Финансирование»). Темпы строительства В 2023 году, по данным Минпросвещения, было построено 165 новых школ на 137 тыс. мест. Однако большинство этих школ возводились по другим госпрограммам и местными акиматами. В рамках же пилотного нацпроекта в 2023 г. ввод комфортных школ был минимальным – многие объекты лишь начинали стройку. Основной ввод пришёлся на 2024 год: с начала 2024 г. одновременно строились объекты первой очереди (план 208 школ до конца 2024 года). К 1 сентября 2024 г. планировалось сдать в эксплуатацию первые 98 комфортных школ, однако фактически успели открыть только 20 школ к Дню знаний. Остальные объекты первой очереди были достроены к концу года: по официальным данным, к началу 2025 г. введено 105 комфортных школ из запланированных 217. Таким образом, несмотря на ускорение строительства во второй половине 2024 г., график сильно отстал от первоначального. География и объемы На конец 2024 года новые «комфортные школы» появились во всех регионах Казахстана. Больше всего объектов введено в городах республиканского значения и густонаселённых областях: например, в Астане открыто 16 школ нового типа, в Туркестанской области – 13, в г. Шымкент – 11. Значительный ввод также в Алматинской (9 школ) и Акмолинской (9) областях. В южных и западных регионах с дефицитом мест получено от 3 до 5 новых школ (Кызылординская обл. – 5, Атырауская – 3, Западно-Казахстанская – 3 и т.д.). Даже в наименее населённых новых областях – Жетысу, Улытау, Северо-Казахстанская – построены по 1 современной школе. Объекты на селе: из 105 введённых школ 36 расположены в сельских населённых пунктах. Таким образом, проект имеет широкий охват, приоритет отдан ростовым мегаполисам и пригородам (там сосредоточен основной дефицит), но и сельские районы не остались без внимания. Текущее состояние Строительство продолжается: оставшиеся 112 школ (вторая очередь) намечено сдать в течение 2025 года. Руководство Минпросвещения заявило планы в 2025 году возвести порядка 200 новых школ на ~300 тыс. мест (с учётом всех программ). Это включает как объекты нацпроекта, так и школы за счёт местных бюджетов и частных инвестиций. Если работа пойдёт по скорректированному графику, к концу 2025 года общее число построенных в рамках «Комфортной школы» объектов достигнет 217, а суммарно за 2023–2025 гг. по стране может быть введено свыше 600–700 новых школ различного типа. В частности, в г. Алматы две большие комфортные школы (по 2 000+ мест) планируют открыть к началу учебного года 2025/26, что позволит перевести часть городских школ на обучение в одну смену. Аким Алматы сообщил, что новая школа на 1500 мест в Алмалинском районе будет сдана в апреле 2025 г. и примет учеников 1 сентября. Подобные проекты развития школьной сети идут во всех регионах, хотя их реализация во многом зависит от устранения выявленных проблем (о них – далее). 3. Основные результаты к маю 2025 года Несмотря на трудности, национальный проект «Комфортная школа» принёс заметные положительные результаты в 2023–2024 годах: Новые школы и ученические места. Построено 105 новых комфортных школ, которые рассчитаны примерно на 140–150 тысяч учеников (в двухсменном режиме). Эти школы оснащены по современным стандартам, что улучшает условия обучения для десятков тысяч детей по всей стране. Общий ввод мест за 2023–24 гг. (с учётом всех программ) составил рекордные 510 тыс. мест в 422 школах – существенный вклад в расширение доступа к образованию. Снижение трехсменности и аварийности. Благодаря открытию новых школ удалось закрыть 32 аварийных школы и устранить 71 школу с трехсменным обучением к концу 2024 года. Министерство просвещения отмечает, что проблема трехсменок и аварийных зданий в 2024 г. решена в 103 школах (12 аварийных и 29 трёхсменных – только за счет ввода школ в 2023/24 учебном году). К 2025 году планируется полностью ликвидировать оставшиеся такие школы на всей территории РК. Если в 2020 г. насчитывалось около 40 аварийных школ, то к 2025 г. их число сведено к единицам и продолжает сокращаться. Снижение дефицита мест. По данным Минпросвещения, дефицит ученических мест на начало проекта оценивался в ~260 тысяч, прежде всего в быстрорастущих агломерациях (Астана, Алматы, Шымкент, Туркестанская и Алматинская обл.). Введённые школы позволили решить проблему переполненности в ~200 перегруженных школах страны. В частности, новые крупные школы в пригородах Астаны, Алматы, Шымкента значительно разгрузили соседние старые школы. В г.Астана открытие 16 новых школ в 2023–24 гг. обеспечило десятки тысяч мест и позволило многим учащимся перейти на учебу в одну смену. Аналогично, две новые школы в Туркестане и 13 по области заметно улучшили ситуацию в регионе с самым молодым населением. Современная образовательная среда. Все введённые «комфортные школы» отвечают единым высоким стандартам оборудования и дизайна. В них появились специализированные кабинеты (STEM, лаборатории химии и биологии, робототехника и пр.), современные спортивные залы и библиотеки. Особое внимание уделено инклюзии: новые школы оборудованы пандусами, лифтами, отдельными ресурсными зонами для детей с ООП. Тем самым проект не просто увеличивает количество зданий, но и повышает качество инфраструктуры образования. По официальным данным, 100% новых школ, введённых в 2024–25 гг., соответствуют требованиям «комфортной школы» по оснащению и условиям. Это означает, что даже в сельских школах дети получают доступ к современной материально-технической базе, которой раньше часто не было. Косвенные эффекты. Массовое школьное строительство стимулировало занятость и экономику в регионах. В рамках нацпроекта создаются временные рабочие места на стройках (план свыше 21 тыс.) и постоянные рабочие места для учителей и персонала новых школ (план ~31 тыс. до 2026 г.). Проект привлёк и внебюджетные ресурсы: через Фонд поддержки инфраструктуры образования профинансировано строительство 89 школ (на ~100 тыс. мест) силами БВУ и частных инвесторов. Таким образом, частный сектор тоже вовлечён в решение проблемы. Наконец, благодаря проекту появилась типовая модель современной школы, которую можно масштабировать дальше. Если ранее каждая школа строилась по разным сметам, то теперь выработаны единые проекты, что в перспективе может снизить стоимость и сроки строительства. К маю 2025 г. можно констатировать, что национальный проект «Комфортная школа» существенно ускорил обновление школьной сети. Хотя целевые показатели были снижены, уже достигнутые результаты заметны: сотни тысяч детей учатся в лучших условиях, количество перегруженных и ветхих школ сокращается, а тема инфраструктуры образования стала приоритетом госполитики. Тем не менее, имеются и серьёзные недоработки и проблемы, которые рассмотрим ниже. 4. Ключевые проблемы и вызовы реализации Несмотря на важные достижения, реализация нацпроекта «Комфортная школа» столкнулась с рядом системных проблем, которые замедлили строительство и вызвали критику общества. Срыв сроков и задержки Графики строительства изначально были слишком оптимистичными. Правительство требовало сдать 98 школ уже к 1 сентября 2024 г. и ещё 119 – к концу 2024 г., однако такие темпы оказались недостижимы. Фактически к 1 сентября открылось лишь 20 школ из 98 плановых – остальные 78 объектов «опоздали» к началу учебного года. Глава SK Construction Маулен Айманбетов объяснил поздний ввод тем, что нормативные сроки строительства больших школ составляют 25–28 месяцев, и строить комплекс на 2000 мест за несколько месяцев практически нереально. Многие школы первой очереди начали строиться только в начале 2024 г., поэтому физически не могли быть завершены к осени. В результате