paste.txt

ChatGPT neutral 2026-04-11 28 чанков ~35 мин чтения

Сущности

Казахстан Республика Казахстан II Китай Центральная Азия НПО Радио Азаттык RFE RL Общественный фонд «Правовой медиа-центр» (LMC) Соединенные Штаты Америка Международный центр журналистика «MediaNet LMC Международный фонд защита свобода RFE/RL) Фонд «Адил соз

Экосистема иностранного влияния в Казахстане I. Резюме для руководства Настоящий отчет представляет комплексный анализ скоординированной операции по оказанию иностранного влияния, проводимой на территории Республики Казахстан. Ключевой вывод заключается в том, что Казахстан является объектом целенаправленной деятельности взаимосвязанной сети формально независимых неправительственных организаций (НПО) и медиа-структур, функционирующей как единая экосистема. Центральными элементами этой сети являются Международный фонд защиты свободы слова «Адил соз», Общественный фонд «Правовой медиа-центр» (LMC) и Международный центр журналистики «MediaNet», чья деятельность многократно усиливается медийным ресурсом «Радио Азаттык» (казахстанская служба RFE/RL). Анализ подтверждает, что данная экосистема получает системное и целевое финансирование от государственных и аффилированных с ними структур Соединенных Штатов Америки и их европейских партнеров. Деятельность сети полностью совпадает с декларируемыми внешнеполитическими целями ее спонсоров, а именно: продвижение выгодной им модели государственного управления, ослабление контроля государства над информационным полем и противодействие геополитическому влиянию России и Китая в Центральной Азии. Тактический арсенал сети представляет собой современную форму гибридного противоборства. Он включает в себя «lawfare» (использование правовой системы против государства), систематическое вынесение внутренних вопросов на международный уровень для оказания внешнего давления, а также формирование и контроль общественно-политических нарративов через обучение лояльных кадров и аффилированные медиа. Конечной целью этих действий является эрозия государственного суверенитета, делегитимация действий властей в глазах населения и международного сообщества, и, как следствие, создание условий для коррекции внутри- и внешнеполитического курса Казахстана в интересах иностранных акторов. Государственные органы Республики Казахстан демонстрируют понимание этих рисков и предпринимают ответные шаги, включая принятие нового Закона «О масс-медиа» и запуск публичного реестра получателей иностранного финансирования. Однако высокая адаптивность, диверсифицированные источники финансирования, отточенные юридические тактики и мощная международная поддержка создают для данной сети значительный запас прочности. Настоящий отчет предоставляет исчерпывающий анализ архитектуры, финансовой структуры и методов воздействия данной угрозы, а также предлагает комплексную и многоуровневую рамочную программу противодействия. Рекомендации, изложенные в документе, охватывают законодательные, административно-институциональные, информационные и стратегические меры, направленные на системную нейтрализацию иностранного влияния и укрепление национального суверенитета Республики Казахстан. II. Архитектура скоординированной сети влияния Анализ деятельности рассматриваемых структур показывает, что они являются не разрозненными субъектами, а элементами единой, функционально интегрированной системы, спроектированной для оказания максимального давления на государственные институты и общественное мнение. Эта архитектура обеспечивает синергию и устойчивость, позволяя сети эффективно достигать стратегических целей своих внешних спонсоров. Основная триада и ее медийный усилитель В основе экосистемы лежит ядро из трех казахстанских НПО, каждая из которых выполняет специализированную функцию, и одного иностранного медиа-ресурса, который служит каналом распространения и защитным щитом для всей сети.1 ● «Адил соз»: Центр мониторинга и адвокации Фонд «Адил соз» (основан в 1999 г.) позиционирует себя как правозащитная организация, но на практике функционирует как «мониторинговый центр» и «информационный штаб» для кампаний против государственных инициатив в медиасфере.1 Он систематически фиксирует случаи давления на прессу, выпускает заявления в поддержку оппозиционных журналистов и активно противодействовал поправкам в Закон «О СМИ» в 2022-2023 годах, называя их «ущемлением свободы слова».1 Являясь единственным в Центральной Азии членом Международной сети по защите свободы слова (IFEX), «Адил соз» получает доступ к глобальной трибуне для продвижения своих нарративов и координации действий с зарубежными партнерами.1 Его деятельность включает предоставление юридических консультаций и судебного представительства журналистам.1 В 2025 году фонд активно выступал с заявлениями по делу журналистки Сандугаш Дуйсеновой, по фактам кибератак на издание Orda.kz и телефонных атак на журналистов, что подтверждает его роль как центра быстрого реагирования и адвокации.1 ● «Правовой медиа-центр» (LMC): Боевое крыло «lawfare» и политического активизма Общественный фонд LMC, возглавляемый Дианой Окремовой, сместил свою деятельность в сторону «политического активизма оппозиционного толка».1 Его ключевая роль — ведение «юридической войны» (lawfare) против государства.1 Это проявляется в инициировании политически мотивированных судебных исков, оспаривании решений госорганов и дискредитации законодательных инициатив. Когда в 2023 году власти РК ограничили деятельность «Радио Азаттык», юристы LMC немедленно подали судебный иск от имени журналистов и развернули кампанию против действий МИД.1 Директор LMC Диана Окремова активно использует международные площадки, такие как ОБСЕ и мероприятия Freedom House, для трансляции негативной оценки политики Казахстана, формируя за рубежом предвзятое мнение о ситуации со свободой слова.1 LMC также выступает партнером ОБСЕ и Internews в проведении тренингов по медиа-праву для журналистов, где, в частности, разбираются положения нового Закона «О масс-медиа».1 ● «MediaNet»: Инкубатор кадров и нарративов Международный центр журналистики «MediaNet» (основан в 2004 г.) фактически является «инкубатором медийных кадров и идей, ориентированных на западные стандарты».1 Центр полностью финансируется из иностранных грантов и известен своими обучающими программами для журналистов, а также медиа-проектами, крупнейшим из которых является сайт Factcheck.kz.1 Через такие проекты продвигается нарратив о необходимости тотальной прозрачности и подотчетности властей, при этом идеологические акценты задаются западными донорами. В 2025 году «MediaNet» запустил проект «FactCheck Dive 2025» при поддержке японского фонда The Nippon Foundation, нацеленный на обучение журналистов, студентов и школьников навыкам фактчекинга и медиаграмотности.2 Это указывает на долгосрочную стратегию по формированию угодного Западу мировоззрения у молодого поколения медиаспециалистов. ● «Радио Азаттык» (RFE/RL): Пропагандистский усилитель и защитный щит «Радио Азаттык» — это не независимое СМИ, а казахстанская служба медиакорпорации RFE/RL, которая напрямую финансируется Конгрессом США через Агентство США по глобальным медиа (USAGM).1 Его миссия — «продвижение демократических ценностей», что на практике означает трансляцию внешней информационной повестки.1 «Азаттык» служит рупором для аффилированных НПО, регулярно предоставляя площадку их руководителям (Окремовой, Калеевой) и придавая их заявлениям легитимность и широкую аудиторию.1 Когда государство предпринимает действия против самого «Азаттыка» (например, отказ в