большой объём ввода сдвинулся на конец 2024 года. Ещё более критична ситуация со второй очередью: строительство 152 школ, планировавшихся к сдаче в 2025 году, на сентябрь 2024 г. вообще не было начато из-за затягивания конкурсных процедур, отсутствия ПСД и земли. Эти задержки создали риск невыполнения плана даже после коррекции. Таким образом, проект хронически отстаёт от графика, требуя продления сроков (что и было частично оформлено переносом части целей на 2025–2026 гг.). Планирование и бюрократия Аудиты показали серьезные просчёты на этапе планирования проекта. Вопреки первоначальному замыслу, не была разработана своевременно единая типовая проектно-сметная документация (ПСД) для комфортных школ. Заказчик (SK Construction) должен был предоставить готовые проекты подрядчикам, чтобы те не тратили время и деньги на индивидуальные ПСД, но этого не произошло. В итоге разработку проектов переложили на строителей, что увеличило расходы (до 3% от стоимости каждой школы, или ~45 млрд тг суммарно по 26 ПСД) и отняло драгоценное время. К апрелю 2024 г. из 207 заключённых договоров «проектирование+строительство» экспертизу прошли только 26 проектов, а на половине объектов строительство началось без утверждённой ПСД (ограничившись возведением фундаментов и первых этажей). Это свидетельствует о сбоях координации и бюрократических задержках – документы не успевали подготовить, конкурсы затягивались, местные исполнительные органы не всегда вовремя выделяли пригодные земельные участки. В ряде регионов всплыли проблемы с землей: например, в Кызылординской области изначально отведённый участок находился в санитарно непригодном месте (на месте старой птицефабрики с захоронениями тушек птицы) – его пришлось менять. В Туркестанской области и Шымкенте на некоторых площадках отсутствовали подключения к коммуникациям, требовались планировочные работы и пр., что также мешало началу строительно-монтажных работ. Всё это говорит о системной проблеме планирования: на старте проекта не были до конца решены вопросы документации, инфраструктуры и процедур, из-за чего стройки «буксовали». Завышенные сметы и стоимость строительства Одним из самых громких вопросов стала высокая стоимость комфортных школ для бюджета. Всего на проект первоначально заложили колоссальные 2,3 трлн тенге (в том числе ~1,4 трлн из Нацфонда), то есть в среднем около 6 млрд тг на одну школу. Депутаты и эксперты обратили внимание, что цена типовой школы по нацпроекту явно превышает разумные пределы. Для сравнения: частная школа «Áuéjan» в Шымкенте (1338 мест, современное оснащение, 4 этажа) была построена за 1,7 млрд тг (≈1,2 млн тг на место). В то время как государственная «комфортная школа» на 1200 мест обходится примерно в 6,4 млрд тг – то есть около 5,3 млн тг на место, что в 4–5 раз дороже частного аналога. Причём некоторые объекты по проекту достигали 9,5 млрд тг стоимости. Такая разница шокировала общественность. Депутат Мажилиса Казыбек Иса прямо спросил на заседании: «Куда делись деньги, которых хватило бы на пять-шесть школ вместо одной? Кто превратил проект “Комфортная школа” в “Доходную школу”?». Он заявил, что при рациональных тратах вместо 217 школ можно было бы построить до 1000 школ на те же средства. Эти обвинения указывают на подозрения в завышении цен и потенциальной коррупции или неэффективности расходов в проекте. Нарушения при закупках и расходовании средств Проверки Высшей аудиторской палаты (ВАП) вскрыли ряд финансовых нарушений. Во-первых, выяснилось, что готовые школы у подрядчиков выкупались государством дороже сметной стоимости ~на 36% (переплата ~2,1 млрд тг суммарно сверх расчетной цены). Это может свидетельствовать либо о неверных сметах, либо о неэффективных переговорах/сговорах. Во-вторых, правила госзакупок изменялись 3 раза специально под проект, с внесением корректировок 2 раза. Такие частые изменения нормативных правил породили риски для прозрачности – по сути, закупочную процедуру несколько раз «перекраивали», что могло создавать неравные условия для участников и вызывать подозрения в лоббизме интересов отдельных компаний. В-третьих, освоение средств отставало: хотя финансирование на 2023 год было выделено полностью, освоено лишь 38% средств. На счетах SK Construction зависали огромные суммы – по данным госаудита, 306,1 млрд тг пролежали без движения в 2023 году, пока стройки тормозились бюрократией. Это говорит о низкой исполнительской дисциплине: деньги из бюджета были перечислены, но вовремя не использованы по назначению. Вопросы качества строительства Пока проект более известен задержками и ценой, но возникают опасения и за качество возводимых объектов. Руководство SKC подчёркивает, что ускорить стройку ценой потери качества недопустимо («нельзя проснуться утром – и школа уже стоит»). Однако, поскольку часть школ возводилась в сжатые сроки (некоторые 2000-местные объекты построили за 11 месяцев вместо нормативных 18), есть риск, что при таком аврале возможны недочёты. Уже были прецеденты: Счётный комитет (предшественник ВАП) ещё в 2021 году выявил необоснованные расходы 545 млн тг при строительстве первых школ BINOM в столице – тогда застройщик ссылался на «дополнительные работы», но подтвердить их документально не смог. Эти BINOM-школы фактически были прототипами «комфортных школ», и аудиторы указали на завышение сметы примерно на 10%. Это относительно небольшое отклонение, но с учётом значительно большего финансирования нацпроекта риск некачественного расходования средств увеличился. В 2024 г. ВАП зафиксировала, что неэффективное использование бюджетных средств по проекту составило 311,9 млрд тг за один год – эта сумма включает переплаты, простаивающие деньги и пр. Пока нет сведений о массовых строительных дефектах в новых школах (большинство из них совсем недавно открылись). Тем не менее, существуют претензии к некоторым нюансам: где-то не до конца благоустроена территория, где-то нужно завершить подъездные пути и инженерные сети. К примеру, депутаты сообщали, что в новых школах не всегда налажено подключение к скоростному интернету и другим коммуникациям из-за неготовности инфраструктуры (что, впрочем, планируется решить в рабочем порядке). Отдельные скандалы и инциденты Вокруг проекта отмечались и негативные эпизоды. В апреле 2024 г. SK Construction сообщал о случаях мошенничества: неизвестные лица представлялись сотрудниками SKC и предлагали подрядчикам за вознаграждение «посодействовать» в выигрышe тендеров на строительство школ. Эти попытки были пресечены, информация передана в службу безопасности, но факт сам по себе показателен – масштабные бюджеты проекта привлекли мошенников и, вероятно, коррупционеров. Кроме того, общественный резонанс вызвали случаи выбора неудачных мест под школы (упомянутый случай со скотомогильником в Кызылорде) и сообщений в соцсетях о «золотых стульях» и прочих атрибутах роскоши для новых школ – нередко эти слухи преувеличены, но питают скепсис людей. В целом, проект сталкивается с критикой за непрозрачность и потенциал коррупции, в связи с чем компетентные органы проводят проверки, а правительство обещает наказать ответственных за срывы. На данный момент о каких-либо уголовных делах или отставках напрямую по «Комфортной школе» не сообщалось, однако пристальное внимание со стороны аудиторов и антикоррупционных структур сохраняется. Подводя итог, главные вызовы проекта – это необходимость наверстать отставание в строительстве, уложиться в скорректированные сроки без ущерба качеству, а также обеспечить эффективное и прозрачное использование огромных средств. Завышенные сметы, бюрократические проволочки и нарушения в реализации уже подорвали репутацию проекта, который задумывался как «прорывной». Впереди стоИт задача восстановить доверие через исправление этих недостатков. 