аккредитации 36 журналистам), вся коалиция НПО мобилизуется для его защиты, обеспечивая юридическую, информационную и международную поддержку.1 Контент радиостанции в 2025 году сфокусирован на темах, создающих негативный образ власти: предполагаемые принудительные передачи земель китайским компаниям, отсутствие правосудия по делу о «Кровавом январе», преследование активистов.3 Это подтверждает его роль как информационного «усилителя» и одновременно «защитного щита» всей сети.1 Таким образом, налицо не стихийное объединение, а продуманная структура, напоминающая корпоративную или военную модель с четким разделением функций. Эта система демонстрирует высокую степень функциональной специализации и избыточности. Юридическое крыло (LMC), мониторинговое («Адил соз»), кадровое (MediaNet) и пропагандистское («Азаттык») работают в синергии. Такая архитектура не только повышает эффективность влияния, но и обеспечивает его устойчивость. Как отмечается в анализе, даже при нейтрализации одного элемента, например, блокировке «Азаттыка», его функции могут быть подхвачены остальными участниками сети: LMC усилит юридическое давление, «Адил соз» — международную адвокацию, а MediaNet подготовит кадры для работы на новых, альтернативных платформах.1 Столь продуманная структура указывает на наличие стратегического координатора, которым, вероятнее всего, выступают иностранные доноры, формирующие грантовые программы для построения и поддержания именно такой архитектуры влияния. Расширенная экосистема: функциональные кластеры влияния Помимо основного ядра, в Казахстане действует более широкая сеть аффилированных НПО, которые сгруппированы по функциональным кластерам для оказания максимального давления на все ключевые сферы общественной жизни.1 ● Правозащитный и юридический хаб: Этот кластер формирует идеологическое ядро сети, занимаясь сбором данных о «нарушениях прав человека» и используя международные площадки (ООН, ОБСЕ) для давления на правительство. ○ Ключевые игроки: Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности (КМБПЧ), ОФ «Ar.Rukh.Khak», ОФ «Кадыр-касиет», ОФ «International Legal Initiative» (ILI).1 ○ Методы: КМБПЧ, одна из старейших НПО, координирует «Коалицию НПО Казахстана по УПР ООН», что позволяет формировать консолидированную критическую позицию на международной арене.1 В 2025 году КМБПЧ совместно с IPHR подготовило критический доклад для Диалога по правам человека между ЕС и Казахстаном.4 Фонд «Ar.Rukh.Khak», возглавляемый лауреатом премии Госдепартамента США и грантополучателем NED Бахытжан Торегожиной, специализируется на защите «политзаключенных» по делу о Январских событиях, что прямо соответствует внешнеполитическим интересам США.1 Все эти организации фигурируют в правительственном реестре получателей иностранного финансирования.1 ● Инкубаторы молодежного активизма: Данный кластер нацелен на идеологическую обработку молодежи и формирование нового поколения активистов, лояльных западным ценностям. ○ Ключевые игроки: ОФ «Молодежная информационная служба Казахстана» (МИСК), ОФ «Erkindik Qanaty», движение «Oyan, Qazaqstan».1 ○ Методы: МИСК проводит «Школы по правам человека» и получает гранты от Посольства США на организацию «молодежных лидерских лагерей» с целью привития участникам «американских ценностей».5 Движение «Oyan, Qazaqstan», созданное после медийной кампании #менояндым, объединило молодых активистов, многие из которых (Асем Жапишева, Димаш Альжанов) напрямую связаны с Фондом «Сорос-Казахстан».1 ● Структуры по делегитимации выборов: Эти организации специализируются на «независимом наблюдении» за выборами, результаты которого систематически используются для оспаривания легитимности электоральных процессов в стране. ○ Ключевой игрок: ОО «Эхо».1 ○ Методы: Являясь ключевым игроком в сфере мониторинга выборов более 20 лет, «Эхо» включено в реестр иностранного финансирования, а его счета подвергались заморозке для проверки источников средств, что указывает на пристальное внимание государства.1 ● Векторы социокультурного влияния: Этот кластер занимается продвижением специфических социальных нарративов (например, гендерной и ЛГБТ-повестки), которые могут вступать в противоречие с национальными и культурными ценностями, создавая дополнительное общественное напряжение. ○ Ключевые игроки: ОФ «FemAgora», ОФ «Feminita», Центр современного искусства Сороса-Алматы (СЦСИ).1 ○ Методы: Фонд «FemAgora» фокусируется на «усилении феминистской и гендерно-чувствительной работы», является партнером структуры «ООН-Женщины» и программы Spotlight Initiative, финансируемой ЕС.1 «Feminita» под руководством Гульзады Сержан получает гранты от Фонда «Сорос-Казахстан» и разрабатывает курсы для журналистов о том, как «правильно» писать об ЛГБТИК+.1 СЦСИ под руководством Валерии Ибраевой использовал «современное искусство» для продвижения «демократических ценностей» и критики власти, в том числе через выставки, посвященные движению «Оян, Казахстан» и феминизму.1 ● Международный аппарат медиа-тренинга: Этот кластер институционализирует подготовку журналистских кадров в соответствии со стандартами и целями иностранных доноров, создавая кадровый резерв для всей сети. ○ Ключевой игрок: Internews.1 ○ Методы: Являясь ключевым партнером USAID, Internews реализует масштабные проекты по обучению журналистов. Получение крупного гранта на проект «USAID Central Asia Information Integrity Activity» на 2023-2028 годы свидетельствует о долгосрочных стратегических инвестициях США в формирование информационной среды в регионе.1 Исторически Internews был частью глобальной программы США «Democratic Pluralism Initiatives» и обвинялся в финансировании разработчика браузера Tor.1 Эта разветвленная структура создает самовоспроизводящийся цикл влияния. MediaNet и Internews готовят новое поколение журналистов с определенным, критическим по отношению к власти мировоззрением.1 Эти журналисты затем пополняют ряды независимых и иностранных СМИ, включая «Азаттык», или запускают собственные грантовые проекты.1 Они создают критический контент, что неизбежно приводит к реакции со стороны государственных органов.6 Эта реакция немедленно квалифицируется как «нарушение свободы прессы» и документируется фондом «Адил соз».7 Затем LMC и «Адил соз» обеспечивают юридическую защиту, инициируя судебные процессы против государства.8 Весь инцидент — от публикации до суда — широко освещается и усиливается «Радио Азаттык», а также используется в докладах для международных организаций (ООН, ОБСЕ), подготовленных КМБПЧ и LMC.9 Международное давление и задокументированные «нарушения» становятся основанием для выделения нового иностранного финансирования на проекты по «защите свободы слова» и «прав человека», которое вновь поступает в LMC, MediaNet и «Адил соз», замыкая цикл. Эта замкнутая система постоянно генерирует поводы для собственного существования и для непрерывной критики государства. Таблица 1: Ключевые акторы экосистемы иностранного влияния в Казахстане Организация ОФ «Адил соз» ОФ «Правовой медиа-центр» (LMC) МЦЖ «MediaNet» «Радио Азаттык» (RFE/RL) КМБПЧ ОФ «Ar.Rukh.Khak» ОФ «МИСК» Internews III. Финансовый двигатель: иностранное спонсорство и стратегическое финансирование Деятельность описанной экосистемы не является результатом самофинансирования или внутренней поддержки. Она полностью зависит от стабильного и целенаправленного потока внешнего финансирования, источниками которого являются преимущественно государственные и аффилированные с ними структуры США и их союзников. Это финансирование носит не просто поддерживающий, а директивный характер, определяя повестку и задачи получателей. Основные государственные спонсоры: роль США и их союзников Анализ финансовых потоков однозначно указывает на правительство США как на «ключевого спонсора» и главного «поставщика ресурсов» для всей сети.1 ● USAID (Агентство США по международному развитию): Является одним из наиболее активных доноров. С 2001 по 2021 год USAID инвестировало в Казахстан около $547 млн на различные проекты, включая развитие гражданского общества и СМИ.1 «Адил соз» и LMC были прямыми грантополучателями USAID.1 В 2024-2025 годах USAID выступает ключевым партнером в проектах «Адил соз» (проект по медицинской журналистике SJMED) 18 и Internews (проект «USAID Central Asia Information Integrity Activity»).1 Обеспокоенность масштабами деятельности агентства привела к тому, что в 2025 году правительство Казахстана инициировало комплексный аудит всех программ USAID в стране.17 ● NED (Национальный фонд в поддержку демократии): Этот частный фонд, финансируемый правительством США, является еще одним крупным донором. Только за 2021 год NED выделил казахстанским НПО около $1,3 млн.1 Среди получателей грантов значились «Адил соз» и структура LMC, которым было поручено оказывать юридическую помощь и консультировать по реформам законодательства о СМИ.1 NED также финансировал проекты MediaNet и является донором фонда «Ar.Rukh.Khak».1 В 2025 году NED продолжает предлагать гранты для проектов независимых медиа.19 ● Посольство США и Государственный департамент: Эти структуры предоставляют прямое грантовое финансирование. Задокументирован грант от Госдепартамента через Посольство США в Астане на сумму $114,811 для фонда «Адил соз» на 2022-2024 годы на проект «Юридическая поддержка журналистов». Также объявлялись грантовые конкурсы на сумму до $101,000 для проектов, полностью соответствующих профилю LMC.1 В 2025 году Посольство США предложило программу малых грантов на общую сумму $200,000 для НПО и медиа, работающих в сфере гражданского участия и управления.20 ● Европейские союзники: Европейские партнеры США обеспечивают диверсификацию и дополнительную устойчивость финансовых потоков. К ним относятся Фонд Сороса (исторический и постоянный партнер «Адил соз», LMC и MediaNet) 1, правительство Германии (через Фонд им. Конрада Аденауэра и Посольство ФРГ, финансировавшее тренинги LMC по «цифровым правам») 1, а также посольства Великобритании, Нидерландов и Норвегии.1 Механизмы финансирования: от прямых грантов до скрытых каналов Система доставки средств является многоуровневой, что позволяет донорам обеспечивать гибкость и скрытность влияния.1 1. Прямые целевые гранты: НПО подают заявки на открытые конкурсы, объявляемые такими структурами, как NED или Посольство США.19 2. Контракты и тендеры: Посольства размещают заказы на выполнение конкретных услуг (например, «юридическая поддержка медиа»), которые выигрывают члены сети, такие как LMC.1 3. Транзит через международные НПО: Это ключевой механизм, обеспечивающий масштаб и правдоподобную юридическую отстраненность. Американские ведомства (USAID, Госдеп) финансируют крупные региональные программы, которые реализуются международными «генеральными подрядчиками» (Internews, IREX). Те, в свою очередь, нанимают местные фонды («Адил соз», LMC, MediaNet) в качестве субподрядчиков для выполнения отдельных компонентов (тренингов, исследований, адвокации).1 Таким образом, местные НПО формально выступают лишь «исполнителями» по проектам с нейтральными названиями, хотя фактически реализуют политические задачи. Финансовая устойчивость и реакция государства Сеть спроектирована так, чтобы быть устойчивой к внешним шокам. Многоуровневая донорская база позволяет ей выживать при любых изменениях конъюнктуры. Как отмечается в анализе, даже временная приостановка финансирования со стороны США в начале 2025 года не привела к прекращению работы LMC и других организаций, которые заявили о готовности продолжать деятельность за счет «других источников».1 Под этим, очевидно, подразумеваются европейские фонды. Сообщалось, что ЕС рассматривает возможность компенсировать выпадение американского финансирования, чтобы «не дать закрыться целой сети организаций».3 В ответ на эту тотальную финансовую зависимость власти РК в 2023 году пошли на беспрецедентный шаг — публикацию реестра лиц и организаций, получающих иностранное финансирование. В список ожидаемо вошли все ключевые участники сети. Реакция самих НПО и их западных покровителей была крайне негативной: реестр назвали «стигматизирующим» и «репрессивным», что лишь подтвердило их стремление скрыть истинные источники своих средств.1 Human Rights Watch также осудила реестр как «дискриминационный».21 Эта яростная оппозиция мерам финансовой прозрачности является не просто принципиальной позицией, а стратегической необходимостью для операционной модели сети. Ее легитимность в глазах казахстанского общества и даже части госаппарата строится на образе независимых, местных, «гражданских» организаций, защищающих права соотечественников. Публикация официального реестра, документально подтверждающего их финансирование правительствами иностранных государств (в первую очередь США), наносит прямой удар по этому образу. Она переформатирует их восприятие с «независимых наблюдателей» на «иностранных агентов» — ярлык, которого они активно избегают. Вся их тактика использования риторики прав человека в качестве щита теряет эффективность, если общество и чиновники видят в них исполнителей политического заказа иностранных спонсоров. Поэтому их агрессивная кампания против реестра — это акт стратегической самообороны, направленный на защиту своего главного операционного актива: иллюзии независимости. Таблица 2: Документированное иностранное финансирование ключевых структур сети (2022-2025 гг.) Получатель ОФ «Адил соз» ОФ «Адил соз» ОФ «Адил соз» ОФ «Адил соз» ОФ «Адил соз» ОФ LMC ОФ LMC ОФ МИСК Internews Различные НПО Финансирование является не просто поддерживающим, а стратегически направленным. Доноры не выделяют средства на абстрактное «развитие демократии», а покупают конкретные результаты, соответствующие их внешнеполитическим задачам. Объявления о грантах содержат четкие цели: «юридическая поддержка журналистов» 1, «лагеря для привития американских ценностей» 5 или «противодействие злонамеренному авторитарному влиянию» (стратегия NED). Проект USAID под названием «Деятельность по обеспечению целостности информации в Центральной Азии» 1 по своей сути является миссией по установлению контроля над информационным полем региона, где арбитром «целостности» выступают США. Это создает отношения патрона и клиента: НПО становятся поставщиками услуг, выполняющими политический и идеологический контракт для иностранной державы. Их деятельность — это тот продукт, за который уплачены грантовые средства. IV. Игровой план: многовекторные тактики влияния Для достижения своих целей внутри Казахстана экосистема применяет комплексный и многоуровневый инструментарий, сочетающий юридическое давление, формирование информационной повестки, международную адвокацию и цифровые технологии. Lawfare: использование правовой системы против государства Эта тактика заключается в систематическом использовании судебных исков, правовых процедур и апелляций не столько для достижения правосудия, сколько для оспаривания и блокирования решений властей, истощения их административных ресурсов и создания негативного информационного фона.1 LMC и «Адил соз» регулярно инициируют судебные процессы против государственных органов. Яркими примерами являются иск к МИД и