5. Финансирование проекта: планы и реализация Заявленные объемы Национальный проект «Комфортная школа» изначально получил беспрецедентное финансирование. Общий бюджет, предусмотренный на 2023–2025 годы, составлял 2,3858 трлн тенге (в том числе значительная часть – средства Национального фонда РК). По годам планировалось: 500 млрд тг в 2023 г., 976,4 млрд в 2024 г. и 909,4 млрд в 2025 г.. Эти суммы сопоставимы с годовым бюджетом всей системы образования и свидетельствуют о приоритетности проекта. При этом около 60% финансирования шло за счёт Нацфонда (т.е. накоплений для будущих поколений), что накладывает особую ответственность за целевое использование средств. Необходимо отметить, что это только бюджетные средства; дополнительно привлекались внебюджетные – например, через Фонд поддержки инфраструктуры образования (более 100 млрд тг на 89 школ) и ГЧП-проекты отдельных акиматов (сеть школ BINOM и др.). Корректировки бюджета В связи с уменьшением плановых показателей (сокращение числа школ до 217) Правительство в декабре 2024 г. официально уменьшило объём финансирования нацпроекта. Постановлением № 1079 от 19.12.2024 общая сумма была снижена с 2,3858 трлн тг до 1,4932 трлн тг. Соответственно, финансирование 2024 года урезано на 33,7% (с 976,4 до 646,5 млрд) и 2025 года – почти на 62% (с 909,4 до 346,65 млрд). Бюджет 2023 г. (500 млрд) остался без изменений, так как его пересматривать постфактум не имело смысла. Такая радикальная правка означает, что правительство признало невозможность освоить изначально выделенные суммы в оставшееся время. Новые финансовые параметры рассчитаны под цель 460,4 тыс. мест и 217 школ вместо прежних 740 тыс. мест и 369 школ. То есть цена одного места в среднем осталась примерно той же, порядка 3,2 млн тг, но масштаб программы уменьшился на треть. Интересно, что указ о сокращении бюджета был подписан буквально через день после публикации критической статьи в Exclusive.kz о провале программы – видимо, реакция зрела давно, и медиа лишь совпали по времени с решением властей. Освоение средств Выполнение финансового плана в 2023 году было неудовлетворительным: из 500 млрд тенге было израсходовано лишь 190 млрд (38%). Остальные деньги остались неосвоенными и были перенесены на следующий период либо возвращены в бюджет. Такая ситуация сложилась из-за организационных задержек – строительство многих объектов толком не началось, подрядчики не могли выполнить работы, а оплата по контрактам, соответственно, не производилась. Высшая аудиторская палата в отчёте указала, что финансирование 2023 г. было предоставлено полностью, но из-за недостатков реализации освоено менее половины. Это крайне низкий показатель эффективности использования бюджетных средств. В 2024 году ситуация частично выправилась к концу года (ведь удалось ввести 105 школ), однако тоже далека от идеала. Кроме того, аудит зафиксировал 311,9 млрд тг неэффективных расходов в 2024 г. – сюда входят как неосвоенные, так и потраченные впустую средства (например, переплата при выкупе школ, расходы на дублирующие ПСД и т. д.). Таким образом, сотни миллиардов тенге либо лежали «мертвым грузом» на счетах, либо пошли не по назначению. Например, из отчёта BES.media известно, что 306,1 млрд тг зависли на счетах SK Construction без движения на определённый период. Фактически деньги изъяли из Нацфонда и бюджета, разместили на счетах компании, но дальше они не пошли в реальный сектор вовремя – это вызвало справедливую критику. Изменение финансирования и фактическое освоение по годам: 2023 год: 500 млрд тг (из них освоено ~190 млрд, т.е. 38%). Неосвоенные средства частично сохранились на счетах SKC, частично были перенесены на 2024 г. 2024 год: план изначально 976,4 млрд, уменьшен до 646,5 млрд. Освоение за год по оценкам аудита – около 62% (поскольку значительная часть строек завершилась, но остаётся много переходящих объектов). Примерно 312 млрд признаны неэффективно использованными. Тем не менее, к концу 2024 г. средства стали расходоваться активнее, поскольку 105 школ были достроены. 2025 год: план после урезания – 346,65 млрд тг. Ожидается, что эти деньги пойдут на завершение оставшихся 112 школ и запуск их в эксплуатацию. Также, возможно, часть неиспользованных средств 2024 г. перешла на 2025 г. (точные данные будут понятны по итогам года). Софинансирование и роль регионов По условиям нацпроекта, республиканский бюджет финансирует строительство, но местные исполнительные органы должны внести свой вклад в виде предоставления земли, подведения инфраструктуры и дальнейшего содержания школ. То есть, хотя прямые капитальные затраты покрываются «сверху», акиматы отвечают за готовность участков (технические условия, коммуникации) и за обеспечение эксплуатации (бюджеты на зарплаты учителей, коммунальные услуги). Некоторые проблемы (задержки с землеотводом, сетями) показали, что не все регионы были готовы своевременно выполнить эти обязательства, что тоже повлияло на финансирование (деньги «ждали», пока область подготовит участок или завершит экспертизу ПСД). В итоге финансирование приходилось перераспределять между регионами: те области, где подрядчики были более готовы, осваивали больше средств, а отстающие рисковали вернуть деньги обратно. Правила использования целевых трансфертов несколько раз уточнялись правительством, чтобы повысить гибкость и позволить переброску денег. Недофинансирование или избыточное финансирование? Интересно отметить, что оценки состояния финансирования разнились: Минфин и ВАП заявляли о недостаточности средств на полное выполнение исходных целей – требовалось дополнительно ~520 млрд тг, которых не было заложено. Именно на столько (520 млрд) первоначально был недофинансирован проект с расчётом на 401 школу. С другой стороны, после сокращения целей вышло, что наоборот денег было заложено больше, чем нужно – и пришлось урезать почти 893 млрд. По сути, изначально проект был нереалистично дорогим, и страна не смогла ни освоить полностью эти суммы, ни найти дополнительные ресурсы для покрытия дефицита мест в ранее заявленном объёме. В итоге решение оказалось компромиссным: сократить масштабы строительства под имеющееся финансирование, вместо того чтобы увеличивать финансирование под невыполнимые планы. В заключение, финансовый аспект нацпроекта проявил следующие проблемы: планирование бюджета без готовности к его оперативному освоению, необходимость перераспределять огромные средства, высокий риск нецелевого или неэффективного использования (отмеченный аудиторами). Позитивным моментом можно считать то, что средства, не успевшие «уйти» по назначению в 2023–24 гг., удалось сохранить от полного распыления – часть возвращена или перенесена, а значит, может быть использована на строительство школ позже (а не пропала бесследно). Тем не менее, финансовая реализация «Комфортной школы» пока далека от эффективной: по сути, на 1 мая 2025 г. освоено менее половины от изначально запланированных средств, и проект достиг менее половины изначально заявленного результата (по школам и местам). 6. Критика и оценка проекта экспертами и обществом Нацпроект «Комфортная школа», стартовавший с громкими обещаниями, быстро попал под пристальное внимание парламентариев, независимых СМИ, экспертов и широкой общественности. К маю 2025 г. сформировался широкий спектр критики в адрес проекта, хотя звучат и отдельные позитивные оценки его необходимости. Позиция органов аудита Высшая аудиторская палата РК дала неоднозначную оценку ходу реализации проекта. С одной стороны, аудиторы признают актуальность задачи (устранение дефицита мест и износ школ). С другой – в 2023–2024 гг. ВАП не раз указывала на серьёзные нарушения и недостатки. В июне 2024 г. ВАП официально сообщила о выявленных нарушениях: отсутствие единой ПСД, случаи строительства без утверждённых документов, проблемы с земельными участками и низкое освоение средств (38%). Также ВАП констатировала, что 152 школы второй очереди (на 2025 г.) находятся под риском срыва сроков – на их строительство не приступили вовремя. Глава ВАП Наталья Годунова (на момент 2023 г.) и позже председатель палаты обязали профильные органы принять меры по ускорению работ и устранению этих недостатков. Отчет ВАП за 2024 год прямо указывает, что «в рамках проекта “Комфортные школы” в 2024 году допущено неэффективное использование 311,9 млрд тенге бюджетных средств». Аудиторы рекомендовали перераспределить финансирование и пересмотреть планы – что и было сделано в декабре 2024 г. Помимо финансов, ВАП критикует и стратегическое планирование: число школ несколько раз пересматривалось, правила менялись, что говорит о недостатках госуправления проектом. В целом, вывод аудиторов: цели проекта нуждаются в актуализации, реализация – в жёстком контроле, иначе проект не даст ожидаемого эффекта. Критика со стороны депутатов Парламент РК активно обсуждал ход строительства школ. Особенно резонансным стало выступление депутата Мажилиса Казыбека Исы (фракция «Ак Жол») в марте 2025 г. Он жестко раскритиковал завышенную стоимость «комфортных школ», приведя пример с частной школой и назвав государственный проект растратой средств Национального фонда в 4–5 раз больше необходимого. Депутат образно переименовал «Комфортную школу» в «Доходную школу», намекая на то, что кто-то извлекает чрезмерную выгоду из госзаказа. Он потребовал найти ответственных за многомиллиардные перерасходы и провести расследование: «Кто понесёт ответственность за эти миллиардные расходы? ... Президент требует сокращать издержки, а мы наоборот завышаем цены в пять раз и лезем в Нацфонд» – эмоционально заявил Иса. Его выступление получило широкий отклик в СМИ и соцсетях, став своего рода гласом общественного возмущения. Кроме того, ранее, в начале 2024 г., новый Премьер-министр Алмаз (Олжас) Бектенов** публично обещал принять жёсткие меры** к ответственным, если школы не будут сданы в срок. Такая риторика сигнализирует, что и законодательная, и исполнительная власть осознают проблемы проекта. Несколько депутатов (например, Динара Наумова, Айгуль Жусупова) также поднимали вопросы о прозрачности отбора подрядчиков и необходимости стандартных проектов, чтобы исключить монополию отдельных застройщиков на рынке школьного строительства. В частности, обсуждалось, что крупные компании (BI Group и др.) получили значительный объем контрактов, и важно не допустить ценового сговора. Эти заявления транслировались в СМИ, формируя образ проекта как проблемного и требующего вмешательства. Мнения экспертов и журналистов Независимые аналитики в области образования в целом поддерживают цель обновления школ, но критикуют реализацию. Эксперт Ерлан Саиров отмечал, что «проблемы трехсменных школ копились десятилетиями, и решить их за 2–3 года крайне трудно». Поэтому, по его мнению, первоначальные планы были излишне оптимистичны, и проволочки были предсказуемы. Тем не менее, он призывает сохранить финансирование проекта, так как откладывать модернизацию школ нельзя. Другие эксперты, напротив, указывают на системные сбои управления: экономист Ораз Жандосов замечал, что ситуация с комфортными школами — показатель того, «как большой бюджет сам по себе не гарантирует успеха, если отсутствует надлежащий менеджмент и контроль». Он предложил усилить ответственность госорганов и почаще привлекать местные сообщества к мониторингу строительства (общественные советы). Представители отрасли строительства (например, Союз строителей) обращали внимание на дефицит специалистов и подрядных организаций, способных одновременно строить сотни школ: строительный рынок просто физически не был готов к такому объему заказа, что тоже стало одним из узких мест. Отдельно стоит отметить роль СМИ и телеграм-каналов. В медиа пространство проект сначала подавался в позитивном ключе – как прорыв в образовании. Однако к осени 2024 г., когда стало ясно о срыве сроков, тон публикаций изменился. Появились заголовки: «Почему комфортных школ построят почти вдвое меньше, чем планировали?», «Программа строительства комфортных школ провалилась?», «Нацпроект буксует». Издания Orda.kz, Vlast.kz, Exclusive.kz и др. выпустили разборы, где детально описали проблемы – от коррупционных рисков до нехватки учителей для новых школ. Журналисты-расследователи (например, Илья Астахов из Orda) сделали акцент на непрозрачности расходования: большие деньги Нацфонда тратятся неэффективно, а обществу сложно отследить, куда именно ушли средства. Статья Orda.kz с красноречивым заголовком про «теорию Эйнштейна» разобрала кейс с разницей цен и придала истории вирусный эффект – тезис о 5-кратном завышении цен разошёлся по соцсетям и был подхвачен другими площадками. Telegram-каналы (например, канал ВАП, публиковавший цифры проверок, и популярные паблики о коррупции) активно комментировали каждый шаг: сообщение о 38% освоения или о мошенниках вокруг проекта мгновенно становилось темой дня. Можно сказать, что общественное восприятие проекта к 2025 г. стало скорее негативным: из символа улучшений «Комфортная школа» превратилась в символ бюрократических провалов. Тем не менее, там, где школы все же открылись, местные жители и родители, конечно, рады новым возможностям. Многочисленные репортажи с открытия школ (в том числе в отдаленных аулах) показывают улыбки детей, оснащенные классы и благодарности учителей. Эти позитивные отзывы на местах несколько сглаживают общий фон. Многие признают: «Да, есть проблемы с реализацией, но когда входишь в новую школу – дух захватывает, насколько она лучше старой». Таким образом, информационное поле расколото: официальные лица стараются подчеркнуть достижения (количество школ, их инновационность), независимые эксперты и СМИ фокусируются на скандалах и неудачах. Отдельно отметим, что власти вынуждены реагировать на критику. Президент Токаев в интервью газете «Ана тілі» (03.01.2025) признал корректировку планов до 217 школ и подтвердил приверженность цели решить проблему дефицита мест полностью. То есть на самом высоком уровне сделаны выводы и озвучены обновлённые обязательства. А гендиректор SK Construction М. Айманбетов после волны критики в августе 2024 г. провёл разъяснительную кампанию в СМИ, объясняя причины задержек и убеждая, что качество и размер школ оправдывают затраты. Таким образом, можно говорить о сплесках обсуждений в информационном поле: заметные пики пришлись на сентябрь 2024 г. (срыв ввода к 1 сентября), декабрь 2024 г. (коррекция бюджета и целей), март 2025 г. (заявления депутатов о завышении цен). В эти периоды тема «Комфортных школ» широко обсуждалась в прессе и социальных сетях, вызывая оживлённую реакцию аудитории. 7. Примеры региональной реализации Положительные кейсы В ряде регионов нацпроект уже приносит заметную пользу. Например, Туркестанская область, где традиционно остро не хватало школ, получила 13 новых комфортных школ к концу 2024 г. – многие из них в сельской местности. Это позволило области объявить об устранении трехсменного обучения: в начале 2023 г. трёхсменок было свыше 10, а к 2025 г. осталась 1–2, которые закроют с вводом школ второй очереди. В городе Туркестан открылись современные большие школы на 2000 мест, разгрузившие старые городские школы, где училось по 40–45 детей в классе. Местные СМИ отмечали, что «дети впервые сели за новые парты в светлых кабинетах с интерактивными досками», для сельской местности это значимый шаг вперёд. Другой пример – город Астана. Столица испытывала колоссальный рост численности учащихся (прирост 25–30 тыс. в год), многие новые жилые массивы не имели своих школ. За 2023–2024 гг. в Астане построено 16 комфортных школ, большинство – в новых районах (например, в больших жилмассивах как Нур-Сары, Пригородный, Тельман и др.). Это существенно сократило маятниковую миграцию школьников: тысячам детей теперь не нужно ездить через полгорода, они учатся рядом с домом. В некоторых новых астанинских школах по проекту предусмотрено до 2500 мест, что делает их крупнейшими в стране. Городской отдел образования сообщает, что за счёт этих школ доля трехсменных снизилась, а часть школ перешла на одну смену – колоссальный прогресс для столицы. Астанчане в соцсетях делились фотографиями просторных спортзалов и актовых залов новых школ, называя их «почти как университеты по оснащению». Алматинский кейс В мегаполисе Алматы, где также ощущается дефицит мест, нацпроект идёт параллельно с муниципальной программой пристроек к школам. В 2024 г. в Алматы открыто 7 новых школ нацпроекта, в том числе две крупные школы на 2 000 мест в Наурызбайском и Алатауском районах – самых быстрорастущих окраинах города. Это заметно улучшило ситуацию: аким города Ерболат Досаев заявил, что «с 2025 года школы Алматы начнут постепенно переходить на обучение в одну смену» благодаря вводу новых корпусов. В Алмалинском районе завершается строительство современной школы на 1500 мест, которая откроется в сентябре 2025 г.. Алматинцы положительно оценили появление таких объектов – например, школа в микрорайоне «Достык» избавила местных жителей от необходимости возить детей в центр города. Задача сейсмоусиления старых школ тоже решается: параллельно комфортным школам, в Алматы провели капитальный ремонт и усиление конструкций в нескольких старых школах (№ 134, 135, 136), чтобы они соответствовали новым стандартам безопасности. Таким образом, комбинация нового строительства и модернизации даёт комплексный эффект. Регион Западного Казахстана В Западно-Казахстанской области (ЗКО) исторически много аварийных сельских школ (глинобитных), и молодёжь уезжает в города. По нацпроекту в ЗКО к 2025 г. строится 7 школ, из них 3 уже открыты. Один из позитивных примеров – село Перемётное, где в 2024 г. открыли большую современную школу на 900 мест (для села это очень крупная). Она заменяет три старые сельские школы, имевшие аварийные корпуса. Теперь дети из окрестных поселков учатся в современной школе с автобусным подвозом. Это улучшило условия: если раньше в одном классе учились дети разных возрастов (малокомплектные школы), то теперь сформированы полноценные параллели, приехали новые учителя. Жители отметили, что «такой школы не было даже в районном центре», и выразили надежду, что молодежь перестанет уезжать, видя такие перемены. Критические случаи на местах Не обошлось и без проблем. Например, в Кызылординской области один из участков под строительство школы оказался непригодным из-за санитарных норм – на месте стройки обнаружили старое захоронение птичьих тушек. Пришлось срочно переносить объект на другой участок, что задержало работы почти на полгода. В Мангистауской области сообщили о сложностях с подведением воды и электричества к новым школам в отдалённых посёлках – школы построены, но местные коммунальные сети не рассчитаны на возросшую нагрузку, требуются дополнительные трансформаторы и скважины. Это временно осложнило эксплуатацию: например, одна новая школа в Мунайлинском районе первые месяцы работала на генераторе, пока акимат не завершил прокладку линии электропередачи (данные из регионального Telegram-канала, неофициально). Такие случаи подрывают эффект от ввода объекта, поэтому общественники требуют комплексного подхода – чтобы вместе со школой сразу делали дороги, коммуникации, спортивные площадки. Реакция региональных властей Акимы областей регулярно отчитываются по нацпроекту. Большинство регионов признают отставание от графика, но уверяют, что догонят план в 2025 г.. Например, в Павлодарской области (которая к началу 2025 г. не сдала ни одной комфортной школы) новый аким взял под личный контроль стройки 5 школ, обещая их открыть к декабрю 2025 г. В Северо-Казахстанской области (СКО) первую комфортную школу на 300 мест открыли в селе Смирново – событие значимое для депопулирующей области, и аким СКО заявил, что «каждая новая школа – шанс сохранить село». В южных областях – Туркестанской, Кызылординской, Жамбылской – реализация идёт активнее, местные управления образования отчитываются о решении проблемы трехсменок на 80–90%. В целом, региональные кейсы отражают общую картину: там, где проект продвинулся (Юг, Астана, Алматы), уже ощущается положительный эффект – дети учатся в новых условиях, снижается нагрузка на старые школы. Там же, где реализация запаздывает (Север, отдельные области Запада), сохраняется напряжённость – родители ждут обещанные школы, акиматы пытаются ускориться. Проект высветил и региональные диспропорции: богатые города (как Алматы) помимо нацпроекта вкладывают свои средства в школы, тогда как в бедных регионах полностью полагаются на республиканский бюджет. Это приводит к тому, что в некоторых областях результаты скромнее. Тем не менее, заложенные фундаментальные изменения – единые стандарты, типовые проекты – должны со временем распространиться на все регионы. Даже если где-то школа запоздает на год-другой, в итоге каждая область получит по нескольку новых современных школ, что само по себе значимый результат. 8. Информационное поле и общественное восприятие Общественное мнение о нацпроекте «Комфортная школа» сложилось неоднозначное. С одной стороны, родители и педагоги позитивно воспринимают саму идею – строительство новых школ все признают назревшей необходимостью. Особенно в регионах люди рады открытию каждой новой школы: это событие освещается местной прессой как праздник, на церемонии приходят акимы, разрезают ленточки. В этих новостях акцент на том, что государство заботится о детях, инвестирует в образование. В соцсетях можно встретить благодарственные отзывы: «Наконец-то у наших детей будет светлая большая школа, спасибо». Такие реакции, однако, точечны и локальны. С другой стороны, на национальном уровне информационный фон больше формируется через призму проблем. Когда в августе–сентябре 2024 г. сорвалась сдача 78 школ к 1 сентября, СМИ и социальные сети буквально взорвались критикой. Термин «комфортная школа» стал приобретать ироничный оттенок: комментаторы язвили, что «комфортно пока только чиновникам осваивать бюджет». В Telegram начали появляться инсайды: например, анонимные посты о том, как некие фирмы-посредники предлагают «решить вопрос» с тендером за откат (что, как выяснилось, было не без оснований – такие мошенники действительно пытались действовать). Пользователи обсуждали, кто строит школы – ходили слухи, что большинство подрядов получили аффилированные с властью компании. В частности, часто упоминалась компания BI Group как один из крупных бенефициаров (эта строительная группа строила школы BINOM и вероятно участвовала в тендерах SKC). Некоторые активисты обвиняли власти в монополизации рынка строительства школ в руках нескольких ТОП-застройщиков, что ведёт к завышению цен (прямых доказательств сговора не представлено, эти утверждения носят характер подозрений). Тем не менее, такие заявления набирали широкий отклик, потому что коррелировали с удивлением общества ценам школ. Отдельно стали мемами слова депутатов. Например, фраза «Доходная школа», брошенная К. Иcой, разлетелась по интернету и породила волну постов: пользователи писали «когда комфортная превращается в доходную», сопровождая картинками про роскошные условия для «освоения бюджета». Также обсуждалась тема распила Нацфонда – проект финансируется из денег будущих поколений, а значит, их нецелевое использование особенно болезненно. Это связывали с общей повесткой (в обществе растёт запрос на справедливость и контроль над Нацфондом). В итоге проект «Комфортная школа» оказался вплетён в более широкое общественное недоверие к большим госрасходам: его начали ставить в один ряд с ранее раскритикованными программами (как строительство дорог, жилья, «Ауыл – Ел бесігі» и т.п.), где тоже были проблемы с эффективностью. Медиа-стратегия власти Государственные органы стараются улучшить инфополе. Минпросвещения и акиматы регулярно публикуют позитивные новости: отчёты об открытиях школ, фотографии новых кабинетов, статистику сколько проблемных школ закрыто. Например, в январе 2025 г. Минпросвещения через СМИ сообщило, что «70 новых школ на 90 тыс. мест открылись 1 сентября 2024 г.», подчеркнув, что это выполнено по поручению Президента. Такие релизы призваны нивелировать негатив – показать, что несмотря ни на что, результат есть (хотя критики отметили, что 70 – это все новые школы, а не только комфортные, т.е. немножко приукрашено достижение). Президент Токаев также публично держит тему в повестке: в Послании 1 сентября 2023 г. он напомнил про задачу построить 1000 школ, а в январе 2025 г. дал развернутое интервью, где рассказал о прогрессе (признав сокращение плана, но заверив, что «проблема аварийных и трехсменных школ будет полностью решена»). Эти заявления транслировались госСМИ с позитивным уклоном. Кроме того, сам термин «комфортная школа» сейчас активно используется в официальной речи как бренд нового качества. Например, говорят: «в селе таком-то открылась комфортная школа», подчеркивая тем самым, что это не просто типовая школа, а нечто лучшее. Таким образом, государство пытается закрепить в сознании позитивную коннотацию проекта, даже если реализация хромает. Реакция общества Можно сказать, что многие граждане относятся с пониманием к масштабности задачи, но разочарованы исполнением. На общественных слушаниях и встречах с акимами люди часто задают вопросы: «Нам обещали школу к такому-то месяцу, почему задержка?» – примеры есть по Акмолинской, Мангистауской, Павлодарской областям. Чиновники обычно ссылаются на объективные причины (корректировка проектов, удлинение сроков строительства), что население воспринимает скептически. Тем не менее, социальной напряженности проект не спровоцировал вширь – протестов или масштабных возмущений не наблюдалось, за исключением локальных случаев, когда дети продолжали учиться в три смены дольше обещанного. В основном же люди ждут окончания строек, надеясь, что «комфортные школы» все-таки появятся, пусть и позже. Проект имеет долгосрочный характер, поэтому общественное мнение может улучшиться по мере того, как все больше школ реально откроются и проблемы будут позади. В заключение, информационный фон вокруг «Комфортной школы» к середине 2025 г. можно охарактеризовать так: высокие ожидания и надежды, столкнувшиеся с бюрократической реальностью, что породило волну критики; однако при поступательном движении вперед и демонстрации реальных результатов негатив постепенно сменяется на осторожный оптимизм у конечных бенефициаров – учеников и родителей. Этот проект стал уроком и прецедентом, как нужно (и не нужно) коммуницировать и реализовывать крупные национальные инициативы. 9. Потенциальные риски и системные сбои Анализ хода реализации нацпроекта «Комфортная школа» выявляет ряд рисков и системных проблем, которые важно учитывать, чтобы довести проект до успешного завершения и извлечь уроки для будущих программ. Риск невыполнения оставшейся части проекта Основной краткосрочный риск – что оставшиеся 112 школ не удастся построить в срок до конца 2025 г., даже с учётом продления. Если причины отставания (поздняя ПСД, задержки подрядчиков, проблемы с землёй) не будут полностью устранены, есть вероятность, что часть объектов «перекочует» и на 2026 год. Например, уже сейчас в Алматы пристройка к школе №16 рассчитана до 1 кв. 2026 г., то есть некоторые проекты заведомо выходят за рамки 2025-го. Растянутость сроков чревата удорожанием – чем дольше строится объект, тем выше инфляционные и накладные расходы. Кроме того, может поменяться расстановка приоритетов: если в 2024–25 гг. тема школ была на первом плане, то далее другие задачи могут оттянуть ресурсы (например, развитие медицины, инфраструктуры). Поэтому риск «не дожать» проект до конца реален. Важно, чтобы смена правительства или повестки не привела к замораживанию недостроев. Частично этот риск снижает то, что финансирование на 2025 г. всё-таки заложено, а объекты высокой готовности будут логично достраивать. Но если случатся внеплановые секвестры бюджета или скачки цен на стройматериалы, несколько школ могут остаться недостроенными. Это подорвало бы итоговую цель (полностью ликвидировать трехсменки и аварийность). Системная проблема проектного управления Крупные нацпроекты выявили недостатки системы госуправления: отсутствие единого проектного офиса, слабая межведомственная координация, недостаток компетенций у исполнителей на местах. В случае «Комфортной школы» явно не сработал механизм централизации через Samruk-Kazyna Construction в полной мере – компания столкнулась с проблемами, которые не смогла решить быстро (ПСД, торги, контроль подрядчиков). Это показало, что даже создание единого оператора не гарантирует успеха без отлаженной организации процессов. Риск здесь – повторение таких сбоев в будущих инициативах, если не будет проведена «работа над ошибками». Например, в 2023 г. было объявлено о нацпроектах по модернизации сельского здравоохранения, инфраструктуры интернет и т.п. – ВАП уже нашла проблемы в их планировании. Значит, системные уроки не до конца усвоены. Необходимо совершенствовать практики project management в госсекторе: чётче прописывать ответственность, избегать параллельных дублирующих процедур, выстраивать реалистичные графики и иметь планы «Б» на случай срывов. Риски коррупции и непрозрачности Огромный бюджет проекта – лакомый кусок для злоупотреблений. Хотя громких коррупционных скандалов именно в рамках «Комфортной школы» публично не озвучено, ряд фактов указывает на возможные коррупционные проявления: многократное изменение правил закупок под проект, попытки мошенничества, странная раздутость стоимости некоторых школ, выбор проблемных участков (что может намекать на чьи-то интересы в земле). Если не усилить прозрачность, есть риск, что при финальном освоении средств (особенно спеша освоить в 2025 г.) часть денег утечёт не по назначению через откаты и завышенные акты выполненных работ. Это не только финансовая потеря, но и подрыв качества – контракты могут получить те, кто больше заплатил неофициально, а не те, кто лучше строит. Для минимизации этого риска необходимо привлечение общественного контроля (например, участие НПО и местных сообществ в приёмке школ, что предусмотрено мероприятием №15 нацпроекта). Кроме того, обязательна передача материалов аудита в правоохранительные органы, если обнаружены признаки хищений. Безнаказанность нарушений 2023–24 гг. может стимулировать новые нарушения. Долгосрочные эксплуатационные риски Построить школы – это полдела; важно, чтобы они эффективно функционировали в дальнейшем. Возникают вопросы: хватит ли педагогических кадров для всех новых школ? Не окажется ли, что прекрасные здания пустуют или укомплектованы неопытными учителями? Уже сейчас известно, что требуется не менее 31 тыс. новых учителей к 2026 г. под все введённые школы. Власти проводят переподготовку кадров, но дефицит учителей в сельской местности – реальная проблема. Есть риск, что в некоторых новых школах будут недоукомплектованы предметники, особенно по английскому языку, ИКТ, физике – что нивелирует эффект от современного оборудования. Также важен бюджет на содержание: большие школы требуют больше средств на отопление, электричество, охрану. Местные бюджеты должны быть готовы к этим расходам. Если финансирования не хватит, может пострадать содержание (например, экономия на отоплении приведёт к холодным классам – и «комфортная» школа превратится в некомфортную). В ряде районов новые школы уже жалуются на высокие коммунальные счета. Таким образом, нужно закладывать в прогнозах устойчивое финансирование эксплуатации. Риск падения доверия к госпрограммам Проект «Комфортная школа» – один из первых «нового поколения» нацпроектов, объявленных после событий начала 2022 г. (курс на «Новый Казахстан»). Его пробуксовка может подорвать доверие населения к другим инициативам. Люди могут скептически встретить будущие громкие обещания, вспоминая, что «комфортные школы» тоже обещали быстро, а вышло не так. Это, в свою очередь, осложнит реализацию иных реформ – потребуется больше усилий на убеждение. Чтобы снизить этот риск, правительство пытается скорректировать курс и открыто признать проблемы, демонстрируя, что реагирует на замечания. Если проект всё же будет успешно завершён пусть с опозданием, и отчитаются прозрачно по расходам – доверие частично вернётся. Но если случится провал или скандал (например, массово не успеют достроить или обнаружатся грубые хищения), это станет серьёзным ударом по репутации власти в глазах граждан. Вывод: Национальный проект «Комфортная школа» в Казахстане – крайне важная и своевременная инициатива, которая, однако, вскрыла множество системных проблем: от стратегического планирования до исполнения и контроля. На май 2025 г. проект находится на переломном этапе – многое уже сделано, но ещё больше предстоит, и цена ошибки высока. Власти необходимо учесть весь накопленный опыт (в том числе негативный), чтобы довести строительство школ до запланированного результата, минимизировав риски. Это значит: мобилизовать все ресурсы для завершения объектов, жестко контролировать качество и сметы, обеспечить прозрачность и подключить общественность к мониторингу. Только в этом случае «Комфортная школа» полностью оправдает своё название и предназначение, став успешным примером национального проекта во благо будущего страны. В противном случае она рискует остаться уроком о том, как хорошие намерения могут натолкнуться на системные сбои, – уроком, который, будем надеяться, Казахстан усвоит для позитивных перемен. ОБОСНОВАНИЕ ПРОЕКТА «КОМФОРТНАЯ ШКОЛА» 1. Стратегическая необходимость Рост численности школьников. С 2010-х годов Казахстан переживает демографический подъём: ежегодно рождается свыше 400 тысяч детей. К 2023 году общее число учеников в школах достигло почти 4 миллионов, увеличившись более чем на 600 тыс. за 10 лет. Прогноз до 2030 года – прирост ещё минимум на 1 млн школьников. Агломерационный скачок. Основной рост учащихся происходит в крупных городах (Астана, Алматы, Шымкент) и пригородах. При этом старая школьная сеть не справляется с наплывом – до недавнего времени некоторые школы обучали по 3–4 смены, а классы заполнялись по 40–45 человек. Износ и аварийность. По официальным данным, к 2021 году в Казахстане насчитывалось 34 аварийные школы и свыше 100 трехсменных, большинство из которых расположены в южных и сельских регионах. Эти здания физически устарели и не соответствуют современным стандартам безопасности. Цель: выровнять стартовые условия. Существовала глубокая разница между столичными школами с современным оборудованием и сельскими школами с печным отоплением. Проект стремился обеспечить единообразный высокий стандарт инфраструктуры – вне зависимости от региона. 2. Социальная и гуманитарная аргументация Равный доступ к качественному образованию. Казахстан взял курс на справедливое распределение образовательных возможностей. Комфортные школы, включая сельские, должны предоставить детям безбарьерную среду, современные кабинеты и оборудование, в том числе для детей с ОВЗ. Безопасность и здоровье. Типовая «комфортная школа» рассчитана на более просторные классы (до 25 учеников), отдельные санузлы на каждом этаже, лифты, пандусы, хорошие условия вентиляции и освещения. Это обеспечивает гигиенические и психологически безопасные условия обучения. Интеграция новых образовательных практик. Современные STEM-кабинеты, зоны отдыха, библиотеки, коворкинги, актовые залы – это не просто декор. Это платформа для внедрения новых форматов обучения, проектной работы, кружков, и ранней профориентации. 3. Экономическая логика Масштабный заказ в строительной отрасли. Строительство сотен школ одновременно – это мультипликативный эффект: создание рабочих мест, загрузка цементных, мебельных, ИТ-предприятий, поддержка региональных подрядчиков. Инвестиции в человеческий капитал. Улучшение качества условий образования – это долгосрочная отдача в виде более образованного поколения, снижения неравенства, роста производительности труда в будущем. Привлечение частного капитала. Через фонд инфраструктуры образования, государство сумело вовлечь банки второго уровня и застройщиков (например, по модели выкупа школ), тем самым частично разгрузив бюджет. 4. Геополитический контекст Конкуренция за молодежь. В условиях информационного давления и миграции, качественная школьная среда – один из факторов удержания семей в стране, особенно в южных и приграничных регионах. Идеологическая роль. Комфортная школа становится инструментом формирования новой идентичности – с патриотическими символами, казахским языком, уважением к традициям и современности. КРИТИКА ПРОЕКТА «КОМФОРТНАЯ ШКОЛА» 1. Избыточные цели и завышенные ожидания Слишком амбициозный темп. Строительство более 400 школ за 2 года при отсутствии подготовленной ПСД, опыта массового EPC-строительства и зрелого проектного офиса – изначально было переоценено. Популистская природа запуска. Ряд экспертов полагает, что проект стал частью PR-повестки, и был объявлен без надлежащей проработки механизмов реализации, что позже привело к срывам сроков и постоянным корректировкам целей (с 740 тыс. мест до 460 тыс.). 2. Стоимость и эффективность Завышенные сметы. По оценкам депутатов и журналистов, стоимость одного ученического места в школах по нацпроекту составляет от 3,5 до 5,5 млн тенге, тогда как аналогичные частные школы строятся в 3–5 раз дешевле. Неэффективное освоение средств. В 2023 году освоено лишь 38% выделенных средств, а в 2024 году — более 311,9 млрд тенге признаны неэффективными расходами (завышенные закупки, простаивающие бюджеты и т.д.). 3. Проблемы реализации Отсутствие единой ПСД. Вопреки обещанию «типового проекта», на местах пришлось разрабатывать ПСД заново, что замедлило процессы и увеличило затраты. Сбои в конкурсах, земле и инфраструктуре. Строительство откладывалось из-за неподготовленных участков, затяжных аукционов, отсутствия подключений к воде и электричеству, что особенно заметно в сельских регионах. 4. Управленческие ошибки Концентрация ответственности. Весь проект был замкнут на одну структуру – Samruk-Kazyna Construction, что создало эффект «узкого горлышка» и дефицита координации с МИО и Министерством просвещения. Отсутствие независимого контроля. Общественный и профессиональный мониторинг появился лишь после критики ВАП и депутатов, до этого строительные процессы шли закрыто, без открытой отчетности. 