МИОР по поводу блокировки и отказа в аккредитации «Радио Азаттык» 8, а также иски к МВД с требованием зарегистрировать митинги с целью навязать судам либеральное толкование законодательства.1 «Адил соз» также широко освещает дела журналистов, обвиняемых в клевете, добиваясь максимального общественного резонанса даже в случае проигрыша дела.1 Эта стратегия позволяет НПО действовать под маской «законопослушных борцов», одновременно подрывая правоприменительную практику по неудобным для них законам и ставя госорганы в положение постоянной правовой обороны.1 Интернационализация внутренних проблем Ключевой тактический прием — вынесение любого значимого внутреннего конфликта или законодательной инициативы на уровень международных организаций.1 Сеть эффективно использует обязательства Казахстана по международным договорам (например, Международный пакт о гражданских и политических правах) и членство в ОБСЕ как инструмент давления.1 Любое действие властей — от поправок в закон о СМИ до отказа в аккредитации — немедленно трактуется как нарушение международных стандартов.1 Диана Окремова (LMC) и другие представители сети регулярно выступают на площадках ООН и ОБСЕ, готовят «альтернативные доклады», в которых излагают свою версию событий, формируя за рубежом негативный образ Казахстана. В 2025 году КМБПЧ, MediaNet и другие НПО представили критические доклады в Комитет ООН по правам человека в рамках периодического обзора по Казахстану, обвиняя власти в подавлении свободы слова, интернет-блокадах и использовании шпионского ПО против журналистов.9 Эта тактика замыкает круг: внутренний инцидент порождает жалобу вовне, что приводит к внешней критике, которая затем возвращается в информационное поле Казахстана как «мнение мирового сообщества», создавая на власти двойное давление — изнутри и извне.1 Контроль над нарративами и идеологическая обработка Образовательные программы и медиа-проекты используются не только для просвещения, но и как средство формирования определенных идеологических установок в медиасообществе и среди молодежи.1 Семинары LMC, MediaNet и «Адил соз» для журналистов прививают им парадигму, в которой любое государственное вмешательство — это «цензура», лучшие практики — западные, а реальные результаты достигаются через давление и огласку.1 Тренинги по «цифровым правам», финансируемые, например, Посольством Германии, по сути обучают методам обхода законных ограничений (использование VPN, шифрования).1 Проект MediaNet Factcheck.kz, продвигая повестку борьбы с «дезинформацией», нередко делает объектами проверок заявления официальных лиц или патриотических спикеров, тем самым закладывая нарратив о государстве как главном источнике фейков.1 В итоге выпускники этих курсов пополняют ряды сотрудников западных медиа и НПО, усиливая общую сеть влияния. Цифровой фронт: социальные сети, анонимность и мобилизация С развитием цифровых технологий основные «поля сражений» переместились в интернет, который сеть активно использует для обхода ограничений и прямого воздействия на аудиторию.1 ● YouTube и Telegram стали ключевыми плацдармами. После блокировки сайтов «Азаттык» в Казахстане и Кыргызстане их YouTube-каналы превратились в основные площадки для распространения контента, который часто носит характер «информационной войны» и нацелен на дискредитацию властей.23 Telegram-каналы, в свою очередь, используются для мгновенного распространения новостей, слухов и призывов к акциям, что особенно опасно в кризисных ситуациях.25 ● Социальные сети (в частности, Facebook) используются для «поляризации общества». Под постами на острые темы искусственно разжигаются споры, часто с использованием сетей «троллей» или ботов, чтобы создать эффект «эхо-камеры» и радикализировать протестно настроенную аудиторию.1 ● Обход блокировок: Сеть активно продвигает использование VPN-сервисов, мобильных приложений и «зеркальных» доменов, чтобы обеспечить бесперебойный доступ к своему контенту, ведя с властями постоянную «игру в кошки-мышки».1 Эти тактики носят асимметричный характер. Они используют приверженность самого государства принципам верховенства права и международным нормам в качестве оружия против него. Казахстан, стремясь к международной легитимности, присоединился к международным договорам и организациям.4 Тактика «lawfare» и «интернационализации» эксплуатирует именно эту приверженность. Сеть не действует вне закона — она использует его выборочную, выгодную для себя трактовку. Инициируя судебные процессы, она заставляет государство вести борьбу на правовом поле. Апеллируя к ООН или ОБСЕ, она вынуждает государство оправдываться на основе международных стандартов, которые оно само обязалось соблюдать. Это создает для властей стратегическую дилемму, описанную в документах: либо уступать требованиям сети, чтобы выглядеть демократичным в глазах Запада, либо действовать решительно для защиты нацбезопасности и быть заклейменным как «авторитарный режим» теми же самыми НПО и их международными покровителями.1 Эта асимметрия предоставляет сети непропорционально большое влияние. Переход на цифровые платформы представляет собой фундаментальный и долгосрочный вызов информационному суверенитету государства. Он переносит конфликт из контролируемых сфер (лицензируемые теле- и радиоканалы) в практически неконтролируемые (глобальные социальные медиа). Государственные меры, такие как блокировка сайта azattyq.org 26, легко обходятся с помощью технологий, которым сеть сама же и обучает.1 Контент теперь размещается на глобальных серверах, подчиняясь политике Meta и Google, а не законодательству РК. С учетом высокого уровня проникновения интернета (92.9%) и социальных сетей (75.7%) в Казахстане 27, эти платформы обеспечивают прямой, нефильтрованный доступ к миллионам граждан, особенно к молодежи. Это означает, что государство в значительной степени утратило роль главного информационного привратника, что в долгосрочной перспективе ведет к эрозии его способности формировать единый национальный нарратив и эффективно противостоять иностранной пропаганде. V. Ответ государства: формирование рамок информационного суверенитета Правительство Казахстана демонстрирует растущее осознание угроз, исходящих от иностранного влияния, и формирует комплексную систему противодействия, сочетающую законодательные, административные и политические меры. Эта стратегия эволюционирует от реактивной защиты к проактивному формированию правовой и информационной среды. Законодательный щит: Закон «О масс-медиа» 2024 года и инициатива о «иностранных агентах» Основным инструментом государственной политики стало обновление законодательной базы. ● Закон «О масс-медиа»: Принятый в июне 2024 года и вступивший в силу с августа 2024 года, этот закон создал новую правовую реальность для медиарынка. Он ввел ряд ключевых положений, прямо направленных на ограничение деятельности иностранной сети влияния. К ним относятся право МИД отказывать в аккредитации иностранным СМИ при «угрозе национальной безопасности», обязательная регистрация онлайн-изданий, а также мониторинг СМИ на предмет соблюдения «национальных и семейных ценностей». Закон также предусматривает поэтапное увеличение доли контента на государственном языке до 55% с 1 января 2025 года и до 60% с 2027 года.28 Эти нормы были немедленно раскритикованы сетью НПО и международными организациями, такими как «Репортеры без границ», как ограничивающие свободу слова.1 ● Инициатива о «иностранных агентах»: Осознавая, что существующих мер может быть недостаточно, в феврале 2025 года в Мажилисе Парламента была официально озвучена инициатива о принятии специального закона об «иностранных агентах».31 Предложение предусматривает обязательную маркировку организаций, действующих в интересах иностранных структур, и контроль за их финансированием. Этот шаг сигнализирует о намерении властей перейти к более системному и прямому регулированию деятельности сети. Таблица 3: Ключевые положения Закона «О масс-медиа» 2024 г. и их стратегическое значение Ключевое положение Закона Отказ в аккредитации иностранным СМИ при «угрозе национальной безопасности» 1 Обязательная регистрация онлайн-изданий 1 Мониторинг СМИ на предмет соблюдения «национальных и семейных ценностей» 1 Запрет деятельности неаккредитованных иностранных журналистов 1 Административное и политическое давление Наряду с законодательными мерами, государство применяет административные и политические рычаги. ● Реестр иностранного финансирования: Публикация в 2023 году списка получателей иностранных средств стала ключевым административным шагом для повышения прозрачности и оказания репутационного давления на сеть. ● Целевые действия против RFE/RL: Отказ в аккредитации 36 журналистам «Азаттыка» и наложение штрафа за распространение «заведомо ложной информации» являются примерами прямого административного воздействия на ядро сети.6 ● Аудит USAID: Решение о проведении в 2025 году полного аудита всех программ USAID в Казахстане является значительной эскалацией. Это переход от борьбы с последствиями (деятельностью НПО) к воздействию на первопричину — основной финансовый канал сети.17 ● Политическая риторика: Высказывания Президента К.К. Токаева о «общественных активистах», наносящих «ущерб репутации Казахстана», задают четкий политический тон и легитимизируют ограничительные меры государства в глазах общества и госаппарата.32 Стратегия «отзеркаливания»: адаптация международной практики Действия Казахстана представляют собой не простое копирование репрессивных моделей, а продуманную стратегию «отзеркаливания». Власти адаптируют тактики, используемые как Россией (например, публичные реестры «иноагентов»), так и западными странами (использование концепции «национальной безопасности» для оправдания ограничений), чтобы создать гибридную правовую базу, которая на поверхности выглядит современной и соответствующей международным стандартам, но на деле предназначена для выборочной нейтрализации угроз.1 Например, призывы к принятию закона об иноагентах открыто апеллируют к опыту США (закон FARA).31 Это позволяет оправдывать свои действия перед международной аудиторией, используя знакомые западные юридические концепции, и одновременно применять реестр в стиле, функционально схожем с российским, для стигматизации оппонентов внутри страны. Однако эта стратегия сопряжена с определенным риском. С одной стороны, государство стремится ограничить деструктивное иностранное влияние. С другой стороны, экономика Казахстана остается зависимой от иностранных инвестиций, а внешняя политика строится на принципах многовекторности и поддержания конструктивных отношений с Западом.33 Официальная цель — удвоить ВВП до $450 млрд к 2029 году, что невозможно без привлечения значительного иностранного капитала.33 Крупные инвестиционные форумы, такие как MINEX Kazakhstan 2025, нацелены именно на это 34, а ЕС рассматривается как важный партнер в развитии транспортных коридоров.33 Это создает стратегическое противоречие: как можно жестко противодействовать инструментам «мягкой силы» Запада (USAID, NED, аффилированные НПО) и не оттолкнуть при этом западные правительства и корпорации, чьи инвестиции жизненно необходимы? Сеть и ее покровители могут активно использовать это противоречие, утверждая, что давление на «гражданское общество» вредит инвестиционному климату. Международные отчеты от Human Rights Watch и других организаций могут увязывать ситуацию с правами человека с экономическими и дипломатическими последствиями.1 Следовательно, государство вынуждено действовать в рамках сложного баланса, и стратегия «отзеркаливания» является попыткой реализовать необходимые меры контроля таким образом, чтобы минимизировать дипломатический и экономический ущерб. VI. Глобальный контекст: международная практика регулирования иностранного влияния Действия Казахстана по защите своего информационного суверенитета не являются уникальными или изолированными. Они вписываются в общемировой тренд, в рамках которого государства с различными политическими системами пересматривают свое отношение к иностранному влиянию и вводят соответствующие регуляторные механизмы. Этот международный опыт служит важным обоснованием и легитимацией для мер, принимаемых и предлагаемых в Казахстане. Модели прозрачности и контроля Анализ мировой практики показывает наличие нескольких основных моделей регулирования.1 ● США — модель прозрачности через регистрацию: Закон о регистрации иностранных агентов (FARA) 1938 года не запрещает деятельность, но требует от лиц и организаций, действующих в политических интересах иностранных принципалов, регистрироваться в Министерстве юстиции, подробно отчитываться о финансировании и деятельности, а также маркировать все распространяемые материалы. Несоблюдение влечет уголовную ответственность. Закон активно применяется, в том числе к иностранным государственным СМИ. В 2025 году продолжается работа по обновлению и уточнению положений FARA, что свидетельствует о его актуальности.36 ● Великобритания — целевая регистрация: В 2025 году вступает в силу Схема регистрации иностранного влияния (FIRS) в рамках Акта о национальной безопасности 2023 года. Схема близка к FARA, но имеет двухуровневый режим, позволяющий вводить более строгие требования к регистрации деятельности, направляемой из конкретных стран, представляющих угрозу. Первыми такими странами были названы Россия и Иран. ● Индия — финансовый контроль: Закон о регулировании иностранного вклада (FCRA) дает правительству широкие полномочия по контролю за финансовыми потоками в НПО. Закон запрещает использовать иностранные средства на деятельность, «наносящую ущерб национальным интересам». На основании этого власти отозвали лицензии у более чем 20,000 НПО, включая крупные международные организации, такие как Amnesty International и Greenpeace. Поправки 2025 года продолжают ужесточать финансовую отчетность и контроль.40 ● Россия — модель жестких ограничений и маркировки: Российское законодательство об «иноагентах» является одним из самых строгих. Оно охватывает НПО, СМИ и физических лиц, получающих любую иностранную поддержку и занимающихся «политической деятельностью». Статус «иноагента» предполагает обременительную отчетность, обязательную негативную маркировку всех материалов и существенные ограничения в деятельности, вплоть до запрета на образовательную деятельность с сентября 2025 года.45 Дополняется законом о «нежелательных организациях», который полностью запрещает деятельность иностранных фондов-доноров (NED, Фонд Сороса и др.) на территории РФ.1 ● Европейский Союз — движение к прозрачности: ЕС, ранее критиковавший законы об «иноагентах», в конце 2023 года предложил собственный «Пакет по защите демократии», включающий директиву о прозрачности иностранного влияния. Проект предполагает создание публичных реестров лоббистов, действующих в интересах стран вне ЕС, но делает упор на административные санкции, а не на уголовное преследование или стигматизирующие ярлыки. Дискуссии по этому вопросу продолжаются в 2025 году, отражая внутреннюю борьбу между соображениями безопасности и защитой гражданского общества. ● Иран — модель тотального контроля: Иран представляет крайний подход, где любое несанкционированное иностранное финансирование или сотрудничество с зарубежными НПО и СМИ фактически криминализировано и может быть приравнено к шпионажу или подрывной деятельности.1 Этот глобальный тренд на усиление государственного контроля над иностранным влиянием является не случайностью, а универсальной реакцией государств на изменившуюся геополитическую реальность. В эпоху гибридных войн и конкуренции великих держав «мягкая сила», реализуемая через НПО и медиа, признается всеми игроками мощным инструментом продвижения национальных интересов. Тот факт, что не только Россия или Иран, но и старейшие демократии, такие как США и Великобритания, имеют и активно используют жесткие законы для контроля иностранного влияния, полностью опровергает тезис сети о том, что подобные меры являются исключительно «авторитарной практикой». Напротив, это признанная международная норма защиты суверенитета. Таким образом, действия Казахстана по введению прозрачности и контроля являются не аномалией, а приведением национального законодательства в соответствие с общемировой практикой. Таблица 4: Сравнительный анализ международных режимов регулирования иностранного влияния Страна/Блок США Великобритания Индия Россия ЕС (проект) Иран Казахстан (текущий/предлагаемый) VII. Стратегические рекомендации по нейтрализации иностранного влияния На основании проведенного анализа и с учетом лучшего международного опыта, для защиты информационного суверенитета и нейтрализации угроз, исходящих от экосистемы иностранного влияния, предлагается комплексный план действий, включающий законодательные, административные, информационные и долгосрочные стратегические меры. Законодательные и регуляторные меры 1. Принятие комплексного закона об иностранном влиянии: Необходимо ускорить разработку и принятие закона, вводящего правовой статус для организаций и лиц, получающих иностранное финансирование и участвующих в общественно-политической деятельности.31 ○ Рекомендация: При разработке закона следует ориентироваться на модели прозрачности, принятые в США (FARA) и Великобритании (FIRS), а не на карательную модель РФ. Основной акцент должен быть сделан на обязательной регистрации, детальной и публичной финансовой отчетности, а также на четкой и нейтральной маркировке всех информационных материалов, производимых такими субъектами («Материал произведен и (или) распространен лицом, получающим финансирование из иностранных источников»). Это позволит информировать общество, не прибегая к излишне репрессивным мерам, и будет более защищенным от международной критики.1 ○ Рекомендация: Установить четкие и достаточно высокие финансовые пороги для попадания под действие закона, чтобы избежать охвата малых аполитичных организаций. Дать точное юридическое определение «общественно-политической деятельности», чтобы исключить произвольное применение закона. 2. Совершенствование смежного законодательства: ○ Рекомендация: Внести поправки в Закон «О СМИ», обязывающие все медиа (включая онлайн-ресурсы) ежегодно публиковать информацию о своей структуре собственности и обо всех источниках иностранного финансирования (гранты, прямые инвестиции, доходы от рекламы от иностранных госкомпаний).1 ○ Рекомендация: Усилить банковский контроль. Законодательно обязать финансовые учреждения информировать уполномоченный орган (Агентство по финансовому мониторингу) о крупных или систематических денежных переводах из-за рубежа на счета НПО и медиа, интегрировав этот механизм в существующую систему противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма (ПОД/ФТ).1 Административные и институциональные действия 1. Создание постоянного межведомственного координационного центра: Необходимо институционализировать работу по противодействию иностранному влиянию. ○ Рекомендация: Создать при Совете Безопасности или Администрации Президента постоянно действующую межведомственную рабочую группу с участием представителей КНБ, МИОР, МИД, Генеральной прокуратуры и Минюста. Задачей группы должен стать ежеквартальный мониторинг ситуации, оценка угроз и выработка предложений для руководства страны.1 2. Усиление аналитических и разведывательных возможностей: ○ Рекомендация: На базе существующих исследовательских институтов создать специализированный экспертно-аналитический центр для глубокого изучения методов «мягкой силы» и информационных операций. Центр должен на постоянной основе отслеживать грантовую активность, анализировать риторику сети, выявлять готовящиеся информационные кампании и прогнозировать сценарии дестабилизации.1 ○ Рекомендация: Уполномоченным органам (КНБ, АФМ) совершенствовать методы финансовой разведки для отслеживания нетипичных транзакций, включая переводы на счета физических лиц и использование криптовалют для скрытого финансирования.1 3. Укрепление международного сотрудничества: ○ Рекомендация: Наладить системный обмен оперативной и аналитической информацией о транснациональных сетях влияния с разведывательными и контрразведывательными службами стран-союзников по ОДКБ, СНГ и ШОС, которые сталкиваются с аналогичными угрозами.1 Проактивная информационно-коммуникационная стратегия 1. Формирование государственного контр-нарратива: Государство должно перейти от обороны к активной информационной политике. ○ Рекомендация: Создать в структуре МИОР подразделение быстрого реагирования для оперативного опровержения фейков и манипуляций, распространяемых сетью. Ответ государства должен следовать в течение нескольких часов, а не дней, и распространяться по тем же каналам, где появился первоначальный вброс (соцсети, мессенджеры).1 ○ Рекомендация: Проводить системную разъяснительную работу с населением. С помощью инфографики, документальных фильмов, специальных репортажей и популярных блогеров наглядно показывать, кто финансирует «независимых правозащитников», какие цели они преследуют и как их деятельность связана с геополитическими интересами их спонсоров. Использовать для этого данные из аудита USAID и реестра иностранного финансирования.1 2. Поддержка и развитие патриотических медиа и НПО: Наиболее эффективной долгосрочной защитой является создание сильной и привлекательной отечественной альтернативы. ○ Рекомендация: Реформировать систему государственного информационного заказа, направляя средства не на формальную пропаганду, а на создание качественного, конкурентоспособного и интересного для аудитории контента (расследовательские проекты, аналитические программы, молодежные форматы), который бы продвигал национальные интересы и ценности. Необходимо перехватить у «Азаттыка» монополию на освещение острых социальных проблем, делая это с объективных, но прогосударственных позиций.1 ○ Рекомендация: Создать государственный Фонд поддержки гражданских инициатив, который будет на прозрачной конкурсной основе выделять гранты отечественным НПО на реализацию социально значимых проектов. Это создаст альтернативный источник финансирования для здоровой части гражданского общества и снизит их зависимость от иностранных доноров.1 Долгосрочные стратегические инициативы 1. Инвестиции в медийную и информационную грамотность: ○ Рекомендация: Ввести в школьную и вузовскую программы обязательные курсы по медиаграмотности. Эти курсы должны быть адаптированы к казахстанским реалиям и на конкретных примерах объяснять, что такое информационные войны, «мягкая сила» и как распознавать манипуляции со стороны иностранных медиа и НПО.1 2. Укрепление национальной идентичности: ○ Рекомендация: Усилить государственную поддержку и финансирование