5. Риски коррупции Изменение правил закупок под проект. Трижды менялась схема торгов – сначала EPC, затем выкуп, затем гибридная модель. Это породило подозрения в подгонке процедур под нужные компании. Подозрительные расценки на оборудование. В 2024 году АФМ выявило закупки интерактивных панелей с завышением цены на 14 млрд тенге, что лишь вершина айсберга возможной системной наценки. 6. Снижение доверия и репутационные потери «Комфортная» – как антоним реальности. В медиа и телеграм-пространстве бренд «комфортная школа» стал использоваться в ироничном ключе: пользователи отмечают, что многие объекты строятся в условиях бардака, а удобства касаются больше подрядчиков, чем учеников. Информационный удар. Скандалы с подрядчиками, срыв сроков, завышенные сметы перекрыли позитивные эффекты от первых открытий. Недостаточная коммуникация со стороны госорганов усилила общественный скепсис. Мировой опыт модернизации школьной инфраструктуры: примеры и уроки для Казахстана 1. Великобритания — программа Building Schools for the Future (BSF) Период: 2004–2010 Бюджет: £55 млрд (около $90 млрд) Охват: более 3500 средних школ Англии Цель: модернизация всех государственных школ за 15–20 лет Ключевые особенности: Публично-частное партнёрство (PPP): школы проектировались и строились с привлечением частных подрядчиков, которые позже обслуживали здание по долгосрочным контрактам (до 25 лет); Архитектурное разнообразие + типовые стандарты: каждая школа могла иметь уникальный архитектурный облик, но при этом использовались единые образовательные и технические требования; Цифровизация: обязательное оснащение школ интерактивными досками, проектной техникой, инфраструктурой Wi-Fi; Инклюзия: упор на универсальный дизайн – школы оборудовались лифтами, санузлами для ОВЗ, акустическим комфортом, навигацией для незрячих. Проблемы: чрезмерная бюрократия (на согласование проекта уходило 2–3 года); неравномерность подхода (лучшие архитекторы «перепроектировали» функционал); рост стоимости в 1,5–2 раза по сравнению с изначальными расчётами. Вывод для Казахстана: BSF — пример системного подхода, но переусложнение процедур и отсутствие типизации в ряде случаев сделали проект неэффективным. Казахстану важно сбалансировать архитектурное разнообразие с эффективностью бюджета и временем реализации. 2. Турция — проект FATIH (2010–2020) Фокус: цифровизация школ и модернизация инфраструктуры Общий бюджет: около $3,5 млрд Охват: более 40 000 школ Компоненты: поставка интерактивных досок и планшетов (по модели 1 ученик – 1 устройство); цифровые учебные материалы, централизованная библиотека e-Content; параллельно проводился ремонт зданий и прокладка сетей связи; реализация сопровождалась обучением учителей. Проблемы: закупки проводились без учёта готовности школ (некоторые устройства не использовались из-за отсутствия электричества или интернета); низкая цифровая грамотность учителей; закупочная коррупция: закупались устройства по завышенным ценам, не у производителей. Вывод: FATIH показывает, что техническое оснащение без педагогического и организационного сопровождения даёт низкую отдачу. Казахстан при строительстве «комфортных школ» должен увязать цифровую компоненту с методикой обучения, ИТ-кадрами и педагогической поддержкой. 3. Узбекистан — Программа обновления школьной сети (2021–2025) Цель: построить/модернизировать более 2500 школ Источник финансирования: госбюджет, АБР (Азиатский банк развития), Исламский банк развития Особенности: школы проектируются по типовым схемам: на 264, 480, 960, 1920 мест; создание образовательных кластеров: школы + детсады + спортинфраструктура; уделяется внимание регионам с миграцией из села в город (пригороды Ташкента, Самарканда); по школам ведётся централизованный онлайн-мониторинг строительства и комплектации, фотоотчеты, публикация смет. Риски: нехватка квалифицированных подрядчиков; дефицит педагогов для новых школ; перегрузка городской инфраструктуры. Вывод: Близкий по контексту Казахстану кейс. Узбекистан успешно использует типизацию, кластеры и цифровую прозрачность. Казахстан может адаптировать эту модель и создать платформу для публичного мониторинга строительства школ в разрезе регионов. 4. США — Recovery Act School Modernization (2009–2012) Контекст: антикризисная программа после финансового краха 2008 года Бюджет: $100 млрд (в том числе $40 млрд на школы) Инструмент: гранты штатам, ремонт и энергомодернизация школ Результаты: обновлено более 35 000 объектов; установлены системы энергосбережения, пожарной безопасности; активное участие родителей и школьных советов в контроле за контрактами. Минусы: неравномерность распределения средств (лучшие округа получали больше, уязвимые – меньше); слишком короткие сроки реализации (многие проекты были «заткнутыми дырками», а не трансформацией). Вывод: Казахстану стоит обратить внимание на инструменты вовлечения родительских комитетов и граждан в контроль, а также избегать «косметических ремонтов» вместо глубокого переоснащения 5. Финляндия — архитектура образования и школьная среда (2000–2020) Модель: школа как пространство для жизни, а не просто уроков. Принципы: трансформируемые классы: стенки сдвигаются, создаются open space; школа как общественный центр (после уроков – кружки, спорт, библиотека); большое внимание — эмоциональному и сенсорному комфорту (свет, звук, цвет, температура); детско-взрослое соавторство: школы проектируются вместе с педагогами и детьми. Результаты: высокие международные показатели (PISA, мотивация учеников); минимальная тревожность и высокий уровень вовлеченности учеников. Вывод: Элементы финской модели применимы при редизайне школьных пространств в Казахстане — особенно в пригородах и новых микрорайонах. Это путь к созданию социально-инклюзивной среды и росту доверия к школе. 6. Китай — New Countryside Schools (2015–2022) Цель: укрупнение и обновление сельских школ Контекст: массовый переезд сельского населения в города, закрытие убыточных ОО Механизм: строительство централизованных школ-интернатов, куда детей подвозят на школьных автобусах; комплексное оснащение: лаборатории, столовая, общежитие, кружки; предоставление учителям жилья и доплат за работу в отдалённых районах. Проблемы: ухудшение логистики (долгая дорога в школу); уменьшение роли семьи и общины. Вывод: Казахстан может использовать модель укрупнённых школ в малонаселённых аулах, при этом сохранить минимальную пешеходную доступность или обеспечить транспортировку. Важно, чтобы школа не отрывала ребёнка от семьи. Рекомендации для Казахстана Не просто строить — стандартизировать. Разработать 3–5 типовых проектов школ (город, село, агломерация, малокомплектная), адаптируемых под регион, но единых по базовой логике. Не оборудование ради отчета, а под учебный процесс. Как в Турции — не допускать закупок «для галочки». Нужно обучение учителей + методическая интеграция техники. Общественный контроль — не декларация. Применить опыт США: ввести обязательные онлайн-паспорта школ, публиковать сметы, поэтапные фото, прогресс стройки. Сельская школа — не гетто. Если в аулах строятся большие школы, важно решить вопрос подвоза, учительских кадров, интернета, культурных зон. Финская гибкость — в новой архитектуре. В пилотных школах можно применять принципы трансформируемого пространства, зоны для родителей и учителей. Инфраструктура ≠ только здание. «Комфорт» — это совокупность: тепло, свет, интернет, питание, охрана, туалеты, зоны отдыха, библиотека, учителя.