культурных, исторических, образовательных и молодежных проектов, направленных на формирование патриотизма, уважения к национальным традициям и государственным символам. Сильная национальная идентичность является лучшим «идеологическим иммунитетом» против деструктивных и раскалывающих общество внешних нарративов.1 3. Обеспечение цифрового суверенитета: ○ Рекомендация: Развивать правовые и дипломатические механизмы для взаимодействия с глобальными цифровыми платформами (Google, Meta, Telegram). Необходимо добиваться от них соблюдения законодательства РК в части удаления противоправного контента (экстремизм, разжигание розни, фейки, угрожающие нацбезопасности). Параллельно следует усиливать присутствие и влияние государственных и прогосударственных ресурсов на этих платформах.1 В заключение, деятельность сети «Адил соз» - LMC - MediaNet - «Радио Азаттык» является классическим примером применения технологий «мягкой силы» для вмешательства во внутренние дела суверенного государства. Без системной и последовательной работы по противодействию таким структурам невозможно обеспечить информационный суверенитет и национальную безопасность Казахстана. Предложенные меры, основанные на анализе и лучшем международном опыте, позволят выстроить современную и эффективную систему защиты от скрытых деструктивных воздействий, сохранив при этом открытость страны для конструктивного сотрудничества и не подавляя здоровую часть гражданского общества. Реализация данной стратегии является задачей первостепенной государственной важности. Приложение: Профили ключевых акторов и активистов В данном приложении представлены подробные профили ключевых фигур, упомянутых в анализе, для иллюстрации их бэкграунда, связей и методов деятельности. ● Бахытжан Торегожина: Руководитель ОФ «Ar.Rukh.Khak», специализирующегося на защите «политзаключенных». В 1999 году была сотрудницей НПО «Совесть. Дух. Истина» («Ар.Рух.Хак»), созданного соратником Акежана Кажегельдина. Позже возглавила фонд. Создала молодежное движение «Кахар» по примеру украинской «Поры», которое занималось провокациями. В 2011 году была обвинена коалицией НПО в участии в коррупционных схемах по «распилу грантов» совместно с КМБПЧ Евгения Жовтиса. В 2022 году получила от NED грант на $129,520 на документирование нарушений во время Январских событий. Активно использует тактику создания образа «узников совести» из лиц, осужденных за уголовные преступления.1 ● Евгений Жовтис: Директор Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности (КМБПЧ). Имеет судимость за ДТП со смертельным исходом. Обвинялся в «распиле грантов» на сумму до $4 млн через схемы двойного финансирования, когда заявки на один и тот же проект подавались разным донорам.1 ● Айман Умарова: Адвокат, основатель правовой школы при поддержке Посольства США, лауреат награды International Women of Courage Awards (2018). Стала известна как сооснователь движения «Немолчи.kz». Ее деятельность характеризуется участием в громких делах, которые получают широкий медийный резонанс, а также публичными конфликтами с другими правозащитниками (Аружан Саин, Динара Смаилова) и бездоказательными обвинениями в адрес госорганов.1 ● Жанболат Мамай и Инга Иманбай: Представляют радикальное крыло оппозиции. Мамай связан с делом «БТА Банка» и Мухтаром Аблязовым. Иманбай, его супруга, участвовала в тренинге российского националиста Поткина (проект «Злой казах»). Их деятельность характеризуется постоянными митингами, уголовными делами и позиционированием себя в качестве «политзаключенных».1 ● Асем Жапишева: Журналистка и активистка движения «Oyan, Qazaqstan». Получала гранты от Фонда «Сорос-Казахстан». Окончила университет Кардиффа (MBA Media Management). Создала медиа-проект Masa.media, ориентированный на молодежь (14+) с фокусом на политике и ЛГБТ-повестке. Является примером «выпускника» системы иностранного влияния, который сам становится создателем контента и организатором акций.1 ● Влада Ермольчева: Активистка движения «Oyan, Qazaqstan». Ее профиль характеризуется крайне деструктивным бэкграундом, включающим факты ксенофобии, насилия, издевательств, а также предположительное участие в мошеннических схемах и употреблении наркотиков. Ее кейс используется для дискредитации морального облика сети и показывает, какие кадры могут пополнять ряды «молодых активистов».1 ● Рустам Жантасов: Пример «выращенного на грантах» активиста. Его карьера демонстрирует полный цикл интеграции в сеть: начало в молодежных структурах (МИСК), обучение по программам Фонда «Сорос-Казахстан», создание собственных проектов («Батыл», Next.kz) при поддержке тех же доноров, использование международных площадок (ОБСЕ) для призывов к давлению на Казахстан и активное продвижение ЛГБТ-повестки.1 ● Салтанат Ташимова: Эко-активистка, известная по кампании против строительства курорта «Кок-Жайляу». Ее деятельность иллюстрирует, как экологическая повестка используется для мобилизации протеста и создания социального напряжения. Характеризуется провоцированием конфликтов, созданием образа «жертвы режима» (заявления о нападениях, административные аресты) и финансовой непрозрачностью (живет на «донаты», обвиняется в шантаже застройщиков).1 ● Валерия Ибраева: Искусствовед, бывший директор Центра современного искусства Сороса-Алматы (СЦСИ). Ее деятельность — пример использования «современного искусства» как инструмента «мягкой силы». Под ее руководством и при финансировании Фонда «Сорос-Казахстан» продвигались «демократические ценности» и «арт-активизм» через провокационные выставки, посвященные в том числе движению «Оян, Казахстан» и феминизму.1 ● Вячеслав Абрамов: Генеральный директор интернет-журнала «Vласть». Ранее руководил представительством Freedom House в Казахстане и работал в «MediaNet». Является членом попечительского совета Фонда «Сорос-Казахстан». Его издание «Vласть» было создано на деньги «друзей» из правозащитной среды и активно трудоустраивает выпускников «MediaNet», что демонстрирует тесные кадровые и финансовые связи внутри экосистемы.1 Источники 1. 44.docx 2. FactCheck Dive 2025: Empowering Kazakhstan Against ... - Medianet, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://medianet.ngo/en/archives/5708 3. Kazakhstan - RFE/RL, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.rferl.org/z/662 4. BRIEFING PAPER FOR EU-KAZAKHSTAN HUMAN RIGHTS ..., дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://iphronline.org/wp-content/uploads/2025/02/iphr-kibhr-briefing-for-eu-ka zakhstan-hr-dialogue-february-2025.pdf 5. View Grant Opportunity - Search Results Detail | Grants.gov, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.grants.gov/search-results-detail/358348 6. RFE/RL's Kazakh Service - RFE/RL More By Author, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.rferl.org/author/rfe-rls-kazakh-service/kvv_qq 7. Adil Soz - Wikipedia, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://en.wikipedia.org/wiki/Adil_Soz 8. Legal Media Center to Sue Kazakh Foreign Ministry Over Journalist Accreditation Refusal, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://timesca.com/legal-media-center-to-sue-kazakh-foreign-ministry-over-jo urnalist-accreditation-refusal/ 9. IJC Submits NGO Report to UN Human Rights Committee to Support ..., дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://ijclinic.law.uci.edu/2025/05/29/ijc-submits-ngo-report-to-un-human-right s-committee-to-support-freedom-of-expression-and-opinion-in-kazakhstan/ 10.About us - The international foundation for freedom of speech protection «Adil soz», дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://adilsoz.kz/en/about/ 11.Supporting media development: OSCE promotes legal training for ..., дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.osce.org/programme-office-in-astana/594152 12.Обучающая онлайн-платформа ОФ "Правовой Медиа-Центр" — Обучающая онлайн-платформа ОФ "Правовой Медиа-Центр", дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://courses.lmc.kz/ 13.About MediaNet, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://medianet.ngo/en/about-medianet 14.Kazakh Service - Radio Free Europe/Radio Liberty - RFE/RL, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://about.rferl.org/service/kazakh-service/ 15.Kazakhstan International Bureau for Human Rights and Rule of Law - Wikipedia, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://en.wikipedia.org/wiki/Kazakhstan_International_Bureau_for_Human_Rights _and_Rule_of_Law 16.Kazakhstan International Bureau for Human Rights and Rule of Law (KIBHRL) - Devex, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.devex.com/organizations/kazakhstan-international-bureau-for-huma n-rights-and-rule-of-law-37155 17.Kazakhstan to Audit USAID Programs and Funding - Orda.kz, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://en.orda.kz/kazakhstan-to-audit-usaid-programs-and-funding-5538/ 18.The Adil Soz Foundation launches the SJMED project for journalists in collaboration with UNICEF and USAID., дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.unicef.org/kazakhstan/en/press-releases/adil-soz-foundation-launch es-sjmed-project-journalists-collaboration-unicef-and 19.DEADLINE: National Endowment for Democracy Grants for Independent Media | SEJ, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.sej.org/calendar/deadline-national-endowment-democracy-grants-i ndependent-media 20.Small Grants Program 2025 - HigherGov, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.highergov.com/grant-opportunity/small-grants-program-2025-3578 65/ 21.Kazakhstan: Enact UPR Recommendations, End Rights Violations, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.hrw.org/news/2025/07/01/kazakhstan-enact-upr-recommendations- end-rights-violations 22.UN Human Rights Committee to review Kazakhstan, Guinea Bissau, North Macedonia, Latvia, Spain, Haiti and Viet Nam | OHCHR, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.ohchr.org/en/press-releases/2025/06/un-human-rights-committee-r eview-kazakhstan-guinea-bissau-north-macedonia 23.Азаттык - YouTube, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.youtube.com/AzattykMedia/streams 24.Азаттык - YouTube, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.youtube.com/@azattykradiosu/null 25.View @azattykrus - Telegram, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://telegram.me/azattykrus 26.Радио «Азаттык» (Казахстан) - Википедия, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BE_%C2 %AB%D0%90%D0%B7%D0%B0%D1%82%D1%82%D1%8B%D0%BA%C2%BB_(% D0%9A%D0%B0%D0%B7%D0%B0%D1%85%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BD) 27.Digital 2025: Kazakhstan — DataReportal – Global Digital Insights, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://datareportal.com/reports/digital-2025-kazakhstan 28.Досье на проект Закона Республики Казахстан «О масс-медиа» (апрель 2024 года) (принят) ᐈ Параграф online.zakon.kz, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://online.zakon.kz/Document/?doc_id=35440863 29.Закон Республики Казахстан «О масс-медиа» подписан Главой государства - Учет.kz, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://uchet.kz/news/o-massmedia/ 30.Kazakhstan outranks Kyrgyzstan in World Press Freedom Index — - 05.05.2025 - Kursiv.kz, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://kz.kursiv.media/en/2025-05-05/engk-tank-kazakhstan-outranks-kyrgyzst an-in-world-press-freedom-index/ 31.Закон об иноагентах предложили принять в Казахстане, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://bureau.kz/goryachee/zakon-ob-inoagentah-predlozhili-prinyat-v-kazahsta ne/ 32.Violations of freedom of speech in Kazakhstan January 2025 - Adilsoz.kz, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://adilsoz.kz/en/262-violations/violations-of-freedom-of-speech-in-kazakhst an-january-2025.html 33.2025: Decision Time for the Kazakh Economy - The Diplomat, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://thediplomat.com/2025/01/2025-decision-time-for-the-kazakh-economy/ 34.MINEX Kazakhstan 2025 executive summary, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://2025.minexkazakhstan.com/minex-kazakhstan-2025-executive-summary/ 35.World Report 2025: Kazakhstan | Human Rights Watch, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.hrw.org/world-report/2025/country-chapters/kazakhstan 36.Text - H.R.3229 - 119th Congress (2025-2026): Foreign Agents Transparency Act, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.congress.gov/bill/119th-congress/house-bill/3229/text 37.Wiley Updates its FARA Handbook for 2025, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.wiley.law/pressrelease-Wiley-Updates-its-FARA-Handbook-for-2025 38.Text - S.981 - 119th Congress (2025-2026): Foreign Agents Transparency Act, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.congress.gov/bill/119th-congress/senate-bill/981/text 39.Update on the Proposed Amendments to the Foreign Agents Registration Act Regulations, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.globalinvestigations.blog/us-department-of-justice/update-on-the- proposed-amendments-to-the-foreign-agents-registration-act-regulations/ 40.Implication of the Foreign Contribution Regulation (Amendment) Rules, 2025, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://capindia.in/implication-of-the-foreign-contribution-regulation-amendmen t-rules-2025/ 41.FCRA Amendment Rules 2024 Key Changes for NGOs Effective January 1 2025, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.ascgroup.in/fcra-amendment-rules-2024-key-changes-for-ngos-eff ective-january-1-2025/ 42.Between scrutiny and support: Navigating recent FCRA amendments - Private Client, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://privateclient.cyrilamarchandblogs.com/2025/05/between-scrutiny-and-su pport-navigating-recent-fcra-amendments/ 43.What the new FCRA amendments mean - IDR, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://idronline.org/article/fundraising-and-communications/what-the-new-fcra- amendments-mean/ 44.FCRA Norms Revised: Enhanced Financial Compliance, News Content Barred, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.foxmandal.in/News/fcra-norms-revised-enhanced-financial-complia nce-news-content-barred/ 45.С 1 сентября 2025 года вступает в силу закон о запрете осуществления образовательной деятельности организациями, признанными иностранными агентами - КонсультантПлюс, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.consultant.ru/law/hotdocs/89036.html 46.Приказ Министерства юстиции Российской Федерации от 24 февраля 2025 г. № 31 "О внесении изменения в Порядок ведения реестра иностранных агентов и размещения содержащихся в нем сведений на официальном сайте Министерства юстиции Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", утвержденный приказом Минюста России от 29.11.2022 N 307" | Документы ленты ПРАЙМ - ГАРАНТ, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/411459003/ 47.Иноагенты - последние новости сегодня в России 2025 | ГАРАНТ.РУ, дата последнего обращения: июля 11, 2025, https://www.garant.ru/news/